Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Credo New » №4, 2013

Татьяна Шоломова
Российская история буржуазности как нравственной и эстетической идеи
Просмотров: 1073

Шоломова Татьяна Валентиновна

РГПУ им. А.И.Герцена

доцент кафедры эстетки и этики

кандидат философских наук

 

Sholomova Tatjana Valentinovna

Ph.D., Senior lecturer of Aesthetic and Ethic Department

of Herzen State Pedagogical University of Russia

e-mail: tatyanasholomova@yandex.ru

 

Русская культура отторгает буржуазность (как явление «срединности», медиации) не по причине особой нравственности, а по-тому, что сама склонна к инверсии и партиципации. А в настойчивой критике в литературе и философии XIX в. находит выражение естест-венный страх стремительно деградирующей национальной элиты перед историческим соперником.

 

Russian history of the bourgeoisie both as moral and aesthetic ideas

Summary: Russian culture rejects the bourgeoisie (as the phenomenon of "median" mediation) not because of the its special morality, but because she it is prone to inversion and participation (partitsipatsiya). A persistent criticism of the bourgeoisie in the literature and philosophy of the XIX century. is an expression of a natural fear that of the rapidly deteriorating national elite feels towards in the its historic rival.

Key words: bourgeoisie, ideals, moral and aesthetic values, participation, inversion, mediation, elite, democratization.

 

Российская история буржуазности как нравственной и эстетической идеи

Под буржуазностью мы понимаем совокупность качеств, прису-щих буржуазии. В определенный исторический момент буржуазность как свойство отделяется от социального класса-носителя и начинает самостоятельную жизнь в культуре. Отныне в «буржуазности» (приверженности буржуазным идеалам и ценностям) можно уличить любого, вне зависимости от этнической или социальной принадлежности и даже от культурного уровня; но хорошо это или плохо — вопрос. Особенно сложные отношения у буржуазности с русской культурой, в ценностной системе которой она имеет исключительно негативную оценку как нечто глубоко чуждое и в высшей степени не свойственное нашим людям, противоречащее как их нравственным установкам, так и эстетическим запросам. Однако причина отторжения буржуазности и всего, что с ней связано, не так очевидна и проста, как кажется на первый взгляд.

Если смотреть с исторической точки зрения, то далеко не «изна-чально» буржуазность вызывала неприятие у русских. Так, Н.М.Карамзин чрезвычайно уважал Б.Франклина и высоко оценивал его заслуги; П.Я. Чаадаев поставил русским в пример дисциплинированных европейцев, за что нет ему прощения до сих пор. Но уже А.И.Герцен исторг просто вопль: «Мы не знаем Европы!» — В том смысле, что наши книжные представления о ней как о средоточии наук и культуры не имеют ничего общего с непробиваемой реальностью «базальта» западноевропейских народных масс1, а это были как раз жители городов, буржуа (хотя случай Герцена — особый: по материнской линии они ему были не менее родные, чем русские административные самодуры).

Далее критика была уже неостановима: Франклин, столь ценимый Карамзиным за то, что «смирил гордость Британцев, даровал вольность почти всей Америке и великими открытиями обогатил науки»2, как-то незаметно и быстро превратился в автора для детей и бедных (самыми переиздаваемыми произведениями оказались «Советы бедного Ричарда», которые для детей превращались в инструкции по благонравному поведению3, а для взрослых в рекомендации, как умело распорядится деньгами4; также часто переиздавали фрагмент «Автобиографии» о добродетелях и методе их соблюдения5).

Имел место, конечно, и культурный казус: подробное описание мелкобуржуазного образа жизни (с постоянными расчетами и весьма скромными эстетическими наслаждениями вроде шуток и пения Веры Павловны) с наименованием этого образа жизни «революционным» в романе «Что делать?». Казус в том, что наименованию образа жизни поверили больше, чем описанным подробностям. В.И.Ленин признавался, что роман его «всего перепахал»6. Но кто знает, чему именно научил этот роман Ленина; возможно, тому, что служение революционной идее вполне совместимо с буржуазным образом жиз-ни.

Едва ли не самым часто цитируемым критиком буржуазности является К.Д.Леонтьев: «Не ужасно ли и не обидно ли было бы думать, что Моисей всходил на Синай, что эллины строили свои изящные акрополи, римляне вели Пунические войны, что гениальный красавец Александр в пернатом каком-нибудь шлеме переходил Граник и бился под Арбеллами, что апостолы проповедовали, мученики страдали, поэты пели, живописцы писали и рыцари блистали на турнирах для того только, чтобы французский, немецкий или русский буржуа в безобразной и комической своей одежде благодушествовал, индивидуально или коллективно, на развалинах всего этого прошлого величия?.. Стыдно было бы за человечество, если бы этот подлый идеал всеобщей пользы, мелочного труда и позорной прозы восторжествовал бы навеки!»7. Леонтьеву же при-надлежит удачное поименование среднего европейца «орудием всемирного разрушения».

Сходную мысль высказал А.Ф.Писемский устами одного из своих героев: ученые за тем и творили технический прогресс, чтобы «Таганка и Якиманка» (замоскворецкие купцы) наслаждались ездой в комфортабельном вагоне; божественные Рафаэль и Бетховен за тем только и творили, чтобы услаждать взор и слух «Таганки и Якиманки»8 и пр. М.Е.Салтыков-Щедрин с нескрываемым ужасом перед «фальшивым аршином» писал о пришествии «чумазого»9. О «глупом и ненужном дворце», строящемся для «глупого и ненужного человека» (имелся в виду особняк А.А.Морозова, ныне Дом приемов правительства РФ) и отнимающем рабочие руки и жизненные силы у деревни, писал Л.Н.Толстой10. Писал и В.В.Розанов о гадких и самодовольных буржуа XIX°века, стремящихся к уравнительному со-стоянию всех: «Ни святых, ни героев, ни демонов, ни богов»11 (хотя именно Розанов обратил внимание на то, что главный ненавистник буржуа Леонтьев сам вел совершенно буржуазный образ жизни12, а также — что исторически буржуазия как сословие была способна и к борьбе и к эстетическому восприятию, а еще она немножечко вела торговлю, что никак не умаляло ее достоинств13).

После 1917 г. сложилась парадоксальная ситуация: буржуазность отчетливо обнаруживалась в быту молодой Советской республики и критиковалась как изнутри, где ее пытались искоренить14, так и снаружи (при этом «советизация» как специфическая форма «окультуривания» одержимого пережитками населения понималась извне как «обмещанивание» и выравнивание по невысокому американскому образцу15). А В.В.Набоков называл навязываемые раннесоветской литературой идеалы «мещанскими»16.

Одним из самых суровых критиков буржуазности (и мещанства как ее синонима) был Н.А.Бердяев. Согласно Бердяеву, буржуазность не социологическая, а духовная и онтологическая категория17. В истории нет прогресса — вместо рыцаря, философа и поэта приходит буржуа, организатор и торговец18. Буржуа отрицает жизнь духа и живет только в мире видимых вещей. Буржуа всегда раб, раб собственности и денег19. Бердяев также был непримиримым критиком современного ему коммунизма, который явил новый и самый страшный тип буржуа, рвущегося в первые ряды жизни20 («новую отвратительную форму буржуазности»21, т.е. советскую бюрократию). Буржуазность есть отпадение от христианства, и «все лучшие русские религиозные мыслители были противниками буржуазно-капиталистической цивилизации и боролись против нее, не только Л. Толстой, но и славянофилы, и К. Леонтьев, и Достоевский, и Вл. Соловьев, и Н. Ф. Федоров. Это есть великая традиция русской национально-религиозной мысли, которой я остаюсь верен»22.

Бердяеву наличие такой отечественной традиции кажется неоспо-римым обоснованием присущих буржуазии пороков, противоречащих религиозному и национальному духу. Но здесь неизбежно возникает вопрос: в чем истинная причина неприятия буржуазности как системы ценностей (если, конечно, не прибегать к традиционному аргументу, что русский народ не приемлет капиталистической наживы как явления безнравственного)? Поскольку, скажем прямо, во всех перечисленных случаях высказывался не народ; напротив, ему со стороны разъясняли глу-бокую чуждость этого западного явления.

Был у нас, однако, торговый город Новгород с его примитивной, но республикой, и былинный герой купец Садко. Иностранные путешественники отмечали исторически присущий русскому народу исключительный вкус к торговле и предпринимательству23 (но государство вмешивалось в каждую инициативу и монополизировало все прибыльные виды торговли24).

Классическая русская литература XIX в., обличая купечество за отсталость, все-таки помнила, что купцы могут быть носителями идеала: только купец и способен был отстоять семейную честь ценой собственной жизни; и знакомую с детства сказку ключница Пелагея рассказывала не про царя, а про купца и его дочерей ― кто еще по-ехал бы за дальние моря? Только Афанасий Никитин да Федор Котов. А потом все куда-то делось и осталось только «темное царство».

Это связано с особенностями национального сознания и национальной истории (а также от эпохи к эпохе воспроизводящейся структуры социума, когда незначительному количеству богатых противостоит огромная масса бедных, а тех, кто должен бы заполнить собою социальную середину, ничтожный процент. На сегодня бедных у нас 96%25 ; по данным последней переписи, 74% этого небогатого населения живет в городах26 (до революции было 77% крестьян и 11% мещан27 ). В отсутствие западноевропейской средневековой системы вассалитета, когда все последовательно служили друг другу, возникла гигантская вотчина, в которой был только царь и холопы, а вольный человек стал случайностью28. Средний слой (не в современном социологическом, а в социокультурном смысле — как выполняющий медиаторские, организующие культуру функции) не был нужен, было достаточно царя и народа29.

Что же до собственности, то собственность как таковая возможна лишь в том случае, если собственник может быть легально изменен, а в наших условиях собственность что крестьянского двора, что царства менялась только в рамках конфликта, нарушения порядка, обычая, закона. В XVI-XVII в. царь юридически стал крупнейшим землевладельцем и владельцем всех промышленных производств и коммерческих промыслов и в любую минуту мог потребовать или отобрать ту часть продукции (доходов), в которой нуждалось государство30.

Важнейшие достижения «срединной» западноевропейской культуры (как возможности найти компромисс между двумя крайностями, примирить и объединить два противоположных смысла через третий) — это признание способности разума к познанию; переосмысление любви; переосмысление представления о Боге и божественном; создание нового религиозно-нравственного синтеза31. Залог медиации («срединности») — в человечности христианского Бога, который, вочеловечившись, низвел высшую нравственность из недостижимой потусторонности в повседневность, сделал ее доступной для человека, и это очеловечивание Бога дало мощный толчок срединной культуре и либеральной нравственности (т.е. как раз буржуазности).

Но русская культура рвется к потустороннему — соборно-теократическому, авторитарно-монархическому, воображаемым ценностям неба и светлого будущего. Сразу же после крещения началось религиозное оправдание режима деспотии как формы партиципации (стремление соединиться с целым как с тотемом), была сакрализована ценность единства земли как имеющая приоритет надо всеми другими ценностями, сакрализировались в имперском масштабе ценности коллективные и соборные в противовес индивидуальным; также был сакрализован приоритет обсуждения в обществе державной (имперской) идеи как единства русского государства и его непреходящей ценности для русского народа32. Так стала возможна русская религиозная философия, которая пыталась оправдать и самоценность личности, и потусторонность как меру этой самоценности, т.е. одновременно и «срединность», и партиципацию к Богу-народу. Это привело к двойным стандартам в культуре: высокой нравственной ценности человека, но высшей нравственности ценности потусторонности — в русской философии человек может оправдать сам себя только через устремленность к тотему. Способность человека в качестве единственной меры самооценки в русском религиозном типе мышления еще не состоялась33. Это — одно из объяснений резкого неприятия буржуазности в русской мысли от Леонтьева до Бердяева — если понимать буржуазность именно как «срединность» и способность к наделению посюсторонних ценностей абсолютным смыслом. Но возможно и другое.

С какого-то исторического момента элита не могла пережить над-вигающейся демократизации, наблюдаемой сначала в виде «всеобщей доступности». Потому что ей нужно было искать теперь новые основания для того, чтобы утверждать свою исключительность. Как писал Герцен, «рыцарская честь заменилась бухгалтерской честностью, изящные нравы — нравами чинными, вежливость ― чопорностью, гордость — обидчивостью, парки — огородами, дворцы — гостиницами, открытыми для всех, т.е. для всех, имеющих деньги»34. Герцен, друживший с купцом В.П.Боткиным, не мог пережить «самой демократичной независимости — независимости благодаря деньгам»35 (по поводу Боткина, конечно, можно со всем основанием возразить, что он стал вхож в лучшие московские дома благодаря исключительной образованности36, а не благодаря демократичным деньгам). Столь же недолго держался в русской культуре «франклинизм» в виде идеала: от хвалебных слов Карам-зина до критики «франклиновского человека», воплощенного в образе Молчалина37 , прошло чуть более четверти века. Здесь проще всего сделать вывод о нравственной несовместимости американского учения с русской духовностью (однако количество дореволюционных изданий Франклина свидетельствует об обратном).

Итак, деньги как новая основа независимости заставили элиту ис-кать новые основания для поддержания себя самой и найти эти основания в презрении к новому хозяину жизни. Аристократия больше не законодатель мод: ни дамских (потому что во второй половине XIX века купечество располагало бóльшими средствами, и родовая аристократия выработала свой особый, несколько старомодный стиль38. Мы помним, какое значение благородные рыцари придавали драгоценностям и роскошной одежде39. Но с той поры, как социальная инициатива перешла в руки буржуазии, яркость и блеск в одежде были перетолкованы как вульгарность и агрессивность). Ни культурных (как следует из воспоминаний Н.Берберовой, к концу XIX в. деградация аристократии стала заметна всем40; еще бы — в начале столетия представители семейства Строгановых строят Казанский собор, а в конце изобретают бефстроганов. А купец С.И.Щукин тем временем (на фоне бефстроганова) первый привез в Россию картину Матисса. Но куда ему до Александра в пернатом шлеме). Ни технических (потому что как бы ни возмущался Бегушев пристрастием буржуа к комфортабельным вагонам, железная дорога — это порождение технического прогресса, вызванного к жизни капиталистической эпохой. Пока у нас Бегушев произносил обличительные речи, У.Уитман в далекой буржуазной Америке называл «самым лучшим примером победы человечества над варварством ― спальный американский вагон»41 ).

То есть, какими бы поэтичными, выразительными, нрав-ственными и т.д. ни выглядели претензии к буржуазности, они связаны либо с неспособностью национального сознания к медиации, т.е. к возможности найти компромисс между двумя крайностями, примирить и объединить два противоположных смысла через третий (т.е. это неспособность воспринять буржуазность как проявление «срединности» и поэтому описание ее как посредственности). Либо эти претензии являются выражением ощущения утраты лидерства в культуре, специфическим способом переживания собственной деградации бывшей национальной элитой (аристократией), которая начинает называть «буржуазностью» и приписывать буржуазии в качестве порока все то, что как раз является проявлением ее собственного нравственного, эстетического или социального упадка.

Литература:

  1. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта (Социокуль-турная динамика России). Т. I.: От прошлого к будущему. — Новосибирск: Сибирский хронограф, 1998. — 804 с.
  2. Берберова Н.Н. Чайковский. Железная женщина. — М.: Изда-тельство имени Сабашниковых, 1997. — 576 с.
  3. Бердяев Н.А. Дневник философа (Спор о монархии, о буржуазности и о свободе мысли) // Путь. Орган русской религиозной мысли. Книга 1 (I-VI). Репринтное издание. — М.: Информ-Прогресс, 1992. — С. 521-526.
  4. Бердяев Н.А. Новое Средневековье / Бердяев Н.А. Смысл творче-ства: Опыт оправдания человека. М.: АСТ-Астрель, 2011 — С. 544-627.
  5. Бердяев Н.А. О духовной буржуазности // Путь. Орган русской религиозной мысли. Книга 1 (I-VI). Репринтное издание. — М.: Ин-форм-Прогресс, 1992. — С. 269-276.
  6. Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека. ― М.: АСТ: Астрель, 2010 — 316 с.
  7. Бобков В.Н., Алиев У.Т., Куница С.М., Черенько Л.Н. Неравенство в распределении доходов и уровне бедности населения: межстрановые сопоставления // Вопросы статистики. ― 2011. № 6. ― С. 47-54.
  8. Валентинов Н. Встречи с Лениным. New York: Chalidze Publications, 1981 — 356 с.
  9. Вихавайнен Т. Внутренний враг: борьба с мещанством как моральная миссия русской интеллигенции. / Пер. с англ. Е.Герасимовой и С.Чуйкиной. — СПб: Издательский дом «Коло», 2004. — 416 с.
  10. Всероссийская перепись населения 2010. Итоги переписи. [Элек-тронный ресурс] URL: http://www.perepis-2010.ru/results_of_the_census/results-inform.php. Дата обращения: 28.05.2012.
  11. Герцен А.И. Былое и думы / Герцен А.И. Собрание сочинений в 30 т. Т. 10. Былое и думы. Часть V. — М.: Издательство Академии наук, 1956.
  12. Давыдов А.П. «Духовной жаждою томим».: А.С.Пушкин и становление «срединной» культуры в России. Новосибирск: «Сибирский хронограф», 2001.  — 242 с.
  13. Калашников М.В. «Карамзинисты», Б.Франклин и «Горе от ума» // Философский век. Альманах. Вып. 31. Бенджамин Франклин и Россия: к 300-летию со дня рождения. Часть 1 / Отв. редакторы Т.В.Артемьева, М.И.Микешин. — СПб.: Санкт-Петербургский центр истории идей, 2006. — С. 207-215.
  14. Карамзин Н.М. О иностранных книгах (Жизнь Вениамина Фрнаклина, им самим описанная для сына его) // Карамзин Н.М. Московский журнал. 1791. Часть четвертая. Книжка третия. Декабрь месяц. — С. 355.
  15. Кирсанова Р. Костюм в русской художественной культуре // Вопросы искусствознания. 1997. № 1 (X). — С. 477-491.
  16. Леонтьев К.Н. Письма о восточных делах / Леонтьев К.Н. Восток, Россия и Славянство: Философская и политическая публицистика. Ду-ховная проза (1872-1891) / Общ. ред., сост. и коммент. Г.Б.Кремнева; вступ. ст. и коммент. В.И.Косика.― М.: Издательство «Республика», 1996 — С. 353-390.
  17. Пайпс Р. Россия при старом режиме. — М.: Захаров, 2012. — 480 с.
  18. Писемский А.Ф. Мещане / Писемский А.Ф. Собр. соч.: в 9 т. — Т.7. — М.: Библиотека «Огонек», 1959. —  С. 3-338.
  19. Розанов В.В. Опавшие листья. Короб первый. / В.В.Розанов. Том 2.: Уединенное. — М.: Издательство «Правда», 1990. — С. 277-418.
  20. Набоков В.В. Лекции по русской литературе. / Пер. с англ.; Преди-словие Ив.Толстого. — М.: Издательство Независимая газета, 1998. — 440 с.
  21. Османов А.И. История России IX-XIX века: Учебное пособие. 3-е изд., испр. и доп. — СПб: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена; Изд-во «СО-ЮЗ», 2002. — 509 с.
  22. Оссовская М. Рыцарь и буржуа: Исслед. по истории морали: Пер. с польск. / Общ. ред. А. А. Гусейнова; Вступ. ст. А. А. Гусейнова и К. А. Шварцман. — М.: Прогресс, 1987 — 528 с.
  23. Салтыков-Щедрин М.Е. Мелочи жизни. /Салтыков-Щедрин М. Е. Собрание сочинений. В 20 т. Т. 16. Книга вторая. — М.: Издательство «Художественная литература», 1974. —  390 с.
  24. Саркисянц М. Россия и мессианизм. К «русской идее» Н.А.Бердяева. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2005. — 272 с.
  25. Семенова Н.Ю. Московские коллекционеры: С.И.Щукин, И.А.Морозоа, И.С.Остроухов: Три судьбы, три увлечения. — М.: Молодая гвардия, 2010. — 403 с.
  26. Толстой Л.Н. Воскресение / Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений: в 90 т. Т. 32. ― М.-Л.: Государственное издательство «Художественная литература», 1933.
  27. Уитмен У. Листья травы. Проза. Пер. и предисл. К.Чуковского. — Пг., 1922. — 260 с.
  28. Франклин В. «Автобиография» Б.Франклина / Подгот. текста и коммент. М.Корневой. — М.: Моск. рабочий, 1988. — 47 с.).
  29. Франклин В. Искусство быть достаточным и счастливым. Ручная книжка для каждого. С нем. СПб., Акад. наук, 1836. — 32 с.
  30. Франклин В. Как благополучно век прожить? Наука доброго человека Рихарда. Перевел с французского М.В. — М.: В типографии Ф.Гиппиуса, 1791. — 62 с.
  31. Франклин В. Мысли Франклина. Одесса, тип о-ва «Русская речь», 1913. — 1 л
  32. Франклин В. Трудолюбие, умеренность и промышленность. Нравоучения для детей. Из соч. Франклина. Пер с англ. — М., тип. Лазаревых ин-та вост. яз, 1835. — 48 с.

 


 

  1. Герцен А.И. Былое и думы / Герцен А.И. Собрание сочинений в 30 т. Т. 10. Былое и думы. Часть V. — М.: Издательство Академии наук, 1956. — С. 124-125.
  2. Карамзин Н.М. О иностранных книгах (Жизнь Вениамина Фрнаклина, им са-мим описанная для сына его) // Карамзин Н.М. Московский журнал. 1791. Часть чет-вертая. Книжка третия. Декабрь месяц. — С. 355.
  3. Франклин В. Трудолюбие, умеренность и промышленность. Нравоучения для детей. Из соч. Франклина. Пер с англ. — М., тип. Лазаревых ин-та вост. яз, 1835. — 48 с.
  4. См.: Франклин В. Как благополучно век прожить? Наука доброго человека Рихарда. Перевел с французского М.В. — М.: В типографии Ф.Гиппиуса, 1791. — 62 с.; Франклин В. Искусство быть достаточным и счастливым. Ручная книжка для каждого. С нем. СПб., Акад. наук, 1836. — 32 с. и пр.
  5. Последний раз перед революцией фрагмент был издан в виде листовки в 1913 г. в Одессе (Мысли Франклина. Одесса, тип о-ва «Русская речь», 1913. — 1 л.); интересено, что в годы Перестройки, с целью приобщения молодежи к общечеловеческим ценностям, также издали «Автобиографию» в облегченном варианте с элементами пересказа (Франклин Б. «Автобиография» Б.Франклина / Подгот. текста и коммент. М.Корневой. — М.: Моск. рабочий, 1988. — 47 с.).
  6. Валентинов Н. Встречи с Лениным. New York: Chalidze Publications, 1981 — С. 103.
  7. Леонтьев К.Н. Письма о восточных делах / Леонтьев К.Н. Восток, Россия и Славянство: Философская и политическая публицистика. Духовная проза (1872-1891) / Общ. ред., сост. и коммент. Г.Б.Кремнева; вступ. ст. и коммент. В.И.Косика.― М.: Издательство «Республика», 1996 — С. 373.
  8. Писемский А.Ф. Мещане / Писемский А.Ф. Собр. соч.: в 9 т. — Т.7. — М.: Библиотека «Огонек», 1959. — С. 12.
  9. Салтыков-Щедрин М.Е. Мелочи жизни. /Салтыков-Щедрин М. Е. Собрание сочинений. В 20 т. Т. 16. Книга вторая. — М.: Издательство «Художественная лите-ратура», 1974. — С.13.
  10. Толстой Л.Н. Воскресение / Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений: в 90 т. Т. 32. ― М.-Л.: Государственное издательство «Художественная литература», 1933. — С. 239-240.
  11. Розанов В.В. Опавшие листья. Короб первый. / В.В.Розанов. Том 2.: Уеди-ненное. — М.: Издательство «Правда», 1990. — С. 407.
  12. Розанов В.В. Указ. соч. — С. 393.
  13. Розанов В.В. Указ. соч. — С. 405.
  14. См. об этом, например: Вихавайнен Т. Внутренний враг: борьба с мещанством как моральная миссия русской интеллигенции. / Пер. с англ. Е.Герасимовой и С.Чуйкиной. — СПб: Издательский дом «Коло», 2004. — 416 с.
  15. Саркисянц М. Россия и мессианизм. К «русской идее» Н.А.Бердяева. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2005. — 219-223.
  16. Набоков В.В.Пошляки и пошлость. / Набоков В.В.Лекции по русской лите-ратуре. / Пер. с англ.; Предисловие Ив.Толстого. — М.: Издательство Независимая газета, 1998. — С.384.
  17. Бердяев Н.А. О духовной буржуазности // Путь. Орган русской религиозной мысли. Книга 1 (I-VI). Репринтное издание. — М.: Информ-Прогресс, 1992. — С. 269; Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека. ― М.: АСТ: Астрель, 2010 — С. 212.
  18. Бердяев Н.А. О духовной буржуазности — С. 269-270.
  19. Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека. ― М.: АСТ: Астрель, 2010 — С. 215.
  20. Бердяев Н.А. О духовной буржуазности — С. 273.
  21. Бердяев Н.А. Новое Средневековье / Бердяев Н.А. Смысл творчества: Опыт оправдания человека. М.: АСТ-Астрель, 2011 — С. 597; Бердяев Н.А. Дневник фило-софа (Спор о монархии, о буржуазности и о свободе мысли) // Путь. Орган русской религиозной мысли. Книга 1 (I-VI). Репринтное издание. — М.: Информ-Прогресс, 1992. — С. 525.
  22. Бердяев Н.А. Дневник философа. — С. 525.
  23. Пайпс Р. Россия при старом режиме. — М.: Захаров, 2012. — С.258-259.
  24. Пайпс Р. Указ. соч. — С.261-263.
  25. Бобков В.Н., Алиев У.Т., Куница С.М., Черенько Л.Н. Неравенство в рас-пределении доходов и уровне бедности населения: межстрановые сопоставления // Вопросы статистики. ― 2011. № 6. ― С. 47-54.
  26. Всероссийская перепись населения 2010. Итоги переписи. [Электронный ресурс] URL: http://www.perepis-2010.ru/results_of_the_census/results-inform.php. Дата обращения: 28.05.2012.
  27. Османов А.И. История России IX-XIX века: Учебное пособие. 3-е изд., испр. и доп. — СПб: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена; Изд-во «СОЮЗ», 2002. — С. 247.
  28. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта (Социокультурная ди-намика России). Т. I.: От прошлого к будущему. – Новосибирск: Сибирский хроно-граф, 1998. — с. 115.
  29. Ахиезер А.С. Указ. соч. — С. 120.
  30. Ахиезер А.С. Указ. соч. — С. 136-138.
  31. Давыдов А.П. «Духовной жаждою томим».: А.С.Пушкин и становление «срединной» культуры в России. Новосибирск: «Сибирский хронограф», 2001. — С. 32-44.
  32. Давыдов А.П. Указ. соч. — С. 49-50.
  33. Давыдов А.П. Указ. соч. — С. 52.
  34. Герцен А.И. Былое и думы / Герцен А.И. Собрание сочинений в 30 т. Т. 10. Былое и думы. Часть V. — М.: Издательство Академии наук, 1956. — С. 126.
  35. Оссовская М. Рыцарь и буржуа: Исслед. по истории морали: Пер. с польск. — М.: Прогресс, 1987 — С. 245.
  36. Семенова Н.Ю. Московские коллекционеры: С.И.Щукин, И.А.Морозоа, И.С.Остроухов: Три судьбы, три увлечения. — М.: Молодая гвардия, 2010. — С. 15.
  37. Калашников М.В. «Карамзинисты», Б.Франклин и «Горе от ума» // Фило-софский век. Альманах. Вып. 31. Бенджамин Франклин и Россия: к 300-летию со дня рождения. Часть 1 / Отв. редакторы Т.В.Артемьева, М.И.Микешин. — СПб.: Санкт-Петербургский центр истории идей, 2006. — С. 212-214.
  38. Кирсанова Р. Костюм в русской художественной культуре // Вопросы ис-кусствознания. 1997. № 1 (X). — С. 487.
  39. Оссовская М. Указ. соч. — С. 81-82.
  40. Берберова Н.Н. Чайковский. Железная женщина. — М.: Издательство имени Сабашниковых, 1997. — 223-227.
  41. Уитмен У. Листья травы. Проза. Пер. и предисл. К.Чуковского. — Пг., 1922. — С.159.


Другие статьи автора: Шоломова Татьяна

Архив журнала
№4, 2019к№3, 2019№2, 2019№1. 2019№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№4, 2017№2, 2017№3, 2017№1, 2017№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№4, 2015№2, 2015№3, 2015№4, 2014№1, 2015№2, 2014№3, 2014№1, 2014№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба