Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » НЛО » №124, 2013

Алексей Вдовин
Издательская экономика Ивана Гончарова (писатель и Морское министерство)
Просмотров: 673

Несмотря на то что экономическая сторона писательской профессии была проблематизирована в русской науке еще в 1920-е годы в первопроходческих исследованиях Гриц, Тренина и Никитина о лавке Смирдина и Гессена о Пушкине[2], дальше пушкинской эпохи изучение финансовой составляющей литературного труда так, в сущности, и не продвинулось. В разговорах на эту тему «литературная экономика» до сих пор прочно ассоциируется с книгоиздательским прорывом Пушкина или со «смирдинским периодом» русской литературы. Даже фундаментальные работы А.И. Рейтблата[3] скорее прочер­тили общий вектор эволюции отношений издателей и писателей в XIX сто­летии, чем дали исчерпывающее объяснение разнообразных форм их взаимодействия[4]. Если говорить о персоналиях, то, кажется, помимо Пушкина, монографических исследований удостоились пока только Некрасов[5] и До­стоевский[6], да и то в специфическом ракурсе — взаимовлияния экономиче­ских теорий, эстетики и идеологии; о собственно же экономической стороне журнальных и издательских предприятий речи в них почти не идет.

Причины такого положения понятны: исследование финансовой стороны литературного производства невозможно без введения в оборот огромного количества осевших в архивах контрактов, договоров, счетов, конторских книг, расписок и прочих документов, традиционно исключенных из поля зре­ния историков литературы, а если и привлекаемых, то как вторичные источ­ники для извлечения какой-либо дополнительной информации. Их подлин­ное и системное изучение в России, как кажется, едва начинается и должно идти рука об руку с историей экономических идей, «новой экономической критикой», институциональной историей. Так, хотя в последние годы вышло много работ о поэтике русского толстого журнала, о «Современнике» или «Русском вестнике» как коммерческом предприятии мы, в сущности, ничего не знаем[7]. При этом 1840—1860-е годы, будучи эпохой расцвета толстых жур­налов и окончательного оформления писательской профессионализации и корпоративности, являются наименее изученными с экономической стороны.

Начертание перспектив дальнейших исследований всегда выглядит столь же легким, сколь и безответственным (превращаясь в своеобразный микрожанр). В нашей статье, которая относится скорее к разряду «case study», мы обратимся к экономической стороне издательской тактики на первый взгляд одного из самых непрактичных и далеких от экономики писателей середины XIX века. Речь пойдет о том, как издавал свои романы Иван Гончаров. Вос­пользовавшись обнаруженной в архиве Военно-морского флота (РГА ВМФ) перепиской писателя с типографией Морского министерства[8], мы попытаем­ся проблематизировать издательскую тактику Гончарова, сравнить ее с при­нятыми в то время способами книгоиздания и понять, какая особая, в своем роде уникальная форма взаимодействия с государственными институциями была найдена писателем для воплощения своих замыслов[9].

 

1

Автор «Обломова», как известно, был человеком прагматичным. Многочис­ленные подтверждения тому легко найти в его переписке, в тексте его заве­щания, в том, как он деньгами помогал своим родственникам, как держал корректуры[10], наконец, как вел свои финансово-издательские дела. Однако о том, какие контракты заключал писатель на издания своих книг, какой получал с этого доход, известно до сих пор крайне мало. Тем не менее поставить этот вопрос необходимо.

При взгляде на долгую жизнь Гончарова в литературе бросаются в глаза два обстоятельства: с одной стороны, регулярное прижизненное издание и переиздание своих сочинений отдельными книгами, а с другой — скупая ин­формация об этом в сохранившихся личных документах. Вот как выглядит список прижизненных изданий главных произведений Гончарова:

1848 — «Обыкновенная история» во Французской типографии в Петер­бурге — изд. Некрасова;

1858 — «Обыкновенная история» и «Фрегат "Паллада"», оба у А.И. Глазунова[11];

1858 — «Обломов», издание Д. Е. Кожанчикова и А.А. Краевского;

1862 — «Обыкновенная история», «Фрегат "Паллада"» и «Обломов», все — в типографии Морского министерства[12];

1868 — «Обыкновенная история», издание И.И. Глазунова; «Обыкновенная история» — в типографии Морского министерства;

1870 — «Обрыв» — в типографии Морского министерства;

1879 — «Фрегат "Паллада"», издание И.И. Глазунова;

1883 — «Обыкновенная история», издание И.И. Глазунова;

1883 — полное собр. соч., издание И.И. Глазунова;

1886—1887 — полн. собр. соч., издание И.И. Глазунова;

1887 — «Обыкновенная история», издание И.И. Глазунова.

 

Как видно, Гончаров прибегал к двум разным тактикам книгоиздания, распространенным в середине XIX века. Первая заключалась в продаже прав на издание опытному книготорговцу (Кожанчикову, Глазуновым). Вторая представляла собой заказ тиража в типографии и самостоятельный его сбыт (в случае Гончарова налицо долговременное сотрудничество с государствен­ной типографией Морского министерства). По мнению А.И. Рейтблата, вто­рой способ (так называемое «авторское издание»), наследовавший практике Пушкина и его приятелей, в 1860-е годы чаще практиковали уже известные авторы (И. Тургенев, Ф. Достоевский, Л. Толстой), которые могли позволить себе войти в большие расходы по напечатанию книги и были уверены, что символический капитал их имени обеспечит быстрый сбыт. Писатели же средней руки и начинающие авторы предпочитали продавать права на свои издания оборотистым книгопродавцам[13]. Рейтблат отмечает, что к 1860-м го­дам (в отличие от предыдущей эпохи[14]) на практике возникает множество гибридных форм сотрудничества писателя и издателя — от «классической» продажи прав на свои сочинения до издательских артелей. Рассмотрим те­перь подробнее, к каким из этих способов прибегал Гончаров.

Первое книжное издание «Обыкновенной истории» было инициировано Н. Некрасовым в конце 1847 года и должно было открывать «Библиотеку рус­ских романов...», задуманную как приложение к «Современнику»[15]. Хотя ни­какие счета этого издательского проекта неизвестны, можно утверждать, что, печатая роман в журнале в начале 1847 года, Некрасов не предполагал от­дельного его издания. 28 октября 1847 года он писал Анненкову и Тургеневу:

Я Вам еще скажу весть, может быть, приятную: я хочу издавать и на днях начну «Библиотеку русских романов, повестей, записок и путешествий», — начну с «Кто виноват?», потом «Обыкновенная история», а потом, думаю я, «Записки охотника» — уж наберется томик порядочный, а когда набе­рется другой — и другой напечатаем. Как Вам это нравится и согласны ли Вы на это? Думаю, что да, а условия издания для Вас не объясняю — неко­гда, да и знаю, что Вы будете согласны на те условия, какие с другими[16].

 

Поскольку роман Герцена вышел отдельной книжкой как бесплатное при­ложение к первому номеру «Современника» за 1847 год[17], то речь идет о но­вой серии и новом издании. Из намека Некрасова следует, что предлагаемые условия, очевидно, не должны были ущемлять интересы вкладчиков. Скорее, редактор «Современника» шел ва-банк, и издание в итоге оказалось не слиш­ком прибыльным. В сентябре 1848 года Некрасов жаловался Тургеневу на то, что «в 8 месяцев продалось только двести экземпляров»[18].

Через десять лет, в 1857 году, когда некрасовский тираж наконец разо­шелся и Гончаров задумал переиздать «Обыкновенную историю», она вместе с записками путешествия на фрегате «Паллада» была продана книгоиздателю Глазунову[19], который напечатал их в 1858 году; наблюдал за выходом издания и держал корректуры преданный приятель Гончарова, И.И. Льховский, о ко­тором речь впереди. Контракт на издание неизвестен, однако из письма Гон­чарова брату 16 ноября 1859 года становится ясно, что он существовал и со­держал стандартные для того времени условия — запрет на перепечатку текста автором до почти полной распродажи тиража:

Ты, между прочим, спрашиваешь, нужно ли печатать отрывки из моего пу­тешествия в «Симбирских Губернских Ведомостях»: лучше бы не печатать, потому что у меня в контракте с Глазуновым сказано, что я не вправе доз­волять никому перепечатывать или извлекать из путешествия отрывков до известного срока: конечно я прав потому, что позволения я не давал, но если он узнает, что редактором ведомостей родной мой брат, то может по­думать, что перепечатка делается с моего согласия. Впрочем, как хочешь, беда небольшая[20].

 

Из письма явствует, что спустя полтора года по выходе «Обыкновенной истории» тираж еще не был распродан.

Следующий и первый из сохранившихся аналогичных контрактов Гонча­ров подписал уже в 1858 году, когда продал роман «Обломов» А. Краевскому. За журнальную и книжную версию Краевский уплатил Гончарову 10 тысяч рублей[21](тираж 3500 экз., 100 из которых, согласно договору, поступали ав­тору безвозмездно). Как следует из неопубликованного контракта Краевского с Гончаровым, запрет на переиздание Гончаровым «Обломова» дей­ствовал четыре года[22] (начиная с 1 января 1859-го), но до полной распродажи тиража, которая, очевидно, случилась в 1861 году, поскольку 15 декабря 1861 года Гончаров сообщал своему племяннику, А.Н. Гончарову, что у него не осталось «ни одного экземпляра ни одного из [его] сочинений, и в лавках тоже все вышли»[23]. Очевидно, что этот факт, наряду с финансовыми труднос­тями после увольнения от службы заставил писателя всерьез задуматься о пе­реиздании романа[24]. Этот момент и является решающим с точки зрения на­шего сюжета.

В феврале 1862 года Гончаров торопил издателя «Сына Отечества» А.В. Старчевского напечатать рекламные объявления о переиздании всех трех его вещей, которые в тот момент готовились к печати в типографии Морского министерства:

В первый раз я сам [выделено нами. — А.В.] издаю свои книги и сам должен хлопотать об объявлениях: к сожалению, знаю мало толку в этих делах и исполняю кое-как, что мне посоветовали опытные люди[25].

 

Это свидетельство исключительной важности подтверждает, что в 1862 го­ду Гончаров впервые в жизни затеял самостоятельное «авторское издание», а не продал права на него книготорговцам. Возникает вопрос: что же побу­дило его так поступить?

Чтобы понять это, необходимо оценить выгоды и риски, которыми со­провождались оба типа издательской стратегии. Автор, продавший свои со­чинения книгопродавцу, быстро получал «живые» деньги (либо сразу, либо в рассрочку), избавлял себя от организации рекламной кампании, а также сбыта и хранения. С другой стороны, в случае успеха издания всю финансо­вую выгоду получал книгопродавец, а писатель даже не имел возможности узнать, сколько экземпляров остается на складе, чтобы решить, вправе ли он затевать новое издание. Оставалось либо полагаться на честность издателя, либо производить ревизию. Именно досмотром складов угрожали, например, А.Н. Островский с Ф.А. Бурдиным в свое время издателю Д.Е. Кожанчикову[26]. Кроме того, издатель по обычаю требовал эксклюзивных прав на вла­дение или перепечатку до тех пор, пока тираж был не распродан (в противном случае нужно было платить оговоренную неустойку). Такими были типич­ные контракты эпохи — например, Кожанчикова и Звонарева с Островским[27], Некрасова и Краевского с Островским[28], Тургенева и Салаева[29].

Риски «авторского издания» были связаны с отсутствием гарантии, что вложенные в дело деньги принесут прибыль и что на книгу будет спрос. Од­нако при переиздании риск этот снижался, и, очевидно, именно поэтому Гон­чаров в 1862 году и позже предпринимал самостоятельные издания: «Обык­новенная история» и «Фрегат "Паллада"», несомненно, имели успех, и автор мог быть уверен в быстром сбыте товара.

В то же время при самостоятельном издании автор был вынужден хлопо­тать не только о типографских расходах (закупка бумаги, обертки, набор, кор­ректура, брошюровка и пр.), но и о хранении и распространении тиража, а также о максимально широкой рекламе. Одну из самых подробных мемуар­ных фиксаций процедуры такого издания оставила А.Г. Достоевская, описав­шая их с мужем самостоятельное — и, по ее мнению, весьма успешное — из­дание романа «Бесы» в 1872 году. Напечатание 3500 экземпляров обошлось им примерно в 4000 рублей. За вычетом огромных уступок на сбыт, которые колебались от 30 до 50% за книгу (при норме в 20%[30]), Достоевские выру­чили около четырех тысяч чистой прибыли[31]. При этом Достоевская была уверена, что

в те времена никто из писателей не издавал сам своих сочинений, а если и являлся такой смельчак, то за свою смелость непременно платился убыт­ком. Существовало несколько книжных фирм: Базунова, Вольфа, Исакова и др., которые покупали право на издание книг, издавали и распространяли их по всей России. Изданные же учеными обществами или частными ли­цами книги брались книгопродавцами на склад или на комиссию с уступ­кою пятьдесят процентов, под предлогом, что хранение книг, а также пуб­ликации (которые, впрочем, делались ими очень скупо) стоят им дорого[32].

 

Вопреки уверенности Достоевской, такие смельчаки, конечно же, нахо­дились, причем задолго до их с мужем успешной негоции. Ярким примером может служить Тургенев, заключивший в 1862 году дружеский контракт с Н.Х. Кетчером и издавший роман «Отцы и дети» отдельной книгой в типо­графии В. Грачева[33]. Сам автор находился за границей и полностью поло­жился на своего искушенного в издательских делах приятеля (Кетчер изда­вал в той же типографии собрание сочинений Белинского, сотрудничал и дружил с издателями К.Т. Солдатенковым и Н.М. Щепкиным). Однако мы не знаем, какую прибыль принесло это предприятие Тургеневу.

Издать роман самостоятельно Тургенева, скорее всего, побудил неудачный опыт сотрудничества с издателем «Московского вестника» Н.А. Основским, которому писатель продал в 1860 году за 8000 рублей права на издание че­тырехтомного собрания сочинений. Оно сопровождалось большим сканда­лом, вышедшим за пределы узкого круга друзей и корреспондентов писателя. На страницах газет (в том числе «Колокола») Основский обвинялся в том, что вместо оговоренных 4000 экземпляров напечатал 6000, заплатив Турге­неву лишь 5500 рублей, что соответствовало действительности[34].

Поскольку «воровство» (так называлась заметка П.В. Долгорукова в «Ко­локоле») получило широкую огласку, сопровождавшуюся открытыми пись­мами И. Тургенева, А. Фета, А. Плещеева и И.В. Павлова в различные газеты, Гончаров наверняка знал о разбирательстве, которое могло стать дополни­тельной причиной не связываться с книгопродавцами, тем более что ему предстояло переиздавать уже популярные тексты. Так или иначе, в 1861— 1862 годах Гончаров оказался одним из многих литераторов, отважившихся на «авторское» переиздание своих сочинений.

Первое, что должно было стать серьезным препятствием для Гончарова, — это необходимость вложить несколько тысяч рублей в напечатание. О том, сколько в 1860—1870-е годы оно стоило, дает представление опубликованный А.С. Федотовым счет за издание семитомного собрания сочинений А. Остров­ского у книгопродавца Звонарева. Напечатание 2000 экземпляров в 1871 году стоило примерно 9622 рубля[35]. Простая арифметическая операция дает следу­ющий примерный результат: печать однотомного издания тиражом 2000 эк­земпляров потребовала бы около 1374 рублей. Для сравнения — в 1869 году напечатание романа «Обрыв» тиражом 5000 экземпляров в типографии Мор­ского министерства обошлось Гончарову в 3545 рублей[36].

Во-вторых, Гончарову нужно было найти типографию. Здесь-то писатель и сделал, по нашему мнению, нестандартный для своего времени ход. Дело в том, что все три книги Гончарова — «Обыкновенная история», «Фрегат "Пал­лада"» и «Обломов» — вышли в 1862 году в государственной типографии Мор­ского министерства. В ее архивном фонде сохранилась нотариально заверен­ная копия контракта. Условия его примечательны и требуют комментария.

 

2

Прежде чем перейти к цифрам, нужно понять, каким образом судьба привела Гончарова к такому тесному сотрудничеству с казенной министерской типо­графией. Здесь необходим краткий экскурс в историю взаимоотношений писа­теля с Морским министерством, которая редко привлекает внимание исследо­вателей и до сих пор не описана во всех своих примечательных подробностях.

После плавания на «Палладе» карьера Гончарова пошла в гору. Если до путешествия он занимал в Департаменте внешней торговли скромное место столоначальника и имел «вечный недостаток средств»[37], то по возвращении в феврале 1855 года он был произведен по выслуге лет в надворные советники[38]. Как только весной 1855 года в «Отечественных записках», «Морском сборнике» и других журналах началась публикация очерков-отчетов о пла­вании, они, естественно, привлекли самое пристальное внимание высшего морского начальства. До сих пор было неизвестно, что управляющий Мор­ским министерством барон Ф.П. Врангель в мае 1855 года обратился в Ми­нистерство финансов с просьбой «освободить, на некоторое время, служа­щего в Департаменте внешней торговли надворного советника Гончарова от занятий по сему Департаменту для изготовления извлечений из его путевых записок, назначенных к напечатанию в "Морском Сборнике"»[39]. Просьба была удовлетворена: писатель получил не только свободное время, но и ма­териальное вспомоществование: в июне секретарь великого князя Констан­тина Николаевича А.В. Головнин сообщал Врангелю, что «о выдаче Гонча­рову пособия Его Высочество соглашается написать министру»[40].

Высочайшее покровительство объясняет, каким образом Гончарову уда­лось в кратчайшие сроки закончить большую часть очерков, из которых позже составилась книга. Более того, летом и осенью 1855 года Гончаров встречается лично и находится в переписке с несколькими чиновниками из Морского ми­нистерства — управляющим Морским министерством Ф.П. Врангелем, ди­ректором его канцелярии графом Д.А. Толстым и кн. Д.А. Оболенским[41]. От­ветная реакция не заставила себя долго ждать.

В ноябре 1855 года начальник Морского министерства великий князь Константин Николаевич через своего секретаря А.В. Головнина благодарил Гончарова за «прекрасные статьи о Японии», прочитанные им «с большим удовольствием»:

Это произвело благоприятное впечатление не только на меня, но и на весь круг литераторов, да и на всех, кто только ни узнает. Это дороже всяких перстней, потому что небывалая и не совсем обыкновенная награда, тонкая и деликатная[42].

 

Совершенно очевидно, что успех очерков Гончарова и пристальное внима­ние к ним великого князя еще летом 1855 года повлияли на решение Констан­тина отправить талантливых молодых писателей в так называемую «литера­турную экспедицию», в которую осенью 1855 года отбыли А.Ф. Писемский, С. Максимов, М. Михайлов, А. Потехин и другие[43]. Во внутреннем циркуляре великого князя говорилось, что в качестве отчета об увиденном он желал бы «получать от них сразу статьи в духе прекрасных статей г. Гончарова»[44].

В конце ноября 1855 года адмирал Е.В. Путятин в рапорте на имя управ­ляющего Морским министерством особо отмечал прилежание и роль Гонча­рова на борту «Паллады» на всем протяжении экспедиции[45]. Итогом этого этапа отношений между писателем и Морским министерством стало препод­несение отдельно вышедшей книги «Русские в Японии в конце 1853 и в на­чале 1854 годов» (СПб., 1855) великому князю, который, в свою очередь, представил ее «всей Императорской Фамилии»[46]. Не стоит удивляться по­этому, что 16 декабря по приказу вел. кн. Константина Николаевича «ми­нистр финансов входит со всеподданнейшим докладом о награждении Гонча­рова, вне правил, чином статского советника за особые заслуги его по званию секретаря при генерал-адъютанте графе Путятине»[47]. Материальное вопло­щение это благоволение обрело незамедлительно: Гончаров принял предло­жение П.А. Валуева перейти в Министерство народного просвещения на ме­сто цензора с тремя тысячами годового оклада[48].

На этом контакты Гончарова с Морским министерством не прекратились. В 1858 году «Фрегат "Паллада"» вышел отдельной книгой (как литературный отчет о путешествии) с посвящением великому князю, который через А.В. Головнина передал писателю благодарность за поднесенный экземпляр[49], а за­тем и драгоценный перстень. В августе 1858 года Гончарову представился первый случай проверить, насколько крепки его связи с чиновниками Мор­ского министерства. Он ходатайствовал перед Головниным и великим князем за своего старого приятеля и корреспондента И.И. Льховского[50], чтобы вы­хлопотать ему назначение на корвет «Рында» в качестве литературного сек­ретаря, которым довелось побывать самому Гончарову:

Все знают, что я указал на Вас Г[оловни]ну и В[еликому] К[нязю]. Я даже не знаю, мог ли бы Пан[аев] сделать это в таком свете и тоне, в каком это сделано. Вам бы неловко было и обратиться к нему: «рекомендуйте меня туда, куда требуют известные имена». Тут нужна была дружба, которая бы первая предложила это вам и потом написала бы горячее о вас свидетельст­во, которое и было прочтено В[еликому] К[нязю] и после которого после­довало быстрое и несомненное назначение[51].

 

Вернувшись из плавания, Льховский также пошел вверх по карьерной лестнице: в 1860 году он сменил должность секретаря канцелярии (титуляр­ный советник[52]) в Сенате на пост начальника типографии Морского мини­стерства с последующим получением чина надворного советника[53].

На этом начальственном посту мы и застаем его, когда осенью 1861 года Гончаров задумывает переиздание своих сочинений. Можно с уверенностью предполагать, что идея использовать для этой цели казенную типографию ро­дилась в общении именно с Льховским[54], который с 1860 по март 1863[55] года служил ее директором. Благодаря найденному контракту подтверждаются воспоминания Р.И. Сементковского, его родственника, о своем детстве. Он свидетельствует, что в пору службы Льховского в типографии (1861—1862 го­ды) Гончаров часто приходил к нему на казенную квартиру в здание Адми­ралтейства по воскресным и праздничным дням[56]. Там и могло быть принято решение о напечатании всех сочинений в министерской типографии. Не ис­ключено, что таким образом Льховский стремился отблагодарить Гончарова, сыгравшего важную роль в его судьбе в один из ее переломных моментов.

После напечатания трех гончаровских книг (счет за печать не сохранился) 1 мая 1862 года между писателем и типографией Морского министерства был заключен договор об условиях хранения и распространения напечатанных сочинений. Типография брала на себя обязательство хранить тираж, отпус­кать его книгопродавцам со скидкой 20% (стандарт), вести учет продаж в спе­циальной книге, а затем за вычетом 5% комиссии за оказанные услуги вы­плачивать полученные от сбыта деньги Гончарову. В отличие от контракта, отложившегося в архиве типографии, никаких документов касаемо самого напечатания не сохранилось. Но то, что договор, несомненно, существовал, ясно из письма Гончарова М.М. Стасюлевичу от 10 мая 1869 года, в котором речь идет об условиях договора писателя с той же типографией, но уже во время издания «Обрыва»[57]. Гончаров сообщал корреспонденту, что за на- печатание 5 тысяч экземпляров романа (2 тома) он заплатил типографии 3545 рублей. Далее следовало важнейшее пояснение:

Нач[альник] А.И. Чичагов обязательно опять предложил мне и хранение книг в кладовых типографии и выпуск их книгопродавцам за 3% — что, с книгопродавческими процентами и с уплатой за печать — и составит до 10 тысяч издержек. Дай Бог выручить![58]

 

Из письма следует, что сменивший Льховского начальник типографии Александр Никифорович Чичагов (1816—1882)[59] не только в очередной раз предлагал писателю устраивавшие его условия, но и понижал процент комис­сии за посредничество типографии с 5% (как в контракте 1862 года) до 3%.

Теперь необходимо разъяснить, какие выгоды от такого сотрудничества получали обе стороны и получали ли вообще. Типография, несомненно, вы­гадывала. Согласно контракту 1862 года, пятипроцентная комиссия соста­вила в общей сложности 877 рублей. Более того, политика морского началь­ства заключалась в привлечении сторонних клиентов, которые в основном и приносили ей прибыль[60]. Но не оставался ли внакладе Гончаров?

Начнем с контракта 1869 года. Фраза «дай Бог выручить», вне сомнения, свидетельствует о страхе писателя не окупить десятитысячные издержки. По­скольку два тома «Обрыва» стоили в 1870 году 4 рубля[61], потенциальная вы­ручка от продажи всего тиража, или его рыночная стоимость, должна была со­ставить 20 тысяч. Однако Гончаров довольно точно высчитал издержки (скидки книгопродавцам и комиссию за услуги типографии) — около 10 ты­сяч. 3545 из них пошли на оплату печатания. Трехпроцентная (от цены двух­томника) комиссия за услуги типографии составила в сумме 600 рублей, а стандартная скидка в 20% оптовым покупателям съела бы еще 4000 рублей. Таким образом, вместе с расходами на печать «Обрыва» издержки выливались в сумму 8145 рублей. Если прибавить к ним брошюровку, то Гончаров, ви­димо, был прав, называя сумму в 10 тысяч. Выходит, что чистая прибыль от издания могла достичь 10 тысяч рублей (что значительно превысило бы вы­рученное четой Достоевских). Однако получение прибыли, конечно же, зави­село от продаж и растягивалось на несколько лет, в течение которых тираж должен был разойтись. Как быстро был распродан тираж «Обрыва» 1870 года, сказать непросто. Тем не менее отложившаяся в архиве министерской типо­графии переписка ее директора Чичагова с газетами, куда посылались тексты рекламных объявлений, позволяет сделать некоторые предположения. Сохра­нившиеся письма в газеты исчезают из дел к 1873 году[62]. Можно предполо­жить, что за 2—3 года пятитысячный тираж «Обрыва» мог быть распродан и Гончаров получил к тому времени по частям сумму от 5 до 10 тыс. рублей.

В случае с изданием 1862 года информации у нас меньше, поэтому подсчи­тать возможную прибыль Гончарова оказывается труднее. Из найденных пи­сем Гончарова к директору типографии (см. приложение) видно, сколько эк­земпляров с 1862 по 1865 год было отдано на реализацию книгопродавцам в кредит: 408 — «Обыкновенной истории» (из 2000), 453 — «Фрегата "Пал- лада"» (из 2800), 318 — «Обломова» (из 3400). Еще несколько экземпляров пошли А.И. Глазунову в счет уплаты долга типографии за помещение реклам­ных объявлений в «Сыне Отечества». Нам неизвестно, полностью ли эти цифры отражают реальный сбыт книг; неясно также, как он протекал после 1865 года. Так или иначе, к 1865 году тираж гончаровских сочинений 1862 го­да был распродан плохо. Возможно, этим объясняется то, что Гончаров не предпринимал новых изданий вплоть до 1868 года, когда «Обыкновенная ис­тория» вышла сразу в двух типографиях — Морского министерства и Глазу­нова. «Обломов» и «Фрегат» не переиздавались до 1879 — начала 1880-х го­дов, то есть фактически до запуска полного собрания сочинений.

Исходя из этого, можно думать, что и прибыль от тиража 1862 года была небольшой, тем более что экземпляры отпускались в кредит. В 1867 году, выйдя в отставку, Гончаров должен был вновь задуматься об увеличении своих доходов, поскольку его пенсия составляла всего 1750 рублей в год[63]. Переиздание своих сочинений оказалось единственным способом поправить материальное положение. Если высказываний писателя на сей счет, сделан­ных в конце 1860-х годов, мы не знаем, то в 1878 году Гончаров сообщал Е.А. Никитенко о продаже прав на издание «Фрегата» И.И. Глазунову — «единственно затем, чтобы обеспечить образование Сани до конца...»[64].

 

3

Найденный нами контракт Гончарова и его переписка с типографией позво­ляют внести существенные поправки в общую картину издательских практик середины XIX века и описать позицию писателя внутри этого поля.

Случай Гончарова на фоне других «авторских» издательских предприятий 1850—1870-х годов необычен. Его контракт с государственной типографией Морского министерства позволил ему избежать рисков, с которыми было со­пряжено сотрудничество с любым книгопродавцем. Ни один автор не был за­страхован от мошенничества, но Гончарову удалось найти отличный казен­ный ресурс — агента, который за весьма скромную плату брал на себя многочисленные заботы о хранении, сбыте и ведении бухгалтерии. Автор «Обломова» не располагал ни супругой, которая бы, подобно А.Г. Достоевской, ездила по книгопродавцам и набивала цену, ни многочисленными друзьями, которые бы помогали ему, как Тургеневу и Островскому, вести дела с издателями. Гончаров был вынужден подчас сам писать рекламные объявления для своих книг, сам вел переписку с типографией и лишь в ста­рости, будучи больным, прибегнул к помощи С.А. Никитенко, принявшей деятельное участие в издании «Обрыва»[65]. Другие примеры столь длитель­ного сотрудничества крупного писателя с государственной типографией в се­редине XIX века неизвестны. За более чем столетнюю историю своего суще­ствования типография Морского министерства напечатала лишь несколько художественных книг: «Эдип в Афинах» Озерова (1805), в 1862 году выку­пило у С.В. Максимова права на издание его «Ссыльных и тюрем», в 1861 го­ду — книгу А.С. Афанасьева-Чужбинского «Поездка в Южную Россию»[66], а впоследствии — сочинения А.Ф. Погосского. Среди заказчиков типографии Гончаров стоит особняком — не только ввиду своего «масштаба», но и по дли­тельности сотрудничества с казенным учреждением, с которым он, возможно, не имел бы дел, не окажись он связан с Морским министерством. Для Гонча­рова такая форма деловых отношений оказалась и финансово выгодной, и психологически комфортной. Рискнем предположить, что эта издательская стратегия отражала и свойства натуры Гончарова — прагматизм и стремление к стабильности и покою.

Располагая даже столь фрагментарными сведениями об издательской бух­галтерии Гончарова, резонно поставить более сложный вопрос о том, как он представлял себе конвертацию финансового капитала в символический и об­ратно. Прежде всего, совершенно очевидно, что Гончаров предпринимал от­дельные издания лишь после успешного журнального (так было со всеми из­даниями «Обыкновенной истории», «Фрегата», «Обломова» и «Обрыва»). При этом в 1850-е годы писатель все же продает право второго, книжного, издания «Обломова». Если в 1858 году, не рискуя браться за самостоятельное печатание, Гончаров продал и журнальную, и книжную версию «Обломова» Краевскому за 10 тысяч (большая сумма свидетельствует об огромной по­пулярности писателя), то в 1869 году он надеялся, что «Обрыв» будет быстро раскуплен и, не продав прав на книгу, сам напечатал ее в типографии Мор­ского министерства. В 1883 году почти ослепший писатель, все более отго­раживавшийся от мира, и вовсе продал право на издание полного собрания сочинений книгоиздателю Глазунову.

С другой стороны, обстоятельства издательской деятельности Гончарова могут свидетельствовать и о том, как он заботился о продвижении своего имени. Контракт с типографией никак не ограничивал свободу Гончарова на­чинать новые издания своих сочинений, даже если тираж не был распродан. Однако все указывает на то, что он не спешил и лишь после распродажи боль­шей части тиража начинал переиздание. Эта стратегия отличается, например, от стратегии А. Островского, который в 1860-е годы мог запускать издание очередного собрания сочинений не потому, что старое было распродано, а с целью в лучшем виде и свете представить читателю свои последние пьесы и тем самым напомнить публике, кто является главным драматургом Рос­сии[67]. В отличие от Островского, Гончаров действовал куда менее «агрес­сивно», что вполне объяснимо: «плодовитостью» он не отличался. Тем не ме­нее он методично и регулярно поставлял на рынок свои старые, снискавшие популярность тексты. Если допустить, что очередное переиздание означало распродажу старого, то можно судить о динамике популярности Гончарова. Из списка переизданий очевидно, что на рубеже 1850—1860-х годов книги Гончарова расходились гораздо быстрее, чем в 1860-е и тем более в 1870-е годы. Особенно популярны были «Обыкновенная история» и «Фрегат "Паллада"», отрывки из которых начиная с 1860-х годов входили в школьные хрестоматии и способствовали росту популярности их автора.

Конечно, случай Гончарова должно рассматривать на фоне издательской практики других писателей—его современников (Тургенева с Салаевыми, Достоевского, Л. Толстого и А. Писемского с Ф. Стелловским), равно как и со стратегией «авторских» изданий Достоевского и Толстого начиная 1870-х го­дов. Как представляется, только тогда изучение «литературной экономики» в России эпохи капитализма будет поставлено на твердую почву.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ

 

ПЕРЕПИСКА И КОНТРАКТ И.А. ГОНЧАРОВА С ТИПОГРАФИЕЙ МОРСКОГО МИНИСТЕРСТВА

 

Все документы печатаются по делу «О заключении контракта с писателем И.А. Гончаровым о продаже книг «Обломов», «Обыкновенная история», «Фрегат "Паллада"» (РГА ВМФ. Ф. 384. Оп. 1. Ед. хр. 255. Л. 1—13) в современной орфогра­фии и пунктуации.

 

1

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА И.И. ЛЬХОВСКОМУ[68]29 апреля 1862 г.

Милостивый государь Иван Иванович.

Господа книгопродавцы Битепаж и Калугин[69] обратились ко мне с предло­жением отпускать им в кредит по десяти экземпляров всех трех новых изда­ний моих сочинений[70]; не находя с своей стороны никакого препятствия к удовлетворению их желания, я покорнейше прошу Вас, Милостивый Госу­дарь, сделать распоряжение по типографии об отпуске им означенного числа экземпляров, с уступкою двадцати процентов с объявленной цены, и о полу­чении от них денег каждый раз по распродаже тех экземпляров. Покорней прошу Вас, милостивый государь, принять уверение в совершенном моем почтении и преданности. И. Гончаров 29 апреля 1862[71].

 

2

 

КОНТРАКТ СТАТСКОГО СОВЕТНИКА И.А. ГОНЧАРОВА НА ПЕЧАТАНИЕ «ОБЛОМОВА», «ОБЫКНОВЕННОЙ ИСТОРИИ» И «ФРЕГАТА "ПАЛЛАДА"» В ТИПОГРАФИИ МОРСКОГО МИНИСТЕРСТВА 1 мая 1862 г.

 

1 мая 1862 г.

Статский советник Гончаров заключил с Типографией Морского министер­ства нижеследующее условие:

1. Типография обязывается:

 

а. Хранить, до распродажи, отпечатанные в оной книги его, г. Гонча­рова, а именно: 3476 экземпляров романа «Обломов», в 2-х тт.; 2055 экземпляров романа «Обыкновенная история», в 1 томе и 2812 экземпляров очерков путешествия «Фрегат "Паллада"», — всего 8343 экз.

b. Отпускать означенные книги книгопродавцам и вообще желаю­щим приобрести оные в количествах не менее пяти экземпляров какого-нибудь из вышеназванных сочинений — с уступкой 20 про­центов противу объявленной на них цены;

c. Получаемые за книги деньги записывать в особую книгу и, по уплате из оных суммы, следующей Типографии за издание этих книг, остальные выдавать ему.

 

2. За это Типография получает по 5% с вышеозначенной продажной цены каждого экземпляра помянутых сочинений (что составит в сложности 877 руб. 85 коп.) даже и в таком случае, если бы он, г. Гончаров, взял из Типографии принадлежащие ему книги.

 

3. По получении определенного в предшествующем пункте вознагражде­ния Типография обязывается сдать экземпляры вышеозначенных от­печатанных сочинений ему, г. Гончарову, в совершенной целости.

 

4. Типография имеет право требовать, чтобы он, г. Гончаров, принял от нее принадлежащие ему книги в таком только случае, если последует распоряжение начальства об уничтожении оной.

 

5. В случае перехода права собственности на вышеупомянутые книги от него, г. Гончарова, к другим лицам, Типография имеет право требовать, чтобы они были приняты ими от нее немедленно с уплатою ей опреде­ленного в 2-м пункте вознаграждения за все число экземпляров, кото­рое останется у нее от продажи.

 

6. Подлинное условие останется в Типографии, а г. Гончаров получит за­свидетельствованную копию с оного.

Статский советник Иван Александров Гончаров

Начальник типографии Морского министерства надворный советник Льховский

 

3

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА А.Н. ЧИЧАГОВУ 8 апреля 1863 г.

 

Покорнейше прошу типографию Морского министерства отпустить мне по пяти экземпляров моих изданий: «Обломова», «Обыкновенной истории», «Фрегата "Паллада"».

Иван Гончаров. 8 апреля 1863 г.

Вместе с тем, свидетельствуя мое почтение милостивому государю Алексан­дру Никифоровичу, имею честь покорнейше просить дать мне знать, есть ли в выручке сколько-нибудь денег за мои книги и можно ли явиться за полу­чением их. И. Гончаров[72]

 

4

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА ЧИЧАГОВУ 30 мая 1863 г.

 

Покорнейше прошу типографию Морского министерства отпустить госпо­дину книгопродавцу Дмитрию Ефимовичу Кожанчикову[73] бесплатно (деньги мною получены):

100 (сто) экземпляров «Обыкновенной истории»,

110 (сто десять) экземпляров «Обломова» и

150 (сто пятьдесят) экземпляров «Фрегата "Паллада"».

Иван Гончаров

30 мая 1863 г.

 

5

 

ПИСЬМО НАЧАЛЬНИКА ТИПОГРАФИИ МОРСКОГО МИНИСТЕРСТВА А. ЧИЧАГОВА ГОНЧАРОВУ [между 11 октября и 15 ноября 1863 г.]

 

Милостивый государь Иван Александрович,

Книжный магазин Баллиной в Харькове вызвался принять на себя распродажу на юге России изданных Вашим Превосходительством сочинений «Обломов», «Обыкновенная история» и «Фрегат "Паллада"» с уступкою в пользу магазина за типовую комиссию 20% с продажной цены, причем Баллина принимает на себя издержки по пересылке чрез почту в Харьков.

Препровождая при сем сделанное по этому предмету типографией Мор­ского министерства письменное предложение, имею честь покорнейше про­сить Вас, милостивый государь, почтить уведомлением, угодно ли Вам, чтобы типография воспользовалась помянутым предложением г. Баллиной. С совершенным почтением и преданностью имею честь быть начальник типографии А. Чичагов[74]

 

6

 

ОТВЕТНОЕ ПИСЬМО ГОНЧАРОВА ЧИЧАГОВУ 15 ноября 1863 г.

 

Милостивый государь Александр Никифорович,

На письмо Ваше, относительно предложения харьковского книжного ма­газина г-жи Баллиной[75] взять на комиссию часть моих сочинений, честь имею ответствовать, что, ввиду отдаленности Харькова от Петербурга, трудно вхо­дить в сделки подобного рода с неизвестными лицами, и потому я с своей сто­роны считал бы неудобным отпускать (в противность принятому мною пра­вилу) в долг книги, особенно в значительном количестве. Но для опыта я охотно соглашаюсь послать примерно не более, как по десяти экземпляров каждого из трех моих изданий в Харьковский книжный магазин Баллиной с просимою им уступкою по 20 процентов, при чем покорнейше просил бы Вас, милостивый государь, дать ему знать, что если он будет впредь требовать книги на принятом мною основании, т.е.: на наличные деньги вперед, то ему может быть сделана уступка, в случае требования не менее 25 экземпляров за раз, по 25 процентов, а от 25 до двухсот экземпляров, по 30 процентов с продажной цены. Если же бы он пожелал выписать на наличные деньги свыше двухсот экземпляров, тогда, по предварительному соглашению со мною, может быть сделана уступка и еще несколько процентов.

Покорнейше прошу Вас, милостивый государь, принять уверение в совер­шенном моем почтении и преданности.

И. Гончаров 15 ноября 1863 г.

[Слева вертикально приписка Гончарова:] Предложение магазина Баллиной при сем имею честь возвратить.

 

7

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА ЧИЧАГОВУ 7 ноября 1864 г.

 

[Сверху рукой Чичагова:] Отпустить. 7 ноября 1864. Чичагов

Покорнейше прошу типографию Морского министерства доставить мне по три экземпляра моих сочинений: «Обломов», «Фрегат "Паллада"» и «Обык­новенная история». 7 ноября 1864. И[ван] Г[ончаров]

 

8

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА ЧИЧАГОВУ 7 декабря 1864 г.

 

Покорнейше прошу типографию Морского министерства отпустить, в уплату сего счета[76], г[осподину] книгопродавцу Ив[ану] Ив[ановичу] Глазунову без­денежно: два экземпляра «Обломова»; 4 экземпляра «Фрегата "Паллада"» и 1 экземпляр «Обыкновенной истории». 7 декабря 1864. И[ван] Г[ончаров]

 

9

 

ПИСЬМО ГОНЧАРОВА ЧИЧАГОВУ 10 января 1865 г.

 

[Приписано сверху рукой Чичагова:] Отпустить. 10 января 1865 г. Чичагов Милостивый государь Александр Никифорович,

Имею честь покорнейше просить Вас приказать отпустить из типографии Морского министерства г[осподину] книгопродавцу Дм. Еф. Кожанчикову безденежно купленные им у меня триста экземпляров «Фрегата "Паллада"», 300 экземпляров «Обыкновенной истории» и 200 экземпляров «Обломова». Деньги за означенное кол-во экземпляров моих сочинений получены мною от г. Кожанчикова лично.

Что касается до пяти процентов, следующих за комиссию типографии Морского министерства, то позвольте покорнейше просить Вас удержать их за проданные г. Кожанчикову экземпляры из тех денег, которые поступят в типографию от продажи моих книг.

Примите, милостивый государь, уверение в искреннем моем почтении и преданности.

И[ван] Г[ончаров] 10 января 1865 г.

[Приписка слева вертикально:]

Так как г. Кожанчиков желал бы часть купленных им книг завтра в Казань, то нельзя ли отпустить их ему сегодня, т.е. в воскресенье. Извините за не­скромность этой просьбы. И. Гончаров

 

10

 

СЧЕТ ГОСПОДИНУ ГОНЧАРОВУ

 

В д[ело] № 12 1862 г. 2 декабря 1864 г.

За брошюровку в типографии Морского министерства книг в обертку под заглавием «Фрегат "Паллада"» в 2 томах, каждого по 1500 экз., по 5 коп. за экземпляр, 75 рублей.

Подписал бухгалтер типографии Измайлов

 

 

[1] Исследование осуществлено в рамках Программы «На­учный фонд НИУ ВШЭ» в 2013/14 году, проект № 12­01-0172. «Литература, знание и власть в Российской им­перии середины XIX в.: литературная экспедиция 1855— 1861 годов». Считаю приятной обязанностью поблагода­рить А.Ю. Балакина и А.С. Федотова за помощь в подго­товке и обсуждении статьи.

[2] См.: Гриц Т., Тренин В., Никитин М. Словесность и коммер­ция (Книжная лавка А.Ф. Смирдина) / Под ред. В.Б. Шклов­ского и Б.М. Эйхенбаума. М.: Федерация, 1929; Гессен С. Книгоиздатель Александр Пушкин. Л.: Academia, 1930.

[3] Рейтблат А.И. Взаимоотношения авторов и издателей во второй половине XIX — начале XX века // Рейтблат А.И. От Бовы к Бальмонту и другие работы по исторической социологии русской литературы. М., 2009. См. также дру­гие статьи автора.

[4] Не является исчерпывающей и итоговая, скорее очерковая, книга исследователя книгоиздательского дела: Баренбаум И.Е. Книжный Петербург. Три века истории. СПб., 2003.

[5] Макеев М.С. Николай Некрасов: Поэт и предприниматель. Очерки о взаимодействии литературы и экономики. М., 2009; и другие статьи; Luisier А. Nikolaj Nekrasov. Ein Schrift- steller zwishen Kunst, Kommerz und Revolution. Zurich, 2005.

[6] Карпи Г. Достоевский-экономист. Очерки по социологии литературы. М., 2012.

[7] Стоит упомянуть, что М.С. Макеев готовит в настоящее время фундированное исследование прибыльности некра­совского «Современника» на материале сохранившихся конторских книг (Макеев М.С. Конторские книги «Совре­менника» 1860—1865 гг. // Некрасовский сборник. Вып. 15. СПб. (в печати)).

[8] Переписка Гончарова с начальниками типографии И.И. Льховским и А.Н. Чичаговым, а также контракт на издание романов в типографии Морского министерства публикуются в при­ложении к статье.

[9] Единственное обнаруженное нами исследование этой сто­роны творчества Гончарова — пока не опубликованный доклад У. Шмида (U. Schmid) «State service, book market and literary reputation: Goncharov's conflictive "habitus"» на конференции в Чикаго в 2004 году (http://www2.mmlc.northwestern.edu/criticalexchanges/Saturday.htm (дата об­ращения: 15.12.2012)).

[10] Примеры скрупулезности Гончарова см. в: Балакин А.Ю. О проблеме выбора основного источника текста романа И.А. Гончарова «Обрыв» // Русская литература. 2002. № 3. С. 72—73.

[11] В полн. собр. соч. ошибочно указан его сын И.И. Глазунов (см.: Гончаров И.А. Полн. собр. соч. и писем. СПб., 1997. Т. 1. С. 673).

[12] А не у Глазунова, как ошибочно указано в случае с «Обык­новенной историей» и не указано в комментариях к «Об- ломову» и «Фрегату» в полн. собр. соч.

[13] См.: Рейтблат А.И. Указ. соч. С. 261—262.

[14] Разумеется, примеры самостоятельных авторских изданий можно найти и в 1830—1840-е годы. Ср., например, отказ Е.А. Баратынского продать последнюю поэму «Налож­ница» Ширяеву за четыре тысячи рублей и самостоятель­ное ее издание, которое едва окупилось (см.: Бодрова А.С. К истории текста поэмы Е. А. Баратынского «Наложница»: редакция 1830 года (по материалам архива Языковых) // Русская литература. 2013. № 1).

[15] См.: Некрасов НА. Полн. собр. соч. и писем: В 15 т. СПб., 1997. Т. 13. Кн. 1. С. 60, 368.

[16] Некрасов НА. Полн. собр. соч. и писем. Т. 14. Кн. 1. С. 84.

[17] Там же. С. 263.

[18] Там же. Т. 14. Кн. 1. С. 111.

[19] Об этом Гончаров сообщал М.Н. Каткову в письме 21 ап­реля 1857 года. См.: Гончаров И.А. [Письма к М.Н. Кат­кову] / Публ. Е.К. Демиховской // И.А. Гончаров: (Мате­риалы междунар. конф., посвящ. 180-летию со дня рожд. И.А. Гончарова). Ульяновск, 1994. С. 248—249.

[20] Новое время. 1912. № 13017. 9 (22) июня.

[21] Условия договора сразу же стали известны в литератур­ных кругах. Так, Некрасов в письме Тургеневу поражался «адской сумме» в 10 тысяч рублей (Некрасов Н.А. Указ. соч. Т. 14. Кн. 2. С. 114).

[22] ОР РНБ. Ф. 73. Ед. хр. 679. Л. 1 об.

[23] Новое время. 1912. № 13024.

[24] Гончаров И.А. Полн. собр. соч. и писем. Т. 6. С. 97.

[25] Там же.

[26] См. подробнее: Федотов А.С. А.Н. Островский и петер­бургский книгоиздатель Д.Е. Кожанчиков: история изда­ния второго прижизненного собрания сочинений драма­турга // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2013. № 6 (в печати).

[27] Его публикацию см.: Там же.

[28] Некрасов НА. Указ. соч. Т. 13. Кн. 2. С. 274—275.

[29] См.: Миронов А.Г. И.С. Тургенев и книгоиздательство брать­ев Салаевых в Москве // Книга: Исслед. и материалы. Вып. 5. М., 1961. С. 323—345. В контракте 1879 года порого­вое количество нераспроданных экземпляров равнялось двумстам.

[30] Параметры скидок оптовым покупателям сложились еще в 1820-е годы. Ср. систему скидок П. Плетнева при сбыте «Стихотворений А.С. Пушкина» в 1826 году (Гессен С. Указ. соч. С. 64—65).

[31] Достоевская А.Г. Воспоминания / Под ред. Л.П. Гросс­мана. М.; Л.: Academia, 1928. С. 176.

[32] Там же. С. 177.

[33] См. письма Тургенева к Кетчеру 1862 года и комментарии к ним в: Тургенев И.С. Полн. собр. соч. и писем. Письма в 18 т. М., 1988. Т. 5.

[34] Подробное изложение этой запутанной истории см. в: Гуть- яр Н. К биографии Тургенева // Русская старина. 1908. № 8. С. 229—240.

[35] Федотов А.С. Актуальные аспекты изучения биографии А.Н. Островского: Дис. ... канд. филол. наук. М., 2011. С. 87—89.

[36] Письмо Гончарова М.М. Стасюлевичу от 10 мая 1869 го­да // Стасюлевич и его современники в их переписке / Под ред. М. К. Лемке. СПб., 1912. Т. 4. С. 74—75.

[37] Гончаров ИА. Полн. собр. соч. и писем. Т. 3. С. 401. Любо­пытно, что информация о жалованье, которое писатель по­лучал в плавании, кажется, до сих пор неизвестна. В делах Инспекторского департамента Морского министерства со­хранилась справка об окладе Гончарова: годовое жалованье его составляло 1973 р. 63 коп. (из них: двойной оклад — 1029 р. 20 коп.; порционы — 730 р.; столовые — 214 р. 43 коп.). Кроме того, при отправке писатель получил 1000 р. подъем­ных (РГА ВМФ. Ф. 283. Оп. 3. Ед. хр. 327. Л. 4, 18). Эти сум­мы позже были взяты за норму при командировании других литераторов в литературные экспедиции 1855—1861 годов.

[38] Алексеев А.Д. Летопись жизни и творчества И.А. Гонча­рова. М.; Л., 1960. Дата 16 февраля 1855 года.

[39] РГА ВМФ. Ф. 162. Оп. 1. Ед. хр. 550. Л. 110—110 об. (дело «О деятельности редакции журнала Морской сборник, 1854—1855»).

[40] Письма А.В. Головнина барону Ф.П. Врангелю // Эстон­ский исторический архив (Eesti Ajalooarchiiv). F. 2057 [Wrangell]. 1. 476. Л. 26.

[41] См. упоминания кн. Д.А. Оболенского и графа Д.А. Тол­стого — чиновников Морского министерства — в письмах Гончарова Е.В. Толстой (Голос минувшего. 1913. № 11. С. 223; № 12. С. 238).

[42] Голос минувшего. 1913. № 12. С. 238.

[43] См.: Максимов С.В. Литературная экспедиция // Русская мысль. 1890. № 2. С. 17—50.

[44] РГА ВМФ. Ф. 410. Оп. 2. Ед. хр. 1069. Л. 8 («Дело о коман­дировании литераторов в разные края России для собира­ния сведений, до морской части относящихся»).

[45] См.: Алексеев АД. Указ. соч. Дата 19 ноября 1855 года.

[46] Голос минувшего. 1913. № 12. С. 242. Ср. дело «О пред­ставлении императрице сочинений Гончарова "О Японии" по ходатайству Великого князя Константина Николае­вича» (РГИА. Ф. 469. Оп. 1. Год 1855. Д. 326. Л. 2).

[47] См.: Алексеев А.Д. Указ. соч. Дата 16 декабря 1855 года.

[48] Алексеев А.Д. Указ. соч. Дата 19 ноября 1855 года. Обсуж­дение этого назначения в литературных кругах и в «Коло­коле» Герцена мы оставляем сейчас в стороне.

[49] Гончаров И.А. Полн. собр. соч. и писем. Т. 3. С. 450. Снос­ка 2. Ср. также описание этого события в «Необыкновенной истории» (Литературное наследство. Т. 102. М., 2000. С. 261). Экземпляр хранился в личной библиотеке Кон­стантина в Мраморном дворце (см. опись книг его библио­теки: ГАРФ. Ф. 722. Оп. 1. Ед. хр. 15. Л. 1 об.).

[50] Иван Иванович Льховский (1829—1867) — друг Гончарова и адресат его писем с начала 1850-х годов. См. о нем: Бо- кова М. Льховский Иван Иванович // Русские писатели. 1800—1917. Биографический словарь. Т. 3. М., 1994. С. 433— 434; Гончаров ИА. Письма к И.И. Льховскому (1857— 1860) / Коммент. А.И. Груздева // Литературный архив. Л., 1951. Т. III. С. 91—95.

[51] Гончаров И.А. Письма к И.И. Льховскому. С. 133—134.

[52] РГА ВМФ. Ф. 283. Оп. 3. Ед. хр. 327. Л. 6 (Дело «О на­значении литераторов Григоровича, Майкова и Льхов- ского на суда, отправляющиеся в плавания в Восточный океан, Средиземное море и Архипелаг»).

[53] Бокова М. Указ. соч. С. 434. В 1863 году оставивший пост начальника типографии Льховский был назначен торго­вым агентом Морского министерства в Ницце, где прослу­жил до смерти в 1867 году (РГА ВМФ. 410. Оп. 2. Ед. хр. 2681. Л. 1—2).

[54] Публикатор писем Гончарова к А.В. Никитенко В. Яковлев в 1914 году указал, что в 1861—1862 годах Льховский слу­жил начальником типографии Морского министерства (Русская старина. 1914. № 2. С. 421). В нашем распоряже­нии имеется письмо Льховского А.С. Афанасьеву-Чужбин- скому от 2 марта 1863 года, в котором Льховский сообщал, что в данный момент на его место назначен А.Н. Чичагов (РГАВМФ. Ф. 384. Оп. 1. Ед. хр. 247. Л. 6—6 об.). Так уста­навливаются точные годы его службы.

[55] Огородников С.Ф. Типография Морского министерства. Исторический очерк. СПб., 1899. С. 38.

[56] Гончаров в воспоминаниях современников / Отв. ред. Н.К. Пиксанов. Л., 1969. С. 81—82. Встречи Гончарова с Льховским в 1861 году зафиксированы и в других ис­точниках, в частности в дневнике Никитенко. См.: Алек­сеев А.Д. Указ. соч.

[57] 27 декабря 1869 года начальник типографии Чичагов уве­домлял управляющего Морским министерством, что «в ти­пографии <...> принят к напечатанию роман "Обрыв" г. Гон­чарова, в числе 5 тыс. экземпляров» (РГА ВМФ. Ф. 384. Оп. 1. Ед. хр. 279. Л. 191).

[58] Стасюлевич и его современники в их переписке / Под ред. М.К. Лемке. СПб., 1912. Т. 4. С. 74—75.

[59] Таково верное его отчество, а не Иванович, как ошибочно указано в «Летописи жизни и творчества И.А. Гончарова» (Алексеев А.Д. Указ. соч. С. 182).

[60] Так, при Льховском в 1862 году типография впервые со дня своего основания вышла в плюс (чистая прибыль со­ставила почти 10 тысяч рублей) и в 1863 году отказалась от специальной государственной дотации, перейдя на са­моокупаемость (Огородников С.Ф. Указ. соч. С. 38).

[61] Библиографический листок // Вестник Европы. 1870. Т. 2.

[62] Ср., например, объявления в газеты об издании «Обрыва» за 1872 год (РГА ВМФ. Ф. 384. Оп. 1. Ед. хр. 287. Л. 16).

[63] Алексеев А.Д. Указ. соч. Дата 29 декабря 1867 года.

[64] Гончаров И.А. Полн. собр. соч. Т. 3. С. 458. Саня — А.К. Трей- гут (1869—1928), внебрачная дочь писателя.

[65] См. об этом: Балакин А.Ю. Указ. соч.

[66] См.: Огородников С.Ф. Указ. соч.

[67] См. об этой стратегии: Федотов А.С. А.Н. Островский и петербургский книгоиздатель Д.Е. Кожанчиков.

[68] Неукоснительное соблюдение официального эпистоляр­ного этикета в письме (вопреки дружескому тону частной переписки) объясняется официальным характером доку­мента — запросом в типографию, который был вшит в дело и поэтому сохранился.

[69] Ф.А. Битепаж и И.К. Калугин — книгоиздатели и книго­торговцы. К письму в дело подшито подтверждение из их конторы: «От г-на Гончарова получено на комиссию книг его сочинений: "Обломов" 2 т. — 10 э[кземпляров]; "Фрегат Паллада" 2 т. — 10 э[кземпляров]; "Обыкновенная исто­рия" — 10 э[кземпляров]. Деньги по распродаже, уступка с публикованной цены — 20%. А. Красков. 1 мая 1862 г.».

[70] В январе—феврале 1862 года в типографии Морского ми­нистерства вышли переиздания «Обыкновенной исто­рии», «Фрегата "Паллады"» и «Обломова».

[71] Вверху письма помета, очевидно, Льховского: «Получено 1 мая. Отпустить в кредит по 10 экз.».

[72] Вверху письма приписка рукой Чичагова: «Исполнить. 8 апреля 1863 г. Чичагов».

[73] Дмитрий Ефимович Кожанчиков (1820 или 1821—1877) — купец, книгоиздатель. Переписка с ним Гончарова не­известна.

[74] К письму было приложено предложение Баллиной от 29 сентября / 11 октября 1863 года.

[75] Книжный магазин в Харькове (1862—1866) был зарегист­рирован на имя Е.С. Баллиной, но был открыт Н.П. Бал- линым — известным идеологом кооперативного движе­ния — при поддержке Н.А. Серно-Соловьевича.

[76] К письму приложен счет: Счет из газеты «Сын Отечества» за публикацию объявлений о вышедших книгах: Итого. 5,32. 20 августа 1864 г. [На обороте счета сверху:] 2 «Обломова» — 4,80; 4 «Фрегата» — 9,60; 1 «Обыкновенная история» — 4,20. Итого — 15,60. Получено в типографии 21 декабря 1864 г.



Другие статьи автора: Вдовин Алексей

Архив журнала
№151, 2018№152. 2018№149, 2018№150, 2018№148, 2017№147, 2017№146, 2017№145, 2017№144, 2017№143, 2017№142, 2017№141, 2016№140, 2016№139, 2016№138, 2016№137, 2016№136, 2015№135, 2015№134, 2015№133, 2015№132, 2015№131, 2015№130, 2014№129, 2014№128, 2014№127, 2014№126, 2014№125, 2014№124, 2013№123, 2013№122, 2013№121, 2013№120, 2013№119, 2013№118, 2012№117, 2012№116, 2012
Поддержите нас
Журналы клуба