Какие причины порождают сегодня одну за другой волны негативных слухов о Церкви? Почему одни люди эти слухи создают, а другие им верят? Об этом мы поговорили с сотрудником Российского агентства международной информации «РИА Новости», главным редактором интернет-журнала «RussiaProfile.org» Андреем Золотовым.

Четвертая власть

— Андрей Андреевич, согласитесь, достаточно проанализировать ситуацию в СМИ и в Интернете, чтобы заметить, как сильно вырос поток негатива о Церкви в последние годы и как много в нем стало непроверенных слухов. Как Вы считаете, с чем это связано?

— Я думаю, тому есть целый ряд причин. Здесь и вина журналистов, и состояние современного общества, и само поведение некоторых церковных людей, которое тоже далеко не всегда идеально. Думаю, все эти проблемы сказываются в равной степени и каждую из них нужно рассматривать отдельно.

— Давайте тогда начнем с журналистов. Почему именно они — главный катализатор слухов в информационном пространстве?

— Потому что не стоит переоценивать наших коллег. Каждый год на первое апреля газеты в шутку печатают материалы-розыгрыши. И каждый год некоторые их коллеги перепечатывают эти материалы, но уже на полном серьезе. Есть и другие примеры. Могу сказать по своему опыту — не раз бывало так, что одной неточности в цитате хватало, чтобы журналисты породили очередную «сенсацию», и эта неточность обрастала ложью, как снежный ком. Плюс к тому, всегда будет некоторое количество журналистов, которые пропускают ту или иную некорректную информацию сознательно, исходя из каких-то своих целей:  для поддержки политических настроений или просто ради рейтинга своего издания. Это, конечно, очень плохо, но это, опять же, факт, от которого никуда не деться, также как от милицейской коррупции.
В случае с религиозной жизнью страны все это осложняется еще и тем, что до сих пор в прессе не сформировалось должного числа профессионалов, регулярно  и неангажированно пишущих на эту тему. Вот, скажем, крупная газета в статье о том, что Патриарх высказался относительно миссии духовенства в Интернете, добавляет, что он и сам ведет блог. Это не так, и люди компетентные знают, что никакого блога у Патриарха нет. Есть только подделки-«двойники», один из которых, видимо, и был принят журналистом за настоящий. Но, теоретически, мог ли бы в сегодняшней ситуации у Патриарха быть свой блог? Вполне мог бы. Вот и пропускают редакторы такую «правдоподобную» информацию — они не могут все знать, но им некогда или неохота проверять, и в результате ложная информация начинает копироваться и обрастать новыми «подробностями». Хочу подчеркнуть: я не знаю, как было на самом деле, а лишь моделирую возможное развитие событий, исходя из журналистской рутины.
Ну а в другой газете печатают новость о том, что в Уголовном кодексе вот-вот появится статья «Ересь». Глупость? Конечно. Но глупость неслучайная, учитывая последние судебные процессы и готовность правоохранителей и политиков встать на защиту Православия, как они его понимают. Поэтому тоже выглядит «правдоподобно».
Будем откровенны: все это возникает не на пустом месте. Люди Церкви сами создают подчас атмосферу, подходящую для подобных слухов. Одно неверное слово какого-нибудь священника — и готово. А дальше уже включается непрофессионализм или недобросовестность журналистов, которые пишут, что-то где-то услышав, не проверив информацию или посчитав, что тот или иной слух хорошо укладывается в их собственное мировоззрение или политическую повестку дня.

— Опасный вопрос, за который нас, наверное, проклянут в Интернете — не кажется ли Вам, что так называемая «гражданская журналистика» еще больше усиливает этот процесс? Ведь блогеры в принципе не утруждают себя проверять слухи.

— Думаю, что блогосфера с ее привычкой верить всему на слово без проверки фактов служит серьезным катализатором слухов, но не хотел бы углубляться в эту тему: иначе получится «разговор в пользу бедных» о том, как плохо, что блоги у нас такие, какие они есть. Блоги — это реальность, от которой никуда не деться. Порой это приносит отрицательные плоды.
Ну и, конечно, тот факт, что профессиональная журналистика о религии у нас не успела пройти стадию становления до того, как расцвела журналистика любительская, — серьезно усиливает проблему.

— Будем откровенны, непрофессионализм проявляется и с церковной стороны…

— Да, и это тоже проблема, о которой нельзя молчать. Во-первых, представители Церкви нередко косвенно подтверждают слухи своими собственными действиями. А во-вторых, Церковь сегодня еще только учится работать с прессой, и процесс этот непростой.
Весьма распространена в церковных кругах, к сожалению, и тенденция винить во всех бедах внешних «врагов Православия».
Достаточно сказать, что церковная жизнь на практике гораздо более свободна, чем кажется со стороны. В ней также больше свободы, чем, скажем, в некоторых компаниях, где резко ограниченное число должностных лиц имеют право транслировать те или иные сообщения вовне, а с утечками или «диссидентами» успешно борются. Любой священник в любой момент может начать говорить «от себя», а это воспримут как официальную церковную позицию. Священнику нельзя затыкать рот, но отличать личную позицию от соборной церковной позиции полезно было бы и ему самому, и тем, кто его слова интерпретирует. А порой бывает наоборот — журналисты ждут, когда церковная позиция будет озвучена, но ее нет.
Вот пример. Недавно я решил написать об одном монастыре. Обратился к настоятелю, и мне дали такой ответ: обитель в пиаре не нуждается, так что как с журналистом со мной говорить не будут. Как с христианином — пожалуйста.
Такую позицию можно понять и даже уважать, однако нужно понимать и то, что она подчас сильно вредит Церкви. Те, кто распространяет слухи и дезинформацию, не столь молчаливы и замкнуты.

Благодатная почва

— Но слухи и ложь о Церкви не просто создаются кем-то. Они еще и принимаются на веру обществом. Почему? Выходит, люди боятся Церкви и не доверяют ей.

— Совершенно очевидно, что Церковь в публичном пространстве за прошедшие двадцать лет, и особенно в последние годы, стала значительно сильнее и активнее. А это не может не сказаться на отношении к ней.
Если вспомнить конец 80-х и начало 90-х, то тогда Церковь пользовалась в глазах граждан и журналистов «режимом наибольшего благоприятствования», но эта ситуация была в принципе нетипичной. Взгляните на мировой опыт: пресса на Западе настроена в отношении традиционных религий более чем скептически, не прощает Церкви ни одной ошибки. Достаточно посмотреть на педофильские скандалы в Католической Церкви, которые не вчера возникли, а происходят время от времени с удивительной регулярностью. У нас же на волне перестройки даже либеральная печать поддерживала и защищала Церковь, ведь свобода вероисповедания была важным элементом либеральной повестки дня, а главным противником Церкви являлась все та же советская система. Плюс к тому, Церковь была слаба, сильно разрушена годами преследований, и от этого вызывала только еще больше симпатии.
Но постепенно тот пафос защиты веры прошел, а Церковь, напротив, стала по мере своего возрождения занимать все более твердые позиции, все активнее действовать в общественном поле. Действие же всегда рождает противодействие, и логично, что Церковь столкнулась с ним.
Не следует сбрасывать со счетов и то, что Советский Союз был государством официального атеизма, и те атеисты никуда не делись. Глупо утверждать, что все они поголовно превратились в глубоко воцерковленных или хотя бы лояльных к Православию людей. Глупо утверждать и то, что насажденные советской идеологией стереотипы о религии тоже все куда-то вмиг испарились. Настроенных антирелигиозно и антиклерикально граждан в нашей стране достаточно много, чтобы их реакция на укрепление позиций Церкви стала заметна всем.

— Это, видимо, должно усиливаться еще и тем, что нам, людям постсоветским, не очень понятно, какой должна быть роль Церкви в обществе. И даже когда речь идет о вещах вполне принятых в западных либеральных странах (скажем, те же судебные преследования за оскорбление верующих), нам кажется, что речь идет о каком-то невероятном засилии клерикализма, никак не совместимом с демократией и свободой.

— Это действительно так. Наш российский секуляризм зачастую очень воинствующий. Для него Церковь может существовать лишь в тех рамках, которые ей очертила советская система: то есть совершать службы в отведенных для этого местах и не показывать носа за храмовую ограду. И вообще это удел стариков и невежд. Поэтому сегодня любая попытка Церкви говорить на общественно значимые темы и даже просто публично проповедовать свою веру сталкивается с противодействием тех, кто видит в этом покушение на светские основы государства.
Все усложняется еще и слабостью нашего гражданского общества: у Церкви на самом деле нет «конкурентов» в общественном поле. Только это не потому, что она сильна, а потому, что авторитетных и в то же время независимых от государства структур у нас почти нет. Назовите мне хотя бы один общественный институт в нашей стране, который был бы сопоставим с Православной Церковью? Получается, что дело не только в росте церковного влияния, но и в том, что наше гражданское общество столь слабо развито, что на его фоне церковная активность кажется в разы больше, чем она есть на самом деле. Создается ощущение, что «Церковь все под себя подмяла», «монополизировала» общественную жизнь. А на самом деле ей и подминать-то нечего.

— Но ведь возмущенные Церковью люди в блогах — это не только антиклерикалы и атеисты.

— Нет, не только. Есть и значительное число самих церковных людей, недостаточно образованных или слишком ревностных, которые постоянно ищут «внутренних врагов», стоят «на страже устоев». Вот яркий пример: слух о якобы «сатанинском» мощевике в Тверской епархии, возникший, по всей видимости, из-за незнания церковными людьми православной иконографии. И ведь люди подают в суд на архиерея, считая его менее православным, чем они сами. При этом они понятия не имеют, что пальцы этого мощевика в форме руки сложены древним христианским знаком, символизирующим Святую Троицу, а не «сатанинской козой», как его окрестили ревнители благочестия.
Одной из особенностей постсоветского общества является низкая культура дискуссии, поиск «врагов», представление о том, что кто, дескать, со мной полностью — именно полностью! — не согласен, тот против меня, тот враг. В такой ситуации, Интернет с его кажущейся анонимностью лишь способствует радикализации. Думаю, на сегодняшний день «антиклерикалы» и «ревнители чистоты Православия» гораздо более активны в сети, чем обычные верующие, да и неверующие тоже.

— То есть радикалы есть с обеих сторон. А что же агностики, которым церковная тематика в принципе не интересна? Не служит ли «плохая Церковь» для них неким средством защиты? Мол, все попы плохие — поэтому я в храм и не хожу, а Бог у меня в душе.

— Думаю, что и это есть. Но такие люди образуют, скорее, благодатную почву, а не являются основным генератором слухов. На самом деле, главных разносчиков ложной информации не так уж и много, просто они гораздо активнее других, способны писать сотни комментариев в блогах в день, тратить уйму времени. От этого и создается впечатление, что таких — большинство. Мне думается, речь идет о крайне пассионарной, но не слишком большой группе.
Да, и в то же время огромные массы людей соприкасаются с Церковью лишь в Интернете, в жизни же они и священников толком не видят. Поэтому они с удовольствием воспринимают любую негативную информацию о Церкви как подтверждение того, почему они в храм не ходят.

— И эти люди ничего Церкви не прощают. Если икона гибнет от халатности музейщиков — об этом если и скажут, то тут же забудут. А икона, загубленная в храме, — повод для обсуждений на целые месяцы. Почему?

— Парадокс в том, что это связано как раз с позитивными ожиданиями в отношении Церкви. От священника ждут, что он будет в принципе лучше, чем, скажем, милиционер. И потому все его благие дела (какие бы подвиги он ни совершил) воспринимаются как должное — их просто не замечают, они как бы составляют нормальный фон жизни. Зато любой негативный поступок, пусть даже самый незначительный, мгновенно ставится Церкви на вид.

— Одна моя знакомая сказала: «Ничего я о Церкви не знаю, но в новостях каждый день то там поп кого-то ограбил, то тут кого-то зарезал».

— Именно. К слову, это не только церковная проблема. Даже такой негативно воспринимаемый людьми институт, как уже упомянутая выше милиция, страдает от тех же проблем. Милиционер прыгнул в ледяную воду и, рискуя жизнью, спас ребенка — об этом если и сообщат, то где-нибудь в последнем ряду, никто и не заметит. Зато майор Евсюков всегда будет главной новостью, и от этого создается впечатление, что милиция — это сплошные евсюковы. На самом деле их больше, чем хотелось бы, но ведь не все же!
Вот сегодня по радио был разговор о московской жаре, ведущий рассказывал, как видел женщину, которой стало плохо в метро, ее выводили на улицу, как он выразился, «дежурная по станции и добрый мент». Собственно, что этот сотрудник сделал? Выполнил свой долг, ничем себя не запятнал. А о нем уже заранее говорят с некоей негативно-ироничной интонацией. Мол, редкое исключение, да и то неизвестно, какой он на самом деле.

Вера всуе

— У нас получился разговор о Церкви в политике и общественной жизни, однако, как мне кажется, слухи о клерикализации, судьбе икон и прочем — отнюдь не самые главные в нашей стране. Основная неправда о Церкви и Православии — это утверждение о том, что вернуть супруга от любовницы  или «навести порчу» бабушки-ворожеи могут «без греха». Об этом газеты со стотысячными тиражами пишут ежедневно…

— По-моему, самая фундаментальная трансформация, которая происходит сегодня в Русской Православной Церкви, — это ее превращение из аграрной в городскую. Процесс этот идет еще со времен урбанизации конца XIX века, но до сих пор не завершился. Отношение к Церкви у нас до сих пор подчас  на уровне суеверий и примет: «встретить попа не к добру», а снег на Покров позволяет узнать, какой будет зима.
Мы живем уже в совсем другом, информационном, обществе, но наши медиа, от газет до центральных телеканалов, продолжают потчевать нас приметами и стереотипами о церковной жизни. И логично, ведь спрос рождает предложение. Да, это специфические издания: «народные» газеты или утренние эфиры телеканалов и радиостанций, однако процесс не прекращается.
И, как мне кажется, переступить через эти суеверные, полуязыческие представления о христианстве, живущие во многих из нас, будет гораздо сложнее, чем разрешить сиюминутную общественно-политическую ситуацию. Формирование «цивилизованного» отношения к Церкви займет еще очень много времени.

Андрей Золотов
Родился в 1968 году. Закончил факультет журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова. Работал помощником корреспондента в московском бюро газеты «Christian Science Monitor» (США). С 1995 года — московский корреспондент агентства «Ecumenical News International» (Женева), с 1997 года — штатный корреспондент московской англоязычной газеты «The Moscow Times». С 2003 года работает в «РИА Новости», где в 2004 году создал и с тех пор возглавляет аналитический англоязычный журнал и сайт «Russia Profile.org». C 2009 года является также заместителем руководителя Редакции иновещания «РИА Новости».


Пять наиболее громких слухов о Церкви за последний год

1–е место:*

< Ересь отныне — уголовное преступление >

Слух:
В ближайшее время в Уголовном кодексе Российской Федерации появится новая статья — «Ересь». Об этом 8 июля 2010 года сообщил замглавы Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. По его словам, сейчас этот термин будет означать «любые формы противодействия Православию». Сообщение было перепечатано рядом интернет-СМИ, в частности, появилось на сайте газеты «Аргументы и факты. Самара». Вслед за этим последовали сотни комментариев возмущенных пользователей сети, утверждавших, что «все давно к этому шло» и другого поворота событий не следовало и ожидать. Некоторые заявили, что если поправка в УК РФ будет принята, они покинут страну. Прозвучали также призывы к насилию в отношении духовенства и погрому православных храмов.

На самом деле:
Cообщение, породившее волну слухов, было изначально опубликовано юмористическим сайтом smixer.ru, специализирующимся на пародировании новостей. Конкретно эту информацию предваряют, к примеру, «новости» о том, что Васильевский остров откололся от Петербурга и теперь дрейфует в сторону Финляндии, а также о том, что из Московского зоопарка сбежал содержавшийся там человек. Следом за сообщением об уголовной ответственности за ересь сайт информирует о том, что осьминог-оракул Пауль из океанариума города Оберхаузен назвал будущим чемпионом мира по футболу премьер-министра России Владимира Путина.
Кстати, к моменту публикации прошло около полутора лет с тех пор, как протоиерей Всеволод Чаплин покинул должность заместителя председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата.


*Комментарий:

Протоиерей Всеволод Чаплин, председатель Синодального отдела Московского Патриархата по взаимоотношениям Церкви и общества:

Я за двадцать пять лет работы в Синодальных учреждениях с такого рода ложью сталкивался бессчетное количество раз. С одной стороны, уже привык и давно возмущаться перестал. С другой — привыкать к такого рода вещам общество не должно.
Нельзя не заметить, что сейчас российская журналистика стала более цивилизованной: уже почти нет тех хамских антицерковных выпадов, которые появлялись на страницах крупных СМИ в начале девяностых, когда абсолютную ложь выдавали за позицию Церкви или реалии ее жизни. Потом на основе этой лжи на страницах газет писали политические доносы. Сегодня, если не говорить о блогосфере, все средства массовой информации, включая электронные, ведут себя более корректно. Наверное, наступило понимание того, что время наглой лжи и хамства прошло.
Почему люди верят слухам? Есть те, кто вполне готов поверить заголовку «Пес Пугачевой — отец Киркорова». И на таких людей скандальная ложь о Церкви чаще всего и рассчитана. Увы, как правило, расчет оказывается точным. Есть и те, кто настолько ослеплен и озлоблен против Церкви, что может поверить и в то, что православные фанатики запустили в космос ракету, окропляющую планету святой водой и таким образом нарушающую религиозную свободу антарктических пингвинов. С этой категорией людей, наверное, тоже ничего не сделаешь: они будут принимать всерьез любую чушь и с ее помощью с пеной у рта доказывать свою антицерковную «правоту».


2–е место:

< Икона для миллионеров >

Слух:
В ноябре 2009 года Торопецкую икону Божией Матери, хранившуюся в Русском музее Санкт-Петербурга, передали по личной просьбе Патриарха в храм на территории закрытого элитного подмосковного поселка «Княжье озеро». При этом были нарушены все нормы хранения, икона была повреждена и сейчас находится на краю гибели, так что теперь рядовым гражданам увидеть ее уже не придется. Помимо широкого обсуждения в Интернете, сообщение было передано различными СМИ.

На самом деле:
Храм святого благоверного князя Александра Невского расположен рядом с поселком «Княжье озеро», а вовсе не на его территории, и доступ в храм имеет любой желающий. Как сообщили в Русском музее, за два с половиной месяца икону в этом храме увидели около 30 тысяч человек. При этом все условия хранения святыни были соблюдены. Благодаря специальному киоту стоимостью около трехсот тысяч долларов, приобретенному меценатом Сергеем Шмаковым, стало возможно не только выставить икону в качестве экспоната, но и организовать непрерывное наблюдение специалистов за ее состоянием.
Комиссия, в составе которой, в частности, были представители Русского музея, Третьяковской галереи и Центра имени Грабаря, установила, что транспортировка и пребывание иконы в храме никаких повреждений и опасных изменений не повлекли. В частности, во время августовской аномальной жары температура внутри киота поддерживалась на уровне 20 градусов, что соответствует норме хранения предметов старины.


3–е место:

< Церковники отбирают у крестьян колодец >

Слух:
С начала лета 2010 года Псковская епархия пытается получить в собственность единственный колодец в деревне Жуки Псковской области — видимо, для того чтобы наладить выпуск бутилированной воды. Для этих целей местный священник, а также представители расположенного рядом Святогорского монастыря вместе с чиновниками начали описывать землю. Сельский сход выступил против этой инициативы, однако священники прокляли местных жителей, а затем продолжили осуществлять непонятные действия, видимо, для того чтобы переписать на себя все деревенские земли. Сообщение изначально появилось в блогосфере, а затем было перепечатано рядом интернет-изданий, что вызвало традиционную волну возмущенных комментариев.

На самом деле:
Даже если очень этого захотеть, оформить в собственность колодец в принципе невозможно — не позволяет «Водный кодекс» Российской Федерации. Что же касается конкретно ситуации в деревне Жуки, то все началось с попытки местного священника Михаила Иванова официально оформить построенную чуть ранее без разрешения соответствующих органов (и, кстати, без благословения Церкви) деревенскую часовню. Вынеся этот вопрос на обсуждение схода, священник также предложил местным жителям одновременно урегулировать правовой статус и других незарегестрированных объектов, а также благоустроить деревенский колодец. Однако жители побоялись этого предложения, и сельский сход его не одобрил, постановив ограничиться решением вопроса с часовней.
Потом одна из местных жительниц, по некоторым сведениям, крупная деревенская землевладелица, начала активно выступать с комментариями по сложившейся ситуации. В частности, в одной из местных газет, а затем в Интернете она сообщила, что не верит представителям Церкви, которые, скорее всего, «что-то задумали». Далее в сеть попали ходившие по деревне слухи о том, что «попы отбирают все» и «грозятся подвергнуть всех проклятью», хотя такая процедура в каноническом праве отсутствует в принципе. Через несколько дней в блогосфере уже обсуждали «рейдерский наезд» со стороны местной епархии.


4–е место:

< Верующих заставляют поклоняться мощевику в форме «сатанинского благословения» >

Слух:
С 29 мая по 18 июня в Тверской области состоялся Волжский крестный ход. Верующим для поклонения был представлен мощевик в форме руки, сложенной «рокерской козой», что является знаком благословения у сатанистов. Помимо ехидных замечаний — мол, Церковь заигрывает с молодежью — отдельная волна возмущения поднялась в среде консервативно настроенных верующих. Сообщалось, что это кощунство — еще одно доказательство принадлежности церковного священноначалия к тайной секте сатанистов. Группа возмущенных граждан подала заявление в прокуратуру на главу Тверской епархии архиепископа Виктора.
Были также упомянуты иудейские «звезды Давида», тайно установленные в новых храмах, в частности, под потолком восстановленного храма Христа Спасителя, о чем свидетельствует ряд фотографий.

На самом деле:
Этот древний жест гораздо старше хэви-металла и встречается на самых ранних православных иконах, будучи одной из форм троеперстия, то есть знака, символизирующего Святую Троицу. Более того, по одной из версий, как раз американские рокеры первой волны переняли его у местных христиан, а вовсе не наоборот. Что касается ветхозаветного символа — звезды Давида, то он регулярно использовался в православном храмостроительстве, о чем свидетельствуют памятники архитектуры прошлых веков.
История лишний раз показала одну из ярких проблем современной религиозной жизни России, когда число людей, причисляющих себя к Православию, и людей, реально знакомых с его традициями, значительно разнится.


5–е место:

< Патриарх Кирилл переименовывает улицы в Киеве >

Слух:
В июне 2010 года Патриарх Московский и всея Руси Кирилл напрямую вмешался во внутренние дела Украины, потребовав переименовать улицу, на которой располагается Киево-Печерская Лавра. По требованию Патриарха улица имени Мазепы должна была стать «Лаврской». Об этом на заседании Киевского совета заявил заместитель главы городской администрации Виталий Журавский. Решением городских властей часть улицы была переименована. Сообщение вызвало возмущение в украинских СМИ, представители целого ряда партий считают это еще одним доказательством того, что представитель «иностранной Церкви», лоббирующий интересы Москвы, вмешивается во внутренние дела Украины.

На самом деле:
Виталий Журавский действительно заявил о просьбе, якобы поступившей со стороны Патриарха Кирилла. Однако официальные представители Русской Православной Церкви сообщили, что никаких обращений на эту тему со стороны Патриарха не поступало. Какого-либо документального свидетельства, подтверждающего слова Виталия Журавского, также предоставлено не было.
При этом ряд украинских священников действительно высказывали предложение о переименовании: называть улицу, идущую вдоль древнейшего монастыря страны, в честь гетмана Мазепы как минимум странно, ведь он за нарушение церковной клятвы был отлучен от Церкви. Обращение украинских священников никак нельзя назвать вмешательством московского духовенства во внутренние дела Украины. И уж тем более, невозможно говорить о давлении Патриарха на власти независимого государства.
Кроме того, с точки зрения признанных всем мировым Православием канонов, Патриарх Московский не является главой исключительно Церкви Российской Федерации. Возглавляемая им Поместная Церковь объединяет  православные общины в различных странах: в Украине, Белоруссии, России, Казахстане и даже в Японии.