Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Курьер ЮНЕСКО » ю№2, 2019

Иван Нестеров
Российские города-заводы на пороге моноНЕзависимости
Просмотров: 102

 

cou_02_19_russia_web.jpg

Суровый климат, загрязнение и оторванность от мира – такова повседневная реальность Норильска. Фото Елены Чернышевой (Россия) из серии «Дни ночей – ночи дней», посвященной адаптации человека к жизни в экстремальных условиях.

Кризис в Детройте стал поводом для широкого обсуждения в международной прессе. Многие наслышаны о банкротстве, в июле 2013 года, и затем о возрождении американского «Города моторов», поставившего все на карту автомобилестроения и... все потерявшего. Немногие знают о российских моногородах, переживающих подобные события. Таких городов или, как их еще называют, городов-заводов в России 319. Как справляются с ситуацией они?

Иван Нестеров

2 июня 2009 года. Мир переживает один из жесточайших финансовых кризисов. На северо-западе России перекрыта федеральная автомобильная трасса Новая Ладога – Вологда. Более 300 жителей небольшого российского города Пикалево Ленинградской области преграждают движение. На этот шаг их вынудила длительная невыплата зарплат. Три ранее государственных градообразующих предприятия, входившие в единую производственную линейку, теперь находились в руках трех разных собственников: «Базэл-Цемент», «Евроцемент групп» и «ФосАгро». Среди них начались разногласия по стоимости сырья, объемам производства, перспективам работы комбинатов. В итоге в городке с 21 тыс. жителей без работы остались более 4 тыс. человек.

Конфликт был улажен личным вмешательством премьер-министра России Владимира Путина. 4 июня он приехал в Пикалево и собрал владельцев всех трех комбинатов, в результате чего были подписаны договоры о поставках сырья и долгосрочные контракты. Деньги на решение финансовых проблем (зарплаты работникам, долги поставщикам и перевозчикам сырья) были выделены государственным банком ВТБ. Производство возобновилось.

Понятно, что личное вмешательство премьер-министра либо президента не может стать эффективной моделью преодоления кризисов. Тем более что зачастую проблема заключается не в разногласиях собственников производств, а в отсутствии у градообразующих предприятий каких-либо рыночных перспектив. Переход России на рыночные условия в начале 1990-х годов обернулся для моногородов вереницей острых проблем.

Во главе списка – безработица. По статистике ее средний уровень здесь превышает среднероссийский в два раза. Кроме того, для плохо пригодных для жизни городов, построенных для промышленности, а не для людей, типичными являются проблемы загрязнения окружающей среды и неразвитости инфраструктуры, в том числе образования и здравоохранения. В довершение всего, для многих городов актуален вопрос изоляции от «материка», когда непомерно высокая стоимость авиабилетов делает большинство жителей фактически заложниками ситуации. Те, кому все-таки посчастливилось попасть на борт самолета, улетают навсегда!

Появление моногородов

В России 319 моногородов, в которых проживает 13,2 млн человек, т. е. почти каждый десятый россиянин. Какими бы разными они ни были, их объединяет одно – их жизнедеятельность всецело зависит от единственного предприятия или группы тесно интегрированных между собой компаний, на которых работает как минимум четверть населения. Все они выросли вокруг заводов, вблизи крупных лесопромышленных центров и месторождений полезных ископаемых (золото, железная руда, уголь, нефть, газ, апатиты и др.). Так, цементный завод и рабочий поселок Пикалево начали строиться в 1935 году в окрестностях одноименной станции, где пятью годами ранее были разведаны залежи цементных известняков и глин.

Первые российские города-заводы появились еще в XVIII веке в период преобразований Петра I, когда открывались суконные мануфактуры и железоделательные заводы. Вторая волна их бурного развития приходится на XIX век и связана со становлением в России текстильного производства и легкой промышленности. Большинство же российских моногородов было создано для воплощения в жизнь грандиозных планов Советского Союза в период сталинской индустриализации 1930-х годов, ориентированной преимущественно на оборону.

На сегодняшний день в монопрофильных городах России размещается более 400 градообразующих предприятий. Например, это «Сибирская угольная энергетическая компания» (СУЭК), крупнейшие российские горнодобывающие и металлургические компании «Северсталь» и «Мечел», мировой лидер по добыче алмазов «АЛРОСА». Градообразующими являются ряд государственных корпораций, такие как «Ростех», которая занимается производством и экспортом высокотехнологичной промышленной продукции гражданского и военного назначения, госкорпорация «Росатом», один из мировых лидеров атомной отрасли, и многие другие.

Моногорода расположены по всей России, но больше всего их в Сибири и на Урале. Например, в Кемеровской области насчитывается 24 моногорода, в Свердловской области – 15, а в Ханты-Мансийском автономном округе – 14. Число жителей в одних из них не достигает и тысячи, как, например, в самом восточном российском поселении – угледобывающем поселке Беринговский. В других живут несколько сот тысяч человек: в столице автопрома России Тольятти – 712 тыс. человек, в Набережных Челнах с заводами по выпуску грузовиков «КамАЗ» – 517 тыс. человек. Однако в большинстве из них – в 261 населенном пункте – проживают не более 50 тыс. человек.

Моно, но уже не одиноки

Кризисные ситуации в моногородах – один из главных вызовов социальной и политической стабильности России.

После кризиса в Пикалево властями был составлен перечень таких населенных пунктов, которые эксперты разбили на три категории: города с наиболее сложным социально-экономическим положением («красная зона» – 94 моногорода), города с рисками ухудшения социально-экономического положения («желтая зона» – 154 моногорода) и города со стабильной социально-экономической ситуацией («зеленая зона» – 71 моногород).

В 2014 году Правительство России определилось со стратегией развития моногородов, в первую очередь, через диверсификацию их экономики, создание новых рабочих мест и привлечение инвестиций. Для реализации задачи был привлечен Внешэкономбанк (ВЭБ) как главный государственный институт развития, финансирующий масштабные проекты, направленные на развитие инфраструктуры, промышленности, социальной сферы, укрепление технологического потенциала страны. Ему-то и было поручено разработать программу и начать использовать финансовые инструменты по выводу из кризиса наиболее депрессивных моногородов России. Для этого на базе ВЭБ был образован Фонд развития моногородов(link is external).

Первое, чем он занялся, – это обучение управленческих команд, состоящих из представителей моногородов, методам привлечения инвестиций и создания условий для развития бизнеса. Обучение проходило в одной из лучших частных российских бизнес-школ, в Сколково, который еще называют российской «кремниевой долиной».

Государство за ценой не постоит

Сегодня Фонд работает вместе с обученными управленческими командами, предпринимателями, муниципальными и региональными властями. В большинстве моногородов разработаны и утверждены программы комплексного развития, учитывающие их территориальные, климатические, социально-экономические и производственные особенности. Эти программы затем включаются в стратегический план развития регионов.

Именно регионы получают деньги Фонда на одобренные им проекты, которые реализуются местными или общенациональными компаниями в сотрудничестве с муниципальными властями. Фонд предоставляет ресурсы, компетенции, контролирует расход средств и предлагает лучшие практики из одних моногородов другим. В 2016–2017 годах Фонд заключил 29 соглашений с регионами о софинансировании строительства и реконструкции инфраструктуры для инвестиционных проектов на сумму 14,3 млрд руб. (217 млн долл. США). Предусматривается, что за счет прямой поддержки Фонда в моногорода будет инвестировано более 106 млрд руб. (1,6 млрд долл. США).

В 2016 году на федеральном уровне в силу вступила Приоритетная программа «Комплексное развитие моногородов», нацеленная на развитие малого и среднего бизнеса и индивидуального предпринимательства, связанных с новыми видами деятельности, что должно привести к появлению 230 тыс. новых рабочих мест. В Пикалево, например, к 2030 году должно быть создано более 1700 рабочих мест различной направленности – производство овощей закрытого грунта, выпуск спортивной одежды, производство мебели и т. д. План развития предполагает, что в экономику города будет инвестировано более 20 млрд руб. (303 млн долл. США).

Другим важным шагом стало создание территорий опережающего социально-экономического развития (ТОР). Организации, расположенные в пределах такой территории, получают беспрецедентные льготы и преференции по налогам на прибыль и имущество, добыче полезных ископаемых и земельному налогу. К тому же, для них снижаются страховые выплаты. К концу 2018 года на базе моногородов работало уже 63 ТОР с зарегистрированными в них более 200 предприятиями.

Крупный бизнес – вторая скрипка

Но государство в одиночку проблему моногородов не решит. В этом направлении работает и крупный бизнес. Так, «Норникель» в 2017 году проложил оптоволоконный интернет-кабель стоимостью 2,5 млрд руб. (более 38 млн долл. США) в Норильск, расположенный в 300 км к северу от Северного полярного круга. Угледобывающая компания «Колмар» с 2018 года приступила к развитию регионального туризма в Нерюнгри в Якутии, став соинвестором в реконструкции местного аэропорта.

Кроме того, крупные предприятия приступили к реализации собственных экологических программ. Так, нефтегазовая компания «Танеко» в Нижнекамске, Республика Татарстан, вложилась в 2008 году в разработку проекта «Единого тома предельно допустимых выбросов загрязняющих веществ», который впоследствии стал своего рода нормативом в отношении контроля вредных выбросов. В 2016 году «Норникель» закрыл самое грязное старое производство в Норильске – никелевый завод, снизив на 30 % объем выбросов. Компания «Мечел» в 2017 году установила современные пылеуловители, задерживающие 98 % пыли и газов, образующихся в процессе обогащения угля на фабрике «Нерюнгринская». «Колмар» построила обогатительные фабрики замкнутого цикла, когда технологическая вода перерабатывается и снова используется в производстве.

Эффект от принятых на всех уровнях мер ожидается к 2025 году. Однако планируется, что уже в первой половине 2019 года Фонд развития моногородов объявит список из 18 городов, которые избавятся от приставки «моно» – они должны стать городами с устойчивой экономикой. Первый претендент на выход – Череповец, в прошлом центр черной металлургии с населением в 318 тыс. человек. В 2017 году он оснастился крупным комплексом по производству минеральных удобрений, запущенным компанией «ФосАгро». Кроме того, здесь было создано 20 тыс. малых предприятий, в которых занят каждый четвертый житель трудоспособного возраста.

Фото: Елена Чернышева, фотохудожница(link is external)

Иван Нестеров

Журналист и специалист в области привлечения инвестиций в социально-экономическое развитие регионов Дальнего Востока Иван Нестеров (Россия) с 2008 до 2018 года занимался PR-продвижением крупнейшего инвестиционного проекта общегосударственного значения «Комплексное развитие Южной Якутии»(link is external)



Другие статьи автора: Нестеров Иван

Архив журнала
ю№2, 2019№1, 2019№4, 2018№2, 2018№3, 2018№1, 2018№3, 2017№2, 2017№4, 2011
Поддержите нас
Журналы клуба