Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Курьер ЮНЕСКО » ю№4, 2019

Сильвиэн А. Диуф
Судьба пассажиров «Клотильды» – последнего американского рабовладельческого судна
Просмотров: 30

 

cou_04_19_news_clotilda_internet_site.jpg

Фрагмент скульптурной композиции скульптора Кваме Акото-Бамфо (Гана), выполненной в память о трансатлантической работорговле. Национальный мемориал мира и справедливости, Монтгомери, Алабама, США.

В мае 2019 года археологи объявили об обнаружении в Алабаме остатков «Клотильды» – последнего известного невольничьего судна, причалившего к берегам США 52 года спустя после запрета работорговли. Известие попало в заголовки новостей во всем мире. Однако в центре внимания СМИ были не столько несчастные жертвы ужасного плавания, сколько судовладелец, капитан и сам корабль.

Сильвиэн А. Диуф

История «Клотильды» берет начало в 1859 году в городе Моби́л, Алабама, когда плантатор и моряк Тимоти Михер поспорил, что сможет провезти «полный трюм негров» прямо под носом у властей. В Соединенных Штатах Америки работорговля была запрещена 1 января 1808 года. Ввоз рабов мог осуществляться лишь тайно, а нарушителям грозила смертная казнь. Тем не менее, торговля людьми продолжалась, а начиная с 1840-х годов все больше людей требовали о ее официальном возобновлении. Из-за нехватки рабочей силы для использования на процветающих плантациях хлопка и сахарного тростника рабовладельцам Глубокого Юга приходилось покупать рабов на Верхнем Юге за цену, которую они считали непомерной. В Вирджинии стоимость одного человека доходила до 50 тыс. долларов, в то время как привезенного контрабандой африканца можно было приобрести за 14 тыс. Намереваясь выиграть спор, Михер нанял строителя и владельца «Клотильды» Уильяма Фостера, который, по поручению и на средства Михера, снарядил экспедицию и отправился за человеческим грузом. 15 мая 1860 года он высадился в порту Вида в королевстве Дагомея.

Для попавших в трюм «Клотильды» 110 человек – детей и молодых мужчин и женщин – страшные испытания начались за несколько недель до этого. Вернувшись из очередного кровавого похода, дагомейская армия привела в Виду оставшихся в живых пленников. В их число входил и 19-летний Олуале Коссола, позже прозванный Куджо Казула Льюис.

Пленники, принадлежащие к самым разным слоям общества, были выходцами из таких районов Бенина и Нигерии, как Атакора, Банте, Борну и Дагомея, и включали представителей различных народов, в частности йоруба, ишан, нупе, денди, фон, хауса и чамба. Одни из них были мусульманами, другие входили в тайный союз Оро, кто-то поклонялся духам Ориша. И все они были жестоко вырваны из своих семей и общин и помещены в загон для рабов, откуда Фостер отобрал их из сотен других узников. Как только Ар-Зума, Орох, Адисса, Куполле, Олуале, Абаши, Омолаби, Сакару, Джабар и их товарищи по несчастью оказывались на борту «Клотильды», их, по принятой на невольничьих судах традиции, заставляли снимать с себя одежду. Унижения и страдания были столь велики, что даже пятьдесят лет спустя они не могли об этом говорить, рассказывая лишь о невыносимой жажде и гибели двоих из них. 

Из трюма в болото

8 июля 1860 года, после 45-дневного плавания, пленников под покровом ночи высадили в городе Мобил. Чтобы скрыть следы противозаконного предприятия, «Клотильду» подожгли, а ее невольных пассажиров спрятали в болоте. Тем не менее, весть о тайном поступлении рабов постепенно распространилась по всей стране, и федеральное правительство, вынужденное вмешаться, направило на их поиски отряд солдат. Несколько дней пленники простояли в болоте обнаженными, пока им не дали какие-то лохмотья, чтобы прикрыть наготу. Втайне была организована распродажа рабов, и разлука с «корабельными товарищами», как обычно называли себя африканцы с одного невольничьего судна, стала для них еще одним испытанием. Когда кого-то уводили, вся группа провожала его прощальными песнями с пожеланиями доброго пути. Около 76 человек забрали себе Уильям Фостер и трое братьев Михеров.

Наконец преследования прекратились, и пленных, уже не таясь, вынуждали работать на пароходах, в полях, в качестве домашней прислуги. Они образовали сплоченное сообщество, все члены которого, по словам современников, никогда не терпели жестокого обращения и, не опасаясь последствий, храбро давали отпор обидчикам. Афроамериканец, работавший на одной плантации с несколькими выходцами с «Клотильды», рассказывал, что когда однажды один из надсмотрщиков замахнулся на женщину кнутом, все остальные накинулись на него и избили. В другой раз повариха дала пощечину девушке. На ее крик сбежались ее товарищи с рабочими инструментами в руках и стали колотить ими в дверь спальни миссис Михер, где укрылась повариха. Бывшие пассажиры «Клотильды», над которыми нередко посмеивались рабы, родившиеся в Соединенных Штатах, держались особняком и не смешивались с представителями других общин, оставаясь верными родной культуре и обычаям. К примеру, они соблюдали традиционные погребальные обряды.

Завершившаяся в апреле 1865 года Гражданская война положила конец рабству в США. Но свобода, данная «корабельным товарищам», была не той, к которой они стремились – им хотелось вернуться домой. Как признавался Осса Киби, «во сне я каждую ночь возвращаюсь в Африку». Мужчины нанимались на лесопилки или пороховые заводы. Женщины зарабатывали на жизнь, ухаживая за садами или торгуя собственноручно изготовленными товарами или корзинами, которые по вечерам плели мужчины. Деньги откладывались на возвращение. Когда же они поняли, что у них никогда не хватит для этого средств, они от имени всей общины послали Куджо Льюиса к Тимоти Михеру с просьбой выделить им участок земли. Они надеялись, что он пойдет им навстречу, ведь именно он привез их в Мобил и вынудил пять лет бесплатно на него трудиться, в то время как до взятия в плен у каждого из них была семья, домашний очаг и своя земля. Михер отказался.

Африканский поселок

Удвоив усилия, бывшие пассажиры «Клотильды» собрали достаточно денег для покупки земли у Михера и других местных землевладельцев. В 1870 году они основали небольшую деревню, которой дали имя «Африканский поселок» – African Town, чтобы во всеуслышание заявить, кто они, кем хотят оставаться и где жить. Для управления поселком, позднее получившим название Африкатаун, они избрали главу, родовитого дагомейца Гумпу, и двух судей. Их руками были возведены первые в округе церковь и школы, некоторые из них обучились чтению и письму. На протяжении всего времени они поддерживали связь с другими своими друзьями, живущими в соседних графствах. Браки заключались в основном внутри общины. Своим детям они давали одно американское и одно африканское имя и рассказывали об их происхождении. Некоторые представители второго поколения хорошо говорили на языке родителей и даже выступали в качестве переводчиков. «Корабельные товарищи» увлеченно повествовали о родных местах, которые для их детей стали раем, воображаемым убежищем, где они могли укрыться, когда расистское отношение со стороны белых и насмешки чернокожих становились невыносимыми.

Бывшие непокорные рабы, жители Африкатауна продолжали бороться за свои права. Когда они решили принять участие в выборах 1874 года, на их пути встал разъяренный Михер. Но они невозмутимо ходили от одного избирательного участка к другому, пока им не удалось опустить свои бюллетени в урну. Кохэнко, вместе со своим американским мужем управлявшая молочной фермой, присоединилась к первому общественному движению, которое требовало выплаты пенсий бывшим рабам. В 1902 году пострадавший в результате аварии на железной дороге Куджо подал иск против одной из крупнейших компаний Юга. Вопреки ожиданиям, суд, полностью состоящий из представителей белой расы, постановил выплатить ему компенсацию в 13 тыс. долларов, однако это решение было отменено Верховным судом Алабамы. Иск на железнодорожную компанию подал и Гумпа, также пострадавший от столкновения с поездом. Он скончался до начала судебного разбирательства, но его внукам была выплачена скромная компенсация. 

Когда в 1890-х годах начался сбор свидетельств об их судьбах, «корабельные товарищи» всякий раз отказывались уничижительно говорить о своей традиционной религии, критиковать полигамию и даже осуждать своих поработителей, считая свою судьбу невезением. При этом они терпеливо, хотя порой и с растущим раздражением, рассказывали о своей культуре и отстаивали ее ценность. Когда им задавали вопрос о том, где бы они предпочли находиться: в Мобиле или в своих старых домах, они неизменно и без колебания выбирали родину.

Последние из первых

Когда Эмма Лэнгдон Рош сказала оставшимся в живых жителям Африкатауна, которым было уже за семьдесят, о своем желании написать книгу на основании их рассказов, они просили называть их в ней африканскими именами – в надежде, что однажды их истории дойдут до их близких на родине и те узнают, что они еще живы. Ее книга с их фотографиями, сделанными 54 года спустя после пленения, вышла в 1914 году. Позднее романистка Зора Нил Херстон тоже долго беседовала с Куджо, а в 1928 году сняла его на пленку. На тот момент Куджо, за короткий отрезок времени похоронивший свою супругу Абиль и шестерых детей, был последним представителем первого поколения в Африкатауне и одним из двух оставшихся в живых «корабельных товарищей». Он умер в 1935 году в возрасте 94 лет. Два года спустя в Далласе умерла Редоши, захваченная в плен во время того же похода дагомейской армии. Ее также фотографировали и расспрашивали, о ней снят фильм.

Как смогли долго, «корабельные товарищи» жили в Алабаме, следуя собственным законам, хотя и, несмотря на добровольную изоляцию, они участвовали в ряде знаменательных событий своего времени. При этом они никогда не теряли твердого чувства принадлежности далекой своей земле и народу. Деревня, которую они когда-то основали в память о родине и за которой окончательно закрепилось название Африкатаун, по-прежнему остается домом для некоторых их потомков. Но их динамичная в прошлом община сегодня переживает трудные времена. Загрязняющие окружающую среду бумажные фабрики, улицы, упирающиеся в глухие заводские стены, пролегающие поблизости шумные автотрассы… ныне здесь процветает экологический расизм. Единственными зримыми памятниками первого поколения поселенцев остаются баптистская церковь и кладбище с их могилами. Местные жители надеются, что обнаружение «Клотильды» будет способствовать развитию туризма и возрождению Африканского поселка и его истории.

О чем бы ни свидетельствовали остатки «Клотильды», они представляют собой лишь позорный символ того, на чем основывалось экономическое развитие Соединенных Штатов. Но есть еще опыт и знания тех молодых людей, которые, потеряв когда-то все, сумели одержать победу над суровыми жизненными обстоятельствами. Пройдя через все испытания, с которыми столкнули их трансатлантическая работорговля, Гражданская война, законы Джима Кроу [законы о расовой сегрегации в южных штатах США] и, для некоторых из них, кризис 1929 года, они сохранили чувство собственного достоинства, веру в себя и свои способности, единство, семейные традиции и гордость за свою культуру. Они сделали все возможное для того, чтобы сберечь и донести до будущих поколений свою душераздирающую историю – историю несчастий и потерь, но также и побед над невзгодами. Историю безвестных героев.

Сильвиэн А. Диуф

Приглашенный профессор Центра исследований проблем рабства и правосудия при Университете Брауна (США) Сильвиэн А. Диуф(link is external) является автором целого ряда книг, одну из которых – Dreams of Africa in Alabama («Мечты об Африке в Алабаме») – она посвятила Африкатауну и ее основателям.

Архив журнала
№3, 2019ю№4, 2019№2, 2019№1, 2019№4, 2018№2, 2018№3, 2018№1, 2018№3, 2017№2, 2017№4, 2011
Поддержите нас
Журналы клуба