Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » НЛО » №130, 2014

Екатерина Лапина-Кратасюк, Светлана Шомова
Международная научно-практическая конференция "News literacy и проблемы современного медиаобразования" (НИУ ВШЭ, Москва, 5-6 марта 2014 г.)
Просмотров: 1004

Обращаясь к анализу новостей и комментариев, немецкий социолог и исследо­ватель медиа Никлас Луман иронически отмечает, что «в этой сфере массмедиа распространяют неведение в форме фактов»[1], смещая, таким образом, акцент с традиционно декларируемого содержания новости («объективная информа­ция») на форму новостного сообщения; а также делая проблему обучения тех, кто создает новости, амбивалентной как с профессиональной, так и с моральной то­чек зрения. И тем не менее именно в сфере новостей «возникла профессия, ныне известная нам под названием журналистики. Лишь здесь просматриваются такие типичные тенденции профессионализма, как специальное образование, собствен­ное, общественно-признанное обозначение профессии и самопровозглашенные критерии качественной работы»[2]. Таким образом, несмотря на повсеместно раз­деляемое убеждение, что новости просто не могут быть тем, чем себя провозгла­шают, проблема обучения созданию и грамотному «чтению» новостей остается одной из центральных как для исследователей медиа, так и для «медиапедагогов».

Проблемы медиаобразования, интерес к которым со стороны различных ака­демических наук (психологии, социологии, педагогики, культурологии, теории коммуникации и иных) в последние годы был огромен, в наши дни пользуются также пристальным вниманием практиков и вызывают немалое любопытство у широкой общественности. Изменения в информационном ландшафте повсе­дневности неизбежно привели как к ломке привычных стереотипов в восприятии медиа, так и к переосмыслению многих важнейших принципов их использования. Именно поэтому в рамках медиаобразования (которое, к слову, в минувшем году было внесено Министерством связи и массовых коммуникаций России в число приоритетных направлений развития медиаотрасли) стали активно развиваться различные виды потребительской грамотности — информационная грамотность, медиаграмотность и прочее. Все они включают в себя не только навыки медиа­коммуникации, но и умение определять размер своих информационных потреб­ностей, возможность противостоять информационным угрозам и так далее.

Самым новым и нестандартным вектором развития такого рода навыков «че­ловека информационного» стала news literacy — новостная грамотность, впервые получившая развитие как отдельное, точечное, но крайне важное направление медиаобразования в США и затем ставшая популярной в различных странах мира. Центральная категория этого направления знания — журналистская но­вость — обычно воспринимается публикой как нечто заведомо понятное и не тре­бующее специального внимания. Между тем с новостью как коммуникационным инструментом сегодня связано множество рисков: она используется и как метод формирования общественного мнения, и как способ манипуляции аудиторией, и как средство ведения информационной войны. Обладая весьма притягательными качествами в глазах публики — актуальностью, свежестью, остротой, способ­ностью вызывать любопытство, — новостное сообщение одновременно способно манипулировать фактами и образами, а потому его восприятие связано с целым рядом опасностей. Отсюда и возникла потребность в технологиях новостной грамотности, под которыми понимается способность эффективно использовать аналитические способности и навыки критического мышления, чтобы судить о достоверности, степени надежности и сбалансированности информации, посту­пающей из новостных сообщений — откуда бы те ни исходили: из прессы, радио, телевидения или сети Интернет. Программы по news literacy учат отличать но­вость от «не-новости», отбирать релевантные новостные материалы среди инфор­мационного мусора, понимать разницу между фактом и мнением, адекватно — и по целому ряду параметров — оценивать источники информации, декодировать (анализировать) материалы традиционных СМИ и социальных медиа и еще мно­гому другому. Словом, это вполне четкая, хотя и нуждающаяся в дальнейших до­работках методика, позволяющая работать именно в новостном информационном поле, защищать себя от «недоброкачественного» товара, от подделок под ново­стное сообщение. «Новостная грамотность — это такой же обязательный навык, как само чтение, такая же необходимая гигиеническая привычка, как привычка чистить зубы, — сказала, открывая 5 марта первую в России Международную на­учно-практическую конференцию, посвященную проблемам news literacy, декан факультета медиакоммуникаций, профессор НИУ ВШЭ Анна Качкаева. — Нет ничего более гуманитарно здорового, чем критически оценивать то, что происхо­дит в медиа, правильно декодировать смыслы сообщений, уметь пользоваться ин­формацией и понимать, что медиаповедение — это такая же часть нашей жизни, как и повседневные взаимоотношения и коммуникация между людьми».

В конференции приняли участие более 70 участников из России, США, Бра­зилии, Франции, Индии, Польши, Украины, Казахстана, Армении и других стран. В первый день работы форума состоялось большое пленарное заседание, где ис­следователи обменялись опытом в области новостной и медиаграмотности, рас­сказали о проблемах преподавания подобных курсов в соответствии с культур­ными и историческими традициями своих стран и со спецификой медийных сфер.

Тон всей конференции задал доклад Игоря Задорина (Исследовательская группа «Циркон», Москва), озаглавленный «Текущее состояние и перспективы медиаграмотности населения РФ на основе национального мониторинга медиаповедения». Предложив социологический взгляд на проблему, исследователь сумел обозначить ее главные болевые точки и основные закономерности поведения в медийных сферах «среднего» российского потребителя.

О том, как прошел первый, экспериментальный курс новостной грамотности на факультете медиакоммуникаций НИУ ВШЭ, рассказала его декан и инициа­тор развития данного направления в российском высшем образовании, профессорАнна Качкаева. Нестандартный для студентов-медийщиков ракурс осмысления новости — взгляд с точки зрения рядового потребителя, а не производителя ин­формационной продукции — позволил студентам увидеть всю сложность про­блем современного информационного поля, воспринять новость как инструмент массовой коммуникации в целом и осознать ее манипулятивные возможности. Можно сказать, что курс news literacy способен стать своего рода ментальным про­тивоядием от бесконтрольного и некритичного поглощения всей той разнообраз­ной информационной продукции, которая производится современными медиа в огромных количествах и далеко не всегда отвечает критериям качества и на­стоящей новизны. Воспитание критически мыслящего гражданина, а не равно­душного «глотателя пустот» — вот, собственно, в чем заключается основной смысл рассматриваемых технологий взаимодействия с медиа.

Заметим, что не только академическую, но и вполне прикладную пользу курса новостной грамотности подтверждают результаты опроса, проведенного зимой 2014 года в НИУ ВШЭ. Опрос проводился в двух референтных группах: в одну из них входили студенты первого курса, еще не посещавшие занятий по news lite­racy, во вторую — второкурсники, уже закончившие обучение по этой дисцип­лине. Участники опроса, входившие в первую группу, затруднились с определе­нием самого понятия «новость»: они интерпретировали этот термин чаще всего просто как «информацию», некоторые — как «кусок информации»; иногда допол­нением служили эпитеты «актуальная», «интересная обществу» и т.д. Второкурс­ники, посещавшие занятия по news literacy, не только легко перечисляли харак­теристики новости, но и не испытывали затруднений с объяснением сущности данного явления. Одним из самых сложных оказался для молодых людей вопрос, какие существуют источники новостей. Значительная часть студентов-первокурсников, незнакомых с основами news literacy (70% общего числа опрошенных), сумели назвать здесь только современные СМИ. Во второй группе, напротив, 83% студентов не только подробно рассмотрели типы источников новостей, но и сумели охарактеризовать их (заинтересованные, авторитетные и т.д.), а также от­метить, каким именно источникам можно доверять. Данный опрос подтвердил перспективность новой дисциплины и необходимость развития в России этого направления медиаграмотности.

Далее слово было предоставлено зарубежным гостям конференции, признан­ным специалистам в области новостной грамотности. Выступление Дина Мил­лера, представлявшего Университет Стоуни-Брук (Нью-Йорк), где открыт один из самых известных в мире центров новостной грамотности, было сфокусировано на американском опыте становления академической работы в данной сфере, на возможностях интеграции подобных центров в структуру крупнейших универ­ситетов. О традициях и новейших векторах медиаобразования в своих странах рассказали Абаид Сиддики (Центр по изучению массовой коммуникации «AJK», Индия) и Ганна Онкович (Украина). Крайне интересные проекты, связанные с прикладными возможностями технологий новостной грамотности, представи­ли собравшимся Анна Грун (Польша), выступившая с докладом о деятельности фонда «Современная Польша», который в творческих и нестандартных формах проводит работу со школьниками, и Нунэ Саркисян (Армения), поведавшая об ереванском Центре медиаинициатив, придумавшем и организовавшем онлайн- игру для детей. С помощью этих и подобных им средств (открытие медиамузеев, проведение соревнований и т.д.) многие страны мира учат школьников не только выживать в медийном пространстве, но и комфортно себя в нем чувствовать. При этом — и на этом делался особый акцент в выступлениях докладчиков — делаться все перечисленное должно в игровой и просветительской форме, а не посредством запретительных и охранительных мер.

Не менее интересными оказались и другие секции конференции. В централь­ной из них, озаглавленной «News literacy: проблемы и перспективы», слово было предоставлено как сотрудникам Высшей школы экономики, «курировавшим» ве­дение экспериментального курса по новостной грамотности, так и представите­лям других российских вузов, а также зарубежным гостям и практикам совре­менной медиаиндустрии. Александр Шариков (НИУ ВШЭ) и Ирина Жилавская(МГГУ имени Шолохова) сосредоточили внимание на теоретических основах но­востной грамотности и медиаграмотности в целом. Первого докладчика более всего интересовали формирование серьезной методологической основы и «на­сыщение» методологией прикладных навыков, связанных с потреблением ново­стной продукции, осознанной исследовательской методологией, способной со­ставить базу ответственного и критического отношения к медиаинформации. Вторая докладчица поделилась разработанными в представляемом ею универси­тете разнообразными методиками и технологиями анализа новостных сообщений. Светлана Шомова (НИУ ВШЭ) в докладе «Новость как коммуникативный фе­номен: преимущества и риски» не только рассказала о возможных подходах к определению самого понятия «новость», но и обозначила ряд ключевых харак­теристик новостного текста, которые могут быть источниками серьезных рисков для аудитории, так как обладают высоким манипулятивным потенциалом. Кол­леги Светланы Шомовой по университетуАнна Колчина и Олег Дмитриев выде­лили в своих выступлениях наиболее интересные ракурсы и «повороты» препо­давания курса новостной грамотности в студенческой аудитории и обозначили перспективы создания типологии ошибок в конструировании новостных сооб­щений, а также методик верификации источников информации. Крайне любо­пытным, задающим «рамочные» очертания ведущим моделям взаимодействия с новостью оказалось выступление известного американского журналиста, до­цента Университета Стоуни-Брук Джонатана Сандерса, образно озаглавленное «Мы в одной лодке? Скринэйджеры, привратники и гэйткиперы в мире новостной грамотности».

Наконец, оживленные дискуссии среди участников и слушателей конферен­ции вызвали доклады, основанные на анализе конкретных «кейсов» российской медиадействительности, — такие, как «“Лекарство против страха”. Новостная грамотность как средство борьбы с мигрантофобией и случай Бирюлёво» Ека­терины Клименко (Санкт-Петербургский университет культуры и искусств), « “Старости” как новости: обладают ли новизной сообщения “столетней” давнос­ти» Надежды Казариновой (Санкт-Петербургский государственный электротех­нический университет), «Обсуждение Олимпиады в Сочи русскоязычными поль­зователями Twitter и ВКонтакте» Павла Лебедева(Москва) и другие.

Компактной, но крайне интересной, интернациональной и интердисциплинар­ной одновременно получилась и секция под названием «Медиаобразование, ме­диапросвещение, медиакультура: междисциплинарные подходы». Неожиданный ракурс взгляда на проблему был представлен в докладе Рениры Гамбарато(Бра­зилия) «Трансмедийные истории в журналистской практике», посвященном «пе­ресечениям» трансмедийного «рассказывания историй» и классического журна­листского сообщения. Анна Новикова (НИУ ВШЭ), рассказав о промежуточных результатах продолжающегося несколько лет исследования медиапотребления сельских жителей России, обозначила возможности антропологического и куль­турологического подхода к медиапросвещению различных российских аудито­рий; Марианна Акопджанова(МГУ) обратилась к правовым аспектам совре­менного медиаобразования;Екатерина Шапинская (Институт культурного и природного наследия имени Лихачева) представила доклад «Современное инфор­мационное пространство: безграничные возможности, проблемы и опасности», а Сергей Терешенков, представившийся тренером в сфере неформального (медиа)- образования и проектного менеджмента, — доклад «Общедоступность информа­ции: pro et contra». Все участники секции говорили о рисках, привнесенных в культуру повседневности новыми практиками медиапотребления, и о возмож­ностях их преодоления.

Нельзя сказать, что среди участников конференции царило полное единоду­шие. Так, неожиданно болезненные дискуссионные проблемы стали предметом обсуждения на «круглом столе» «Медиатехнологии в пространстве современного высшего образования». Произошло это потому, что выступающие на «круглом столе» представляли точки зрения различных социальных групп (от молодежных субкультур до консервативных «охранительных» образовательных элит) и были сторонниками разных форм администрирования медиаобразования (от жесткого авторитарного диктата «сверху» до инициативного свободного выбора, основан­ного на grass-roots). Именно столкновение этих, порой диаметрально противопо­ложных точек зрения, а также то, что эта достаточно жесткая дискуссия является повседневной ситуацией, в которой формируются противоречивые модели меди­аобразования в разных регионах современной России, придало «круглому столу» особую актуальность.

Так, в выступлении Натальи Ковалевой (Московский институт развития об­разования) отчетливо прослеживалась мысль о некой врожденной порочности медиа и необходимости противопоставить ей просветительско-культурную ра­боту, осуществляемую образованием: участники дискуссии с большим интересом обсуждали просветительский потенциал медиа, но тезис о пагубном влиянии ме­диасреды на символическое содержание образования вызывал при этом серьез­ные возражения. В ходе дискуссии был достигнут консенсус по поводу необхо­димости изучения специфики форматов медиа, в частности формата новостей, в курсах, посвященных современной культуре, которая не просто транслируется, но производится медиа (это открывает дорогу к новому пониманию классиче­ского тезиса Маршала Макклюена «the medium is the message»).

В то же время в докладе Ирины Фатеевой (Челябинский государственный университет) «Обеспечение медиабезопасности личности как вектор развития отечественного медиаобразования» прозвучала современная, основанная на ак­туальных дискуссиях точка зрения, связанная не с параметрами ограничений и запретов на тот или иной контент, а именно с обоснованием необходимости по­вышения news literacy, умением рефлексивно «читать» медиадискурс и значи­мостью обучения этим навыкам еще на стадии школьного образования.

В основном, участники «круглого стола» обсуждали проблемы образования журналистов, затрагивая в этой связи и более широкий контекст гуманитарного образования. Поэтому выступление Дениса Дубовера (Донской государственный технический университет), посвященное образовательным программам техниче­ских вузов, вызвало особый интерес и позволило обсудить еще одну функцию, которую курсы по news literacy способны выполнять в рамках учебных планов российских вузов. Так, смелый тезис докладчика о том, что медиаобразование мо­жет в целом стать основой гуманитарного модуля в рамках технического образо­вания (заменив, таким образом, традиционную историю литературы и менее тра­диционную культурологию), вызвал ряд возражений, но и открыл новые направ­ления обсуждения.

Второй день конференции был в большей степени посвящен конкретным жур­налистским практикам и презентации результатов исследований: как достижени­ям профессиональных исследовательских групп, так и первым научным опытам студентов медиаспециальностей. Проблемы теории и методологии продолжали обсуждаться на протяжении всей конференции.

Например, секция «Экология журналистской профессии» собрала как журналистов-практиков, так и специалистов по теории медиа, а также исследователей, занимающихся проблемами дискурса. Это позволило не только познакомиться с конкретными новостными «кейсами» и обсудить формы их конструирования, но и связать последние с актуальными гуманитарными дискуссиями, а также рассмот­реть «зазоры» между представлениями практиков о том, что такое хорошая новость, и более широким концептуальным контекстом. Руководила секцией известный журналист и аналитик Светлана Сорокина, что позволило придать академическому содержанию динамичную и дискуссионную форму аналитического шоу.

Иосиф Дзялошинский (НИУ ВШЭ), открывавший секцию, задал самый широ­кий ракурс обсуждения: универсализация медиа в выступлении профессора фа­культета медиакоммуникаций фактически подводила к выводу, что логика медиа является сегодня первичной когнитивной рамкой любого высказывания, события или истории. Кроме того, докладчик изложил свое понимания понятия «экология медиа», которое продолжало обсуждаться и в выступлениях других участников.

Основной задачей доклада Екатерины Лапиной-Кратасюк (НИУ ВШЭ) было показать, что, несмотря на популярность выражений «новые медиа» и «цифровые медиа» в журналистском дискурсе, содержание этих понятий остается во многом неясным как журналистам, так и их аудитории. Это приводит к использованию этих понятий в качестве пустых вербальных оболочек, которые, именно из-за своей семантической «пустоты», становятся вместилищем идеологического со­держания, а также стереотипов и фобий. Основная задача новостной грамотности в отношении феноменов цифровой культуры — используя результаты академи­ческих штудий, раскрыть потенциал как понятий, так и явлений новых медиа, их коммуникативный и гражданский потенциал.

О проблемах «власти языка» в медиа говорили Николай Поселягин («НЛО») иАнна Котомина (РГГУ). Николай Поселягин показал, как методы анализа дис­курса могут не только объяснять популярность тех или иных журналистских (и шире — актуальных языковых) клише, но и вскрывать способы манипулирова­ния, осуществляемого с помощью ключевых слов и навязчивого дискурсивного замещения некомфортных смыслов. Используя понятия trauma studies, докладчик продемонстрировал, как можно нейтрализовать эффект болезненной темы, мани­пулируя лексикой, добиться «экологии наоборот»: соблюдая нормы новостной объективности, препятствовать общественной дискуссии. Анна Котомина обра­тилась к сравнительному анализу конструирования события в литературе и медиа, показав при этом, что, наследуя своему более взрослому предшественнику, новость тем не менее обладает оригинальным форматом конструирования события, что и позволяет говорить о «новости» как об отдельном смыслопорождающем жанре.

Варвара Чумакова (НИУ ВШЭ), которая также участвовала в масштабном ис­следовании факультета медиакоммуникаций, посвященном медиапотреблению в сельских регионах России, рассказала о специфике восприятия этой аудиторией информационных программ. Парадоксальное сочетание тотального недоверия к телевидению и зависимости от него выражается в скептическом, но при этом весьма некритичном восприятии новостей как единственно легитимного «отра­жения» реальности.

Анна Огороднова, Гулим Амирханова и Алексей Трофимов представили мнение журналистского сообщества о проблемах норм новостного дискурса в ситуации сетевой культуры.

Важным завершающим этапом конференции стали две секции, посвященные «младшему» возрасту: «круглый стол» «Проблемы современной школьной ме­диапедагогики», на котором обсуждалась необходимость говорить о news literacy уже на уровне средней школы, и секция «Медиапотребление: взгляд молодых» (под руководством профессора факультета медиакоммуникаций и известного российского исследователя телевидения Анны Новиковой), в рамках которой студенты медийных специальностей впервые представили результаты своих ис­следований. Спектр исследований молодых ученых был вдохновляюще широк: теоретические штудии (Елена Базина, Анна Трошина), результаты «полевых» работ (Анастасия Обуденкова, Татьяна Ломская), а также анализ медиатекстов (Анастасия Коробкова, Юлия Черненко).

В целом результаты конференции оказались не только весьма плодотворными в смысле обмена мнениями, но и вдохновляющими по своим перспективам. Встречи в рамках данного направления было решено сделать регулярными: уже в марте 2015 года планируется проведение следующей конференции из этого цикла под названием «News Literacy: цифровые медиа для будущего». В програм­му мероприятия будут включены дополнительные секции, связанные с медиа­культурой (выставочная деятельность, интерактивные музеи), технологическими аспектами медиаобразования (методика и сценарии создания образовательных проектов) и т.п.

Екатерина Лапина-Кратасюк, Светлана Шомова

 

[1]  Луман Н. Реальность массмедиа. М.: Праксис, 2005. С. 45.

[2] Там же. С. 46.



Архив журнала
№162, 2020№161, 2020№159, 2019№160, 2019№158. 2019№156, 2019№157, 2019№155, 2019№154, 2018№153, 2018№152. 2018№151, 2018№150, 2018№149, 2018№148, 2017№147, 2017№146, 2017№145, 2017№144, 2017№143, 2017№142, 2017№141, 2016№140, 2016№139, 2016№138, 2016№137, 2016№136, 2015№135, 2015№134, 2015№133, 2015№132, 2015№131, 2015№130, 2014№129, 2014№128, 2014№127, 2014№126, 2014№125, 2014№124, 2013№123, 2013№122, 2013№121, 2013№120, 2013№119, 2013№118, 2012№117, 2012№116, 2012
Поддержите нас
Журналы клуба