Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Фома » №11, 2015

Дмитрий Володихин
«Ночь особенно темна перед рассветом...»
Просмотров: 630

Журнал Фома.

VolodihinDНедавно в большой прокат вышел фильм Софьи Горленко «Атлантида Русского Севера». Фильм жуткий, и, в то же время, поразительно красивый. Зрители в зале кинотеатра, взрослые люди (а детям такие вещи смотреть рано), рукоплескали, когда по экрану пошли титры. Некоторые вытирали слезы. Откуда такой эффект? Наша эпоха на сопереживание скупа…

Всё дело в подчеркнутой, концентрированной ставке, сделанной режиссером на откровенность киноповествования. Фильм получился не просто документальный, а… какой-то сверхдокументальный, будто его создатели задались целью сотворить для исследователей будущего максимально достоверный источник по истории нашего времени.

Всякий народ, создавший высокую культуру, имеет некое тайное пристрастие к какому-то одному достоинству художественного произведения. Оно для большинства читателей становится определяющим. Иные достоинства могут радовать, восхищать, притягивать внимание, но по своему значению именно это одно, и никакое другое, в подавляющем большинстве случаев главенствует. Притом никто никогда не напишет в учебнике и, тем более, не впишет в манифест художественного объединения такой вот, негласный, приоритет. Все всё знают, но чрезвычайно редко озвучивают своё понимание. А зачем? Кому надо, тот и без того с молоком матери впитал понимание сути дела…

Фото www.atlantidafilm.ru

Фото www.atlantidafilm.ru

В русской культуре то ставится высоко, о чем можно сказать: «Вот – правда!» Именно правда, а не что-нибудь иное ценится выше всего. Выше живости ума, выше философических свойств интеллекта, выше технической изощренности, выше богатства идеями, да выше чего угодно. Есть правда, и многое прощается. Вот почему в русской культуре – литературе, живописи, кино, театре — так высоко ценят реализм. Вот почему внимание к мелочам и стремление к «аутентичности» всегда окупается благодарным вниманием аудитории.

А в фильме Софьи Горленко нет ничего «игрового», ничего сверх реализма повседневности. Нет даже голоса за кадром. Нет интервьюера, задающего вопросы свидетелям современности. Просто жители Русского Севера рассказывают о себе. Страшно – так пусть будет страшно, печально – так пусть будет печально, остроумно, коряво, нелепо, глубоко – всё подано в виде правды факта. А правда факта подана так, что между нею и какими-то высокими, заоблачными истинами никакого зазора нет.

Вот собрали деревенских старушек, чтобы они спели на камеру старинные народные песни. Старушки принарядились, а мужик гармонист говорит им: «Простите, не могу я вам играть. У меня друг сегодня умер, я не могу, вы уж сами как-то». Потоптался и ушел. Две-три самые заводные бабушки попытались было завести концерт без музыки, а остальные расходятся. Смутились. Ну, тогда и эти разошлись: хоть и приехали из большого города киношники в их глушь, а неудобно, очень неудобно петь рядом с чужим горем. Как тут петь? Ой, зря нарядились-то.

Что рассказывают северяне – старики и молодые? А о горестях своих рассказывают со спокойным достоинством. Бедно живут люди, очень многие уехали в города, повсеместно угроблено хозяйство, полным-полно мёртвых деревень. Прекрасные деревянные храмы год от года ветшают гибнут. И камера показывает: да, вот крепкий старый дом, очень большой: тут лет восемьдесят назад вековала зажиточная крестьянская семья, полно скотины у нее было, речка рядом, в лесу – промысловый зверь, грибы и ягоды. Ныне лес повырублен, зверь повыбит, скотины давно нет, а по пустующему дому бродят в поисках старинных вещей музейщики. Но чаще, конечно, не музейщики, а простые мародёры: очень выгодное дело – вытаскивать из заброшенных домов старинную утварь, а потом везти ее в магазины антиквариата. Туристы хорошо платят…

И всё это на фоне лесистых холмов, цветущих лугов, прекрасных озер, чьи оловянные простыни, кажется, от изначалья девственны… Какая красота!

И какая нищета…

Камера: вот живая деревня… огни, дымы, коровы, жизнь… а вот мёртвая… беззубые провалы окон… бреши в стенах… обрушившееся крылечко… еще мертвая… еще, еще, еще и еще…

Уже звучат слова о нашей деревне как о чем-то прошедшем: «Те, кто живет сейчас в деревне, прикасаются к сокрытой атлантиде русской, ко граду Китежу». Откуда доносится голос? Да оттуда же, из-под темных вод Севера.

Но тут и там есть островки восстановления. А может быть, даже не восстановления, а совершенно новой жизни, которая не дает себе забыть о жизни старой, утонувшей во времени. Кряжист русский мужик, вытягивает на себе даже то, что, кажется, вытянуть невозможно. Хочет помощи от государства, не больно-то государство ему помогает, государство где-то вдали, тает государство в туманной дымке, но если уж хотя бы не мешает, то он один, на себе, вытягивает неподъемный воз.

Приехали в деревню молодые образованные люди из города. Уперлись рогом и не уезжают. Чувствуют ее как «своё». Чувствуют, что здесь легче им выстроить вокруг себя ту вселенную, какую им надобно: в мегаполисной суете не выходит, стачиваются люди в крошку, а радости не имеют. Здесь – другое дело. Молодой музыкант говорит на камеру: «Как бы приучить людей к чувству хозяина на своей земле». Говорит он о подленьком психологическом давлении масс медиа. Всякий экран требует: «Будь успешным человеком!» А какой может быть успешный человек в деревне, среди лесов, с нищим житьём на коровьем навозе? Но живется-то здесь хорошо, славно, и, значит, надо спокойно самому себе сказать: «По тамошним меркам, я неуспешный человек… Да и ладно». И жить дальше, и хозяйствовать в своем доме.

Какие-то храмы гибнут безвозвратно – от гнилья, от пожаров, от запустения. А какие-то живут. Место на место не приходится, везде это зависит от воли местных жителей.

Кое-где и церкви восстанавливаются, и хозяйствишко ведется вопреки всеобщему разору. Не сдаются местные, не удовлетворяются жизнью в ландшафте экономических руин.

Фото www.atlantidafilm.ru

Фото www.atlantidafilm.ru

Камера: храм полуразобранный, бывший сельский клуб, где танцульки бывали при Леониде Ильиче… Люди жалуются: «Ни денег нет, ни рабочих рук, как его в порядок-то привести»… копошатся у храма, потихоньку делают какую-то маленькую работку… тут мусор убрали… тут подтесали что-то… И вот стоит храм в полном порядке, с новой главкой… Чудо?

Один из плотников размышляет: «Храмы как блокпосты на нашей земле. Пока они стоят, и земля наша, и мы сами существуем. Если их не будет, не станет и нас. Мы будем свободны, ничто нас не удержит на земле. Как говорится, освободите территорию!» Внук священника, протоиерея, погубленного в годы репрессий против духовенства, говорит своей матери, помянувшей о тяготах в жизни простого сельского иерея: «Мы должны продолжить путь дедушки».

Сквозь темноту, из-под глыб, снизу, кажется, с самого дна, доносятся голоса, чуждые уныния: «Есть надежда: ночь особенно темна перед самым рассветом». И – про ту же клятую «атлантиду», но совсем в другом тоне: «Рано еще говорить, русская деревня погибла, что это затонувшая атлантида».

Слава Богу! Есть люди, которые никуда не уедут, а останутся, каждый на своем месте, хребтом земли своей. Значит, дело русское — не пропащее. Значит, «еще побредём!»

Один крепенький северянин в самом конце фильма говорит: «Мне шестьдесят лет, а моему сыну один год. Я рискую. Но не надо так думать: доживу или не доживу… Если ты чувствуешь в себе потенциал, не скули, действуй!».

Может создаться впечатление, что автор этих строк восхищается фильмом как прекрасным этнографическим полотном современной русской жизни в деревне. Нет, ничего подобного. Я не снаружи, я внутри. Я не в деревне живу, а в городе, но я с теми, о ком повествует «Антлантида Русского Севера». Это ведь мой народ, мои единоплеменники и единоверцы. Их боль – моя боль, их надежда — моя надежда, их молитвы – мои молитвы. Я хочу, чтобы они жили лучше.

А потому закончу тем, что народ мой так любит, скажу Софье Горленко со товарищи: «Вот, правда». И за правду – низкий вам поклон.

На анонсе кадр из фильма «Атлантида Русского Севера». Источник сайт фильма



Другие статьи автора: Володихин Дмитрий

Архив журнала
№3, 2019№4, 2019ф№5, 2019№2, 2019№1, 2019№12, 2018№11, 2018№10, 2018№9, 2018№8, 2018№7, 2018№6, 2018№5, 2018№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№12, 2017№11, 2017№10, 2017№9, 2017№8, 2017№7, 2017№6, 2017№5, 2017№4, 2017№3, 2017№2, 2017№1, 2017№12, 2016№11, 2016№10, 2016№9, 2016№7, 2016№8, 2016№6, 2016№5, 2016№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№12, 2015№11, 2015№10, 2015№9, 2015№8, 2015№7, 2015№6, 2015№5, 2015№4, 2015№3, 2015№2, 2015№1, 2015спецвыпуск "Герои"№12, 2014№11, 2014№10, 2014№9, 2014№8, 2014№7, 2014№6, 2014№5, 2014№4, 2014№3, 2014№2, 2014№1, 2014№12, 2013№11, 2013№10, 2013№9, 2013№8, 2013№7, 2013№6, 2013№5, 2013№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013 №12, 2012№11, 2012№10, 2012№9, 2012№8, 2012№7, 2012№6, 2012№5, 2012№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№12, 2011№11, 2011№10, 2011№9, 2011№8, 2011№7, 2011№6, 2011№5, 2011№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№12, 2010№11, 2010Спецвыпуск "Год учителя" 2010№10, 2010№9, 2010№8, 2010№7, 2010№6, 2010№5, 2010№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№12, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№5, 2009№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№7, 2007 №5, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба