Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » НЛО » №140, 2016

Брюс Грант
Технологии иерархии (пер. с англ. Татьяны Пирусской)
Просмотров: 564

Ten Responses to Michael David-Fox’s Article

Bruce Grant. Technologies of Hierarchy

 

Брюс Грант (Нью-Йоркский университет; профессор кафедры антропологии; PhD) bruce.grant@nyu.edu

УДК: 303.01+304.2+304.5+930.2

Аннотация:

В дискуссии собраны десять откликов на статью Майкла Дэвид-Фокса «Модерность в России и СССР: отсутствующая, общая, альтернативная или переплетенная?», представляющих достаточно широкую палитру мнений. В цент­ре дискуссии — вопрос о советской и постсоветской модерности как таковой: была ли она в России в принципе, и если да, то в каком виде и качест­ве? Фактически каждый из участников дискуссии предлагает свой вариант концепции модерности и свое ви´дение того, что представляет со­бой российская модерность (либо аргументирует позицию, согласно которой о «модерности» применительно к России и СССР говорить некорректно). При этом не меньше внимания авторы откликов уделяют и исто­риографии (пост)советской модерности, которая была основным объектом исследования в статье Дэвид-Фокса.

Ключевые слова: модерность, современность, историография, Россия, Российская империя, СССР, Майкл Дэвид-Фокс

 

Bruce Grant (New York University; professor, Department of Anthropology; PhD) bruce.grant@nyu.edu

UDC: 303.01+304.2+304.5+930.2

Abstract:

The ten responses gathered here in response to Michael David-Fox’s article Russian—Soviet Mo­der­nity: None, Shared, Alternative, or Entangled? represent a broad diversity of opinions. The discussion centers around the question of Sovi­et and post-Soviet modernity as such: did Russia have a modernity at all, and if yes, then in what form and of what quality? Each partici­pant in the discussion suggests his or her own con­ception of modernity and vision of what Rus­sian mo­dernity looks like (or argues that there can be no discussion of “mo­der­nity” in connection with Russia or the USSR). Meanwhile, the res­pondents also com­me­nt at length on the historio­graphy of (post-)So­viet mo­der­nity, the starting point for David-Fox’s article in the first place.

Key words: modernity, historiography, Russia, the Russian Empire, the USSR, Michael David-Fox

 

 

Честь и слава Майклу Дэвид-Фоксу за его попытку пробраться сквозь густые заросли классической периодизации. Как он очень хорошо показывает, эти проблемы давно уже интересуют многих лучших представителей мысли в нашей области. По-своему каждому из нас нужна периодизация, т.е. обобщение. Понятия «традиция» и «модерность» в этом плане ужасно несовершенны, но в то же время они из числа наиболее подходящих для решения подобной задачи инструментов. Вероятно, важнее всего здесь то, что «модерность», как и все термины, представляет собой артефакт особого рода, как правило, говорящий о наблюдателе не меньше, чем о наблюдаемом. Поэтому я бы сказал, что это термин, которого лучше избегать.

Отправной точкой для нас должно стать русское слово, соответствующее английскому «modernity», — «современность». Быть «современным» означает существовать в одной временнóй плоскости, в тот же период, быть «современником» или сверстником. На базовом уровне речь идет об одновременности. Но обращает на себя внимание то, что в научном или повседневном обиходе чаще встречаются такие выражения, как «в наше время», «в настоящее вре­мя», «сегодня». Йоханнес Фабиан в знаковой работе «Время и другой» [Fabian 1983] коренным образом изменил понимание этой проблемы, сосредоточившись на «отрицании сверстничества» — аномалии, распространенной среди антрополо­гов и позволяющей ученым прямо в глаза живому человеку объяв­лять его «отсталым», «приверженным традиции» или, скажем, «несовременным». В глазах Фабиана, речь идет о технологиях иерархии. Дэвид-Фокс пока­зывает, что историки и социологи, как и большинство из нас, склонны к этой патологии, когда «модерность» — понятие, которое редко определяют с какой-либо долей точности и последовательности, — выдвигается на первый план как эталон, по степе­ни близости к которому они судят о том, как другие достигают некой жела­тельной цивилизационной или эволюционной цели. Если припомнить заме­ча­ние, которое высказывает в книге «Мусульманское общество» Эрнест Геллнер, то можно с легкостью решить, что истоки модерности восходят не к Европе XVI века (где большинство склонно их видеть), а к арабскому миру VII века:

По ряду очевидных признаков — таких, как универсализм, свод священных текстов, духовный эгалитаризм, полноценная включенность в религиозное сообщест­во не одного или нескольких человек, а всех, и рациональная упорядоченность социальной жизни, — ислам из трех великих монотеистических религий Запада ближе всего к модерности [Gellner 1981: 7].

Мы возвращаемся в исходную точку множества парадигм и возможностей.

Рассмотрение модерности как артефакта  создает подобную гибкость, но в то же время, боюсь, пресекает некоторые из потенциальных попыток с уверенностью утверждать что-либо о временны´х рамках или о диктуемых временем условиях. Дэвид-Фокс в начале своей работы называет понятие модернос­ти «значимым в социальной теории». Многие, безусловно, работали над ним, но выводы, если говорить честно, беспорядочны и их легко опровергнуть, что так хорошо видно на примере эссе самого Дэвид-Фокса. Это значит, что, как я подозреваю, ни одно из перечисленных направлений мысли о модерности — отсутствующей, общей, альтернативной или переплетенной — не выглядит очень перспективным. Есть ли какое-то «движение вперед», как считает Дэвид-Фокс? Для меня «модерность» — один из таких терминов, с которыми вы не двигаетесь вперед, а от которых вам благоразумно хочется отступить на пару шагов назад. «Модерность» в этом отношении очень похожа на «нацию». Как ученые, мы должны сообщать и размышлять об этих многочисленных спорах о том, что же эти термины значат для других, — в первом случае имея в виду образ прогресса, во втором — теорию принадлежности. Однако сама по себе интенсивность споров об этих терминах еще не говорит о том, что мы должны смешивать их с полезными аналитическими инструментами. Если говорить об истории или антропологии, возможно, лучшей отправной точкой были бы имеющиеся даты и подробное описание окружающего мира.

 

Пер. с англ. Татьяны Пирусской

 

Библиография / References

[Fabian 1983] – Fabian J. Time and the Other: How Anthropology Makes Its Object. New York: Columbia University Press, 1983.

[Gellner 1981] – Gellner E. Muslim Society. Cambridge: Cambridge University Press, 1981.



Другие статьи автора: Грант Брюс

Архив журнала
№162, 2020№163, 2020№161, 2020№159, 2019№160, 2019№158. 2019№156, 2019№157, 2019№155, 2019№154, 2018№153, 2018№152. 2018№151, 2018№150, 2018№149, 2018№148, 2017№147, 2017№146, 2017№145, 2017№144, 2017№143, 2017№142, 2017№141, 2016№140, 2016№139, 2016№138, 2016№137, 2016№136, 2015№135, 2015№134, 2015№133, 2015№132, 2015№131, 2015№130, 2014№129, 2014№128, 2014№127, 2014№126, 2014№125, 2014№124, 2013№123, 2013№122, 2013№121, 2013№120, 2013№119, 2013№118, 2012№117, 2012№116, 2012
Поддержите нас
Журналы клуба