Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Credo New » №3, 2014

Екатерина Дмитрикова
Вопросы административной ответственности за правонарушения в области таможенного дела: гармонизация в условиях интеграции

Дмитрикова Екатерина Александровна

Доцент кафедры государственного и административного права

юридического факультета СПбГУ, к.ю.н.

 

Dmitrikova Ekaterina Aleksandrovna

Associate professor

Department of State and Administrative Law
Faculty of Law
St.Petersburg State University

 

E-mail: Dmitrikova.E@jurfak.spb.ru

УДК 342.9

 

Вопросы административной ответственности за правонарушения в области таможенного дела: гармонизация в условиях интеграции.

 

Аннотация. В настоящей статье рассматривается влияние таможенного законодательства Таможенного союза ЕврАзЭСна развитие законодательства РФ об административной ответственности и формирование административной и судебной практики его применения за совершение административных правонарушений в области таможенного дела.

Ключевые слова: таможенное законодательство, административная ответственность, конфискация товара, квалификация нарушений таможенных правил.

 

Questions of administrative responsibility for offenses in the field of customs: harmonization in terms of integration.

 

  1. This article investigates the influence of the customs legislation of the Customs Union of the Eurasian Economic Community on the development of Russian legislation on administrative responsibility and on the formation of the administrative and judicial practice of its application for administrative violations in the field of customs.

Keywords:customs legislation, administrative responsibility, confiscation of goods, customs violations qualification.

 

Интеграционные процессы в рамках Таможенного союза ЕврАзЭС обуславливают постановку проблемы гармонизации российского законодательства, административного в том числе.

Иллюстрацией обозначенной проблемы, можно признать регулирование сферы административной ответственности и складывающуюся практику привлечения к административной ответственности за правонарушения в области таможенного дела.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Таможенного кодекса Таможенного союза под административными правонарушениями понимаются нарушения, по которым в соответствии с законодательством государств — членов таможенного союза таможенные органы ведут административный процесс (осуществляют производство)[2].

Положениями статьи 1 Договора об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и государств-членов Таможенного союза административными правонарушениями признаются нарушения таможенного законодательства таможенного союза и законодательства Сторон, контроль, за соблюдением которого возложен на таможенные органы, за совершение которых предусмотрена административная ответственностьзаконодательством Сторон [4].

Таким образом, формально законодательством каждого из государств-членов Таможенного союза установлены охранительные нормы — сформулированы признаки составов административных правонарушений в области таможенного дела, виды и размеры наказаний за их совершение[5, глава 16; 9, глава 26; 10, глава 14].

Вместе с тем, анализ положений соответствующих нормативных правовых актов Российской Федерации, Республики Беларусь, Республики Казахстан позволяет сделать вывод о том, что содержание бланкетных диспозиций (большая часть из них таковыми является) требует корректного обращения к надлежащим нормам союзного таможенного законодательства.

Учитывая, что таможенное законодательство Таможенного союза состоит из Таможенного кодекса Таможенного союза, международных договоров государств — членов Таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в Таможенном союзе, а также решений Евразийской экономической комиссии[2, статья 3], регулятивные нормы представляют собой два условных блока разноуровневых нормативных предписаний: Таможенный кодекс Таможенного союза, международные договоры государств-членов и решения Евразийской экономической комиссии; законодательство РФ. При этом значимая часть общеобязательных правил в рассматриваемой сфере «выведена» на уровень наднационального регулирования. Это означает то, что квалификация отдельных составов административных правонарушений в области таможенного дела невозможна без обращения к наднациональным регулятивным нормам.

Например,нормам, определяющим категории декларант, таможенный представитель, статус указанных субъектов; правила прибытия / убытия товара на таможенную территорию Таможенного союза; устанавливающим меры нетарифного регулирования и перечень товаров, к экспорту/импорту которых применяются запреты и ограничения.

Бланкетный характер норм КоАП РФ признан конституционным [12] и решения высших судебных инстанций демонстрируют ориентированность на законодательство Таможенного союза; положения международных конвенций, которые ратифицированы Российской Федерацией. Например,высшие судебные инстанции по вопросу ответственности перевозчика руководствуются положениями таможенного законодательства Таможенного союза, международных соглашений [13, 14, 15].

Что касается национальных нормативных правовых актов, за нарушение, которых наступает административная ответственность, то применительно к положениям 16 главы Кодекса РФ об административных правонарушениях проблемы в квалификации возникают в следующих ситуациях [5].

Учитывая то, что нормы законов государств-членов таможенного союза устанавливают административную ответственность за нарушение положений таможенного законодательства таможенного союза и законодательства государств-членов Таможенного союза, в правоприменительной практике актуален вопрос о том, рассматриваем ли мы национальные акты исключительно как нормативные правовые акты, изданные в соответствии с международными договорами государств — членов Таможенного союза.

Именно такой подход демонстрирует законодатель, например, в конструкции диспозиций статьи 16.3 КоАП РФ (части 1,2). В результате при обнаружении нарушений законодательных актов Российской Федерации, не являющихся актами, изданными в соответствии с международными договорами государств – членов Таможенного союза, привлечение лица к административной ответственности признается неправомерным. Так, газовое оружие, обнаруженное при проведении таможенного контроля у гражданина, не было включено Единый перечень товаров, к которым применяются запреты и ограничения на ввоз или вывоз государствами. Вместе с тем, Федеральным законом от 13.12.1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» установлены ограничения при перемещении через границу РФ данной категории товаров. Привлечение к административной ответственности лица признано неправомерным, так как Федеральный закон от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» не является нормативным правовым актом РФ, изданным в соответствии с международными договорами государств – членов Таможенного союза[1].

К отмене правоприменительных актов таможенных органов приводит различная трактовка положений таможенного законодательства Таможенного союза должностными лицами таможенных органов и судьями.

Сложности в практике привлечения к ответственности возникают и в ситуации, когда признаки деяния, зафиксированные в соответствующей норме 16 главы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не охватывают всех обязанностей, установленных таможенным законодательством Таможенного союза в рамках таможенной процедуры.

Например, статья 16.10 КоАП РФ устанавливает ответственность за несоблюдение перевозчиком установленного таможенным органом срока таможенного транзита или определенного таможенным органом маршрута перевозки товаров либо доставка товаров в зону таможенного контроля, отличную от определенной таможенным органом в качестве места доставки. Из содержания нормы следует, что в качестве предмета административного правонарушения выступают исключительно товары, тогда как в ряде случаев перевозчик доставляет товар в соответствии с требованиями, нарушая порядок доставки документов.

Сложившаяся судебная и административная практика привлечения к ответственности в соответствии со статьей 16.10 КоАП РФ не отличается единообразием. В ряде решений судьи и должностные лица таможенных органов походят к содержанию нормы формально, полагая, что административная ответственность за нарушение правил доставки документов в зону таможенного контроля не предусмотрена рассматриваемой нормой. В других случаях, субъекты, осуществляющие правоприменительную деятельность, находят основания для привлечения к административной ответственности[2]. Второй подход представляется верным, учитывая, что в соответствии с таможенной процедурой таможенного транзита обязанность перевозчика включает доставить в место доставки товары и документы (ст. ст. 223,225 ТК ТС) [18,19]. Такая позиция находит поддержку и в постановлении Пленума ВАС РФ, которым суд разъяснил, что при возникновении коллизии между нормами таможенного законодательства Таможенного союза, состоящего из Таможенного кодекса Таможенного союза, международных договоров государств — членов Таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в Таможенном союзе, а также решений Евразийской экономической комиссии, и нормами законодательства Российской Федерации, применению подлежат нормы таможенного законодательства Таможенного союза [17].

Отсутствие в судебных решениях и правоприменительных актах таможенных органов единообразных подходов к разрешению вопросов, возникающих в связи с применением таможенного законодательства Таможенного союза при рассмотрении дел об административных правонарушениях в области таможенного дела, осложняет жизнь не только физическим лицам, участникам внешнеэкономической деятельности, но и должностным лицам таможенных органов, уполномоченным принимать соответствующие процессуальные решения в рамках производства по делам об административныхправонарушениях[3].

Наряду с проблемой корректного применения положений таможенного законодательства Таможенного союза при квалификации административных правонарушений в области таможенного дела отметим отсутствие видимой гармонизации в регулировании общих условий привлечения к административной ответственности.

По общему правилу, лицо, совершившее административное правонарушение на таможенной территории Таможенного союза, подлежит привлечению к административной ответственности по законодательству той Стороны, на территории которой выявлено административное правонарушение [4, статья 4].

Не обращаясь анализу различий в признаках составов административных правонарушений в области таможенного дела[4], обратим внимание на то, что различаются и общие условия привлечения к административной ответственности, предусмотренные законодательством Российской Федерации, Республики Беларусь и Республики Казахстан, в том числе виды административных наказаний и порядок их назначений.

За административные правонарушения в области таможенного дела российским законодательством предусмотрено назначение таких административных наказаний как предупреждение, административный штраф и конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения. Тогда как законодательством Республики Казахстан предусмотрено исключение из соответствующего реестра лиц, осуществляющих деятельность в сфере таможенного дела по решению таможенного органа. Например, санкции статей 409-1, 434 Кодекса Республики Казахстан об административных правонарушениях предусмотрено исключение из реестра лиц, осуществляющих деятельность в области таможенного дела и таможенных представителей или уполномоченных экономических операторов соответственно. Никаких исключений, по кругу субъектов, для применения наказания закон Республики Казахстан не предусматривает[9]. В этой связи возникает вопрос о возможности назначения данного наказания к российским участникам внешнеэкономической деятельности и порядке его исполнения, учитывая, что Реестр таможенных представителей ведет Федеральная таможенная службаРоссии [6].

Статус уполномоченного экономического оператора присваивается юридическому лицу таможенными органами путем выдачи свидетельства о включении в реестр уполномоченных экономических операторов и признается на территории того государства, таможенным органом которого присвоен данный статус [2, статья 38].

По меньшей мере, странно выглядит непризнание статуса уполномоченного экономического оператора на территории других государств-членов Таможенного союза при наличии потенциальной возможности исключения из Реестра без необходимого решения таможенных органов соответствующего государства-члена Таможенного союза.

Законодательством Республики Беларусь предусмотрено взыскание стоимости предмета правонарушения, орудий и средств совершения административного правонарушения. Такое наказание может быть применено в случае невозможности конфискации предмета, орудия, средства совершения административного правонарушения при отсутствии имущества, явившегося таковым; при невозможности реализации и экономической нецелесообразности реализации имущества[10]. Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях подобная мера административного воздействия не предусмотрена, хотя законодательный опыт Республики Беларусь представляется интересным, особенно в части взыскания стоимости предмета при экономической нецелесообразности реализации имущества[5].

Отметим, что положения законодательства Республики Беларусь, регулирующие вопросы административной ответственности, не позволяют применять взыскание стоимости предмета, орудия, средства совершения административного правонарушения за совершение административного таможенного правонарушения, если перечисленное имущество, не находится в собственности (на праве хозяйственного ведения, оперативного управления) лица, совершившего административное правонарушение [10, часть 2 и примечание к ст.6.12].

В качестве исключения, не подлежат конфискации товары, являющиеся предметом административного таможенного правонарушения, за совершение которого предусмотрена конфискация таких товаров, приобретенные после его совершения лицом, не совершавшим это административное таможенное правонарушение, которые: помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления в порядке, установленном международными договорами и иными актами законодательства; приобретены на территории Республики Беларусь у физического лица, не являющегося индивидуальным предпринимателем, для личного, семейного, домашнего потребления и иного подобного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью, если приобретатель не знал и не мог знать о совершении этого административного правонарушения; приобретены в розничной торговле. В сравнении с нормами КоАП РФ достаточно лояльно сформулированы в КоАП РБ и правила назначения конфискации предмета, административного правонарушения в отношении «добросовестных» лиц-приобретателей товара.

Однако, разрешая вопрос о возможности применения конфискации предмета, орудия, средства совершения административного правонарушения в отношении лица, не являющегося собственником, в ситуации, когда товар не приобретался[6], кодексы об административных правонарушениях Республики Беларусь и Российской Федерации устанавливают жесткие правила, позволяющие применять конфискацию.

На протяжении десяти лет в КоАП РФ отсутствовала норма, однозначно разрешающая назначение конфискации в качестве наказания для лица, не являющегося собственником имущества. Складывающаяся практиканазначения конфискации в таких случаях не отличалась однородностью. В одном из постановлений Конституционный Суд РФ указал на допустимость применения конфискации независимо от того, кем является правонарушитель — собственником товаров и транспортных средств, покупателем, владельцем либо выступает в ином качестве, достаточном в соответствии с законодательством для совершения с ними действий от своего имени, а также независимо от того, установлено или нет лицо, совершившее таможенное правонарушение [11].

Верховный Суд РФ разъяснил, что при назначении административного наказания в виде штрафа за правонарушение, предусмотренное частью 2 статьи 16.1 КоАП РФ, необходимо иметь в виду, что конфискация орудий совершения данного административного правонарушения в указанном случае является обязательной [16, пункт 28].

Редакция статьи 3.7 КоАП РФ в 2012 году не допускает возможность конфискации орудия совершения или предмета административного правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному в судебном порядке виновным в его совершении, за исключением административных правонарушений в области таможенного дела.

Конфискацию в отношении лица, не являющегося собственником предмет правонарушения, в порядке допускает Кодекс Республики Казахстан об административных правонарушениях при условии, если это предусмотрено особенной частью Кодекса [9, статья 50]. Анализ санкций главы 26 «Административные правонарушения в сфере таможенного дела» показал, что никаких оговорок относительно нарушений в рассматриваемой сфере не установлено, а значит, в качестве наказания конфискация может быть назначена только собственнику.

Такой подход в большей степени соответствует рекомендациям Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур [1, пункт 16]. В соответствии с Киотской конвенцией транспортные средства должны изыматься или конфисковаться только в тех случаях, когда: собственник, оператор или ответственное лицо в момент правонарушения были стороной, причастной к правонарушению или осведомленной о нем, либо не предприняли все разумные меры для предотвращения совершения правонарушения; или транспортные средства были специально сконструированы, переделаны или видоизменены, либо приспособлены любым способом для целей сокрытия товаров; или восстановление в прежнем состоянии транспортных средств, которые были специально видоизменены или переделаны, невозможно.

Представляется, что отсутствие единого подхода в регулировании общих условий назначения административных наказаний за совершение административных правонарушений в области таможенного дела ставит в неравные условия потенциальных субъектов административной ответственности.

Очевидно, что развитие таможенного законодательства Таможенного союза повлияло на сложившуюся ранее модель правового регулирования административной ответственности за правонарушения в области таможенного дела и практику ее применения.

Из содержания положений международных договоров государств — членов Таможенного союза следует то, что уровень установления регулятивных норм и охранительных норм, обеспечивающих соблюдение таможенного законодательства, различается. Охранительные нормы, устанавливающие ответственность за административные правонарушения в области таможенного дела, включены в национальные законы государств-членов Таможенного союза. Тогда как регулятивные нормы – положения таможенного законодательства таможенного союза и законодательства государств-членов Таможенного союза.

В этой связи выделим два условных блока вопросов, требующих разрешения. Во-первых, перед должностными лицами таможенных органов и судьями стоит задача корректного применения бланкетных диспозиций норм административно-деликтного законодательства государств-членов Таможенного союза с учетом положений таможенного законодательства Таможенного союза.

Во-вторых, выработка единых подходов к установлению общих условий привлечения к административной ответственности за правонарушения в области таможенного дела обеспечат равные условия для субъектов административной ответственности и будут способствовать формированию единообразной практике привлечения к административной ответственности в рассматриваемой сфере.

 

Список литературы:

 

  1. Международная конвенция об упрощении и гармонизации таможенных процедур (Киото, 18.05.1973). Конвенция вступила в силу для Российской Федерации 4 июля 2011 года // Собрание законодательства РФ.– 2011, № 32.–Ст. 4810.
  2. Таможенный кодекс Таможенного союза (приложение к Договору о Таможенном кодексе Таможенного союза, принятому Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС на уровне глав государств от 27.11.2009 № 17) // СПС КонсультантПлюс.
  3. Решение Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 5.07.2010 г. № 50 «О международных договорах Таможенного союза в сфере сотрудничества по уголовным и административным делам» // Собрание законодательства РФ. – 2012, № 32.– Ст. 4474, ст. 4476.
  4. Договор об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства таможенного союза и государств – членов таможенного союза. Договор принят Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 5.07.2010 г. № 50 «О международных договорах Таможенного союза в сфере сотрудничества по уголовным и административным делам» // Собрание законодательства РФ.– 2012, № 32. –Ст. 4474. Ст. 4476.
  5. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушенияхот 30.12.2001 г. № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. –2002, № 1 (ч. 1).– Ст. 1.
  6. Приказ ФТС России от 1.09.2010 г. № 1613 (ред. от 21.05.2014) «Об утверждении реестра таможенных представителей» // СПС КонсультантПлюс.
  7. Письмо ФТС России от 7.04.2011 г. № 18-12/15831 //СПС КонсультантПлюс.
  8. Письмо ФТС России от 20.03.2013 г. № 18-12/11516 «О направлении обзора законодательных основ привлечения лиц к административной ответственности в государствах — членах Таможенного союза после вступления в силу Таможенного кодекса Таможенного союза» // СПС КонсультантПлюс.
  9. Кодекс Республики Казахстан об административных правонарушениях от 30.01.2001 г. № 155-II. [Электронный ресурс]. URL: // http://www.zakon.kz (дата обращения: 30.05.2014).
  10. Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 21 апреля 2003 г. № 194-З [Электронный ресурс]. URL: http://mvd.gov.by (дата обращения: 29.05.2014).
  11. Постановление Конституционного Суда РФ от 14.05.1999 г. № 8-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Сибирское агентство «Экспресс» и гражданина С.И. Тененева, а также жалобой фирмы «Y. & g. ReliableServices, Inc.» // Собрание законодательства РФ. – 1999, № 21. –Ст. 2669.
  12. Определение Конституционного Суда РФ от 25.02.2010 г. № 287-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Самотлор-НН» на нарушение его конституционных прав и свобод статьей 16.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // СПС КонсультантПлюс.
  13. Определение Конституционного Суда РФ от 14.07.2011 г. № 1031-О-О // СПС КонсультантПлюс.
  14. Определение ВАС РФ от 17.07.2013 г. № ВАС-9082/13 по делу № А40-1226/2013 // СПС КонсультантПлюс.
  15. Определение ВАС РФ от 12.02.2014 г. № ВАС-378/14 по делу № А40-43682/2013 // СПС КонсультантПлюс.
  16. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 г. № 18 (ред. от 9.02.2012) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» //СПС КонсультантПлюс.
  17. Постановление Пленума ВАС РФ от 8.11.2013 г. № 79 «О некоторых вопросах применения таможенного законодательства» // Вестник ВАС РФ.– 2014, № 1.
  18. Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 7.03.2012 г. по делу № А56-1919/2012 // СПС КонсультантПлюс.
  19. Постановление ФАС Северо-Западного округа от 7.06.2012 г. по делу № А56-40163/2011 //СПС КонсультантПлюс.

 

 

 

 

 

 

 

[1]Вопросы семинара начальников ОАР таможен СЗТУ «Проблемы, возникающие в таможенных органах СЗТУ при привлечении лиц к административной ответственности за НТП, связанных с применением норм КоАП РФ и ТК ТС»(по материалам Мурманской таможни). Июль 2012.

 

[2] В постановлениях по делам об административных правонарушениях, вынесенных уполномоченными должностными лицами таможенных органов, такая позиция прослеживается, возможно, в силу наличия соответствующих разъяснений ФТС России[7].

[3] Отметим то, что при наличии сложностей в выработке единообразных подходов в правоприменительной практике высшие судебные инстанции длительное время оставляли вопрос о применении положений таможенного законодательства таможенного союза без внимания. Определенным достижением можно считать Постановление Пленума ВАС РФ от 8 ноября 2013 г. № 79 «О некоторых вопросах применения таможенного законодательства»[17].

[4] Сравнительная таблица составов административных правонарушений в области таможенного дела представлена в Письме ФТС России[8].

[5] Наличие вопросов, связанных с экономической целесообразностью реализации имущества, породило обсуждение назревшей необходимости передать организацию реализации и уничтожения конфискованного имущества таможенным органам (в настоящее время уничтожение конфискованного имущества производит Федеральное агентство по управлению госимуществом).

[6]Например, в силу договорных отношений между декларантом и таможенным представителем.



Другие статьи автора: Дмитрикова Екатерина

Архив журнала
№4, 2020№1, 2021кр№2, 2021№3, 2020№2, 2020№1, 2020№4, 2019№3, 2019№2, 2019№1. 2019№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№4, 2017№2, 2017№3, 2017№1, 2017№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№4, 2015№2, 2015№3, 2015№4, 2014№1, 2015№2, 2014№3, 2014№1, 2014№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба