Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Вестник РОССИЙСКОГО ФИЛОСОФСКОГО ОБЩЕСТВА » №2, 2012

Михаил Сергеев
Теория религиозных циклов: опыт философии религии
Просмотров: 1095

Введение. В этой краткой статье я хочу познакомить моих коллег – читателей Вестника РФО – с теорией религиозных циклов, которую я разрабатываю в течение полутора десятка лет. Согласно этой теории, религиозная система в процессе своего становления проходит через определенные стадии развития, общие для любой религии. В моей докторской диссертации по русской софиологии я применил эту теорию к истории христианства, а точнее российского православия. Начиная с середины девяностых годов я также написал серию статей о различных аспектах моей теории и ее применении к современным религиозным течениям, которые были опубликованы в российских и американских научных журналах. В 2003 году в Российском философском обществе вышел двуязычный сборник моих эссе, посвященный различным аспектам моей теории в применении к европейскому Просвещению, положившему начало эпохе Нового времени.
Экзистенциальное измерение. Я родился и вырос в Советском Союзе – единственной в истории человечества атеистической империи, отринувшей не только исторические религии, но и веру как таковую. Принадлежал я к третьему поколению советских граждан – людей, как мне представляется, уникальных, подобных которым не производила еще наша планета. Нас воспитывали в религиозном вакууме, без каких-либо следов духовной традиции. Мы росли в светских семьях, учились в атеистических школах и университетах. Я помню, что курс по истории религий, который мы проходили в университете, назывался «Научный атеизм» – я даже увез с собой в Америку учебник научного атеизма, как уникальное свидетельство моего жизненного опыта. До того, как в тридцать один год я приехал в Америку, я ни разу вблизи не видел молящихся людей. В отличие от наших отцов и дедов мы не могли припасть к духовным корням или вернуться к вере нашего детства по той простой причине, что были лишены и того и другого. Блаженный Августин, который в своей «Исповеди» признавался, что познал и полюбил Бога слишком поздно (ему было тридцать лет, когда он обратился в христианскую веру) не мог даже в страшном сне представить себе то духовное состояние, в котором оказалось наше поколение в канун перестройки и последующего развала Советской империи. Именно эта сложная и необычная ситуация и повлияла на мое решение уехать в Америку и всерьез заняться изучением мировых религий, а в последствие привела меня к разработке моей теории религиозных циклов.
Теория религиозных циклов. В отличие от многочисленных современных подходов к изучению религий, моя теория не ставит своей целью объяснить их происхождение, исходя из экономических, социальных или психологических факторов, как это делали, например, Карл Маркс, Эмиль Дюркгейм, Зигмунд Фрейд или Карл Густав Юнг. Моей задачей были поиск и описание общих закономерностей в развитии исторических религий – закономерностей, относительно независимых от действий отдельных их представителей. Согласно моей теории, эволюция религиозной системы зависит от соотношения двух ее важнейших компонентов – священного писания и священного предания. В зависимости от различного сопряжения этих двух факторов, я различаю шесть общих фаз в развитии исторических религий – формативную, ортодоксальную, классическую, реформистскую, критическую и посткритическую.
Для ранней или формативной стадии религиозной системы характерно формирование канонических священных писаний, обладающих абсолютным авторитетом у верующих, а также символа веры, обрядов и организационной структуры новой религии. На это обычно уходит четыре столетия, в течение которых на трон восходит монарх, обеспечивающий поддержку новой религии со стороны правящей элиты. Такими властителями были, к примеру, царь Давид во времена древнего иудаизма, индийский король Ашока в эпоху раннего буддизма или римский император Константин в период первоначального христианства.
Следующая, ортодоксальная стадия в эволюции религиозной системы, закладывает основы священного предания, а именно – авторитетного истолкования священных писаний, которое в определенный момент своего развития оно как бы «замораживает», делая невозможными любые нововведения, уклоняющиеся от ортодоксальной догматики, как это случилось, например, с буддистской теравадой, православным христианством или шиитским мусульманством. Следующая за ней классическая фаза в эволюции религии трансформирует уже сложившееся священное предание, развивая свое собственное истолкование священных писаний, которое, как правило, выходит за пределы догматических ограничений ортодоксии. Примерами такого развития могут служить буддистская махаяна, католическое христианство или суннитский ислам. Формальный разрыв между двумя ветвями религиозной системы наступает, как правило, тогда, когда ее классическая форма развилась достаточно для того, чтобы отмежеваться от предшествующей ей ортодоксальной ветви.
В ходе своей эволюции религиозная система проходит через два вида кризисов. Во-первых, это структурный кризис, который не захватывает каноническую основу религии – священные писания – но стимулирует новые их истолкования и формирование альтернативных священных преданий. В христианстве этот процесс привел к образованию трех основных его ветвей – православия, католичества и протестантизма, представляющего, кстати сказать, последующую, реформистскую стадию христианской религии. Во-вторых, – это системный кризис, который бросает вызов авторитетности самих священных писаний, подрывая основу религиозной системы как таковой. Такого рода кризис находит разрешение уже не в альтернативных ответвлениях внутри существующей религии, а в зарождении принципиально новых религиозных движений в лоне матери-веры.
Так произошло, например, с буддизмом, который развился из индуистской традиции, а также с христианством, возникшим как мессианская секта в иудаизме. Интересно, что появление и развитие этих двух молодых религий отнюдь не вызвало упадок и последующее исчезновение их материнских вер. Напротив, индуизм не только составил успешную конкуренцию буддизму на протяжение более чем тысячелетия, но и в конце концов полностью вытеснил соперничающую религию из Индии. Иудаизм также успешно пережил зарождение и последующее распространение христианства, продемонстрировав свою силу и преобразовав библейскую традицию в учении еврейских раввинов.
Теперь, поскольку сомнение в правильности священных писаний знаменуют собой системный кризис религии, то, очевидно, что для христианской веры этот период начался с эпохи европейского Просвещения. Просветители восемнадцатого столетия подвергли библейское откровение острой критике с мировоззренческих позиций, отражавших три основные течения в идеологии Просвещения, – христианского рационализма, деизма и, наконец, атеизма. Начавшись как системный кризис христианства, европейское Просвещение и выработанное им миропонимание со временем распространили свое влияние и на другие религии и регионы. Советская атеистическая империя, отринувшая верования и обряды трех мировых религий – буддизма, христианства и ислама – явила собой эпицентр этого кризиса, а также наивысшее воплощение проекта Просвещения в его наиболее радикальном аспекте.
Несколько слов в заключение. Согласно моей теории, системный кризис религии с необходимостью ведет к появлению новых религи-озных движений, ставящих своей целью его преодоление. Соответ-ственно, европейское Просвещение, положившее начало системному кризису христианства, а впоследствии и других мировых религий, должно было повлечь за собой настоящий религиозный бум – возникновение многочисленных сект, каждая из которых предлагает свое решение духовных проблем современности. Именно эту ситуа-цию мы и наблюдаем в сегодняшнем мире. Однако, из всех религиозных движений, которые зародились в девятнадцатом и двадцатом столетиях – мормонизм, свидетели Иеговы, вера бахаи, новая эпоха, церковь объединения, сайентология, и многие другие – моя теория особенно выделяет веру бахаи, поскольку учение этой молодой религии, зародившейся в Иране и отпочковавшейся от ислама в середине девятнадцатого века, представляет собой положительную реакцию на вызов Нового времени и попытку развить проект секулярного Просвещения в новой религиозной редакции. Современным исследователям религии, на мой взгляд, стоит обратить пристальное внимание на это религиозное движение, поскольку, согласно моей теории, именно ему предстоит большое будущее .


1. Диссертация, которую я в 1997 году защитил в филадельфийском универ-ситете Темпл, по-русски называлась «Религиозно-философская концепция Софии: ее генеалогия и эволюция в русской мысли девятнадцатого и двадцатого столетия». Впоследствии она была опубликована как монография под названием Sophiology in Russian Orthodoxy: Solov’ev, Bulgakov, Losskii, Berdiaev (The Edwin Mellen Press, 2006).
2.Вот некоторые из этих статей: “Organic Development of Religion: A Response to Konstantin Leont’ev,” Newsletter of the SSRRT, vol. I, n. 1, Spring 1995, pp. 20-21; “Russian Orthodoxy: Renewal or Revival?,” Journal of Ecumenical Studies, vol. XXXIII, n. 1, Winter 1996, pp. 36-43, and Journal of the CAREE, vol. XVI, no. 3, 1996, pp. 27-34; “Проект просвещения: заметки об американской национальной идее”, Труды членов российского философского общества, том 1, 2001, с. 106-115. Перепечатана в журнале Побережье, 11 (2002), с. 244-247; “Религия и демократия: размышление о соотношении веры и народовластия”, Страницы, 11:4, 2006., с. 530-545.
3.Проект Просвещения: религия, философия, искусство, сборник статей, Москва: РФО, 2004, 167 с.
4. В моих статьях я пытаюсь провести сравнительный анализ идеологии Про-свещения и учения веры бахаи. По проекту Просвещения см., например, мою статью “The Enlightenment as a Systemic Crisis of Christianity: Towards a Theory of Religious Cycles,” в сборнике The Project of the Enlightenment: Essays on Religion, Philosophy and Art, Moscow: Russian Philosophical Society, 2004, pp. 196-208; см. также мою статью “Bahá’u’lláh and Marx: A Comparison of the Teachings and the Movements They Founded,” опубликованную в журнале Symposion: A Journal of Russian Thought, Vol. 14 (2009), pp. 19-31, в которой я сравниваю учение веры бахаи с марксизмом-ленинизмом.


Другие статьи автора: Сергеев Михаил

Архив журнала
№4, 2014№1, 2014№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011
Поддержите нас
Журналы клуба