Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Плавучий мост » №3, 2018

Гюнтер Бруно Фукс
Поэт-¬бродяга

Стихи Гюнтера Бруно Фукса довольно редко включаются в антологии немецкой поэзии. Но и сегодня он читаем и любим. Его называли поэтом бездомных. Не случайно один из его сборников стихотворений так и называется: «Pennergesang» («Песня бродяги»). Он прожил всего 48 лет. Поэт, писатель, график. Автор многих книг для детей, украшенных собственными рисунками. В 16-летнем возрасте попал на фронт – в качестве помошника в команде зенитного расчёта (один раз участвовал в бою). После окончания войны полгода находился в концентрационном лагере для военнопленных в Бельгии. Там ему исполнилось 17 лет. Учился на столяра. Затем – работа, позже – учёба в институте изобразительных искусств, обучение в школе графики. Жил в восточном Берлине, учился в западном. Короткое время работал в школе учителем рисования. Но был уволен (хорошо обошлось!) за то, что повесил портрет Сталина не в классе, как было велено, а на входную дверь со стороны коридора.
Он привык жить нерегулярными, нужно сказать, довольно скудными заработками. Как литератор – на гонорары от литературных выступлений, как график – от оформительских работ. Дважды женат и разведён, большей частью жил у своей матери. Был человеком крупным, с объёмным животом, не любившим себе отказывать, в первую очередь, в приёме пива и алкоголя. Кажется, это о нём сказано: он много ел и много пил. Однажды после чтений в одном литературном келлере, он заказал 15 жаренных сосисок. Обслуживавшей его хозяйке заявил: Я съем их исключительно из уважения к вашему эксцелентному кулинарному искусству. И съел все 15. Естественно, потому что был голоден. Но самое главное: он был поэтом. Поэтом-романтиком. Поэтом, для которого хаос этой жизни, её неурядицы стали предметом поэзии. Он ушёл на войну ребёнком и до конца жизни оставался им. Может именно потому, что бесконечно любил её. Даже если она его не щадила.

 

Вероятно, он жил именно так, как описал это в одном из своих стихотворений:

 

Распорядок дня толстого человека

Утром
он играет по найму с детьми на Буддельплатце.
Он начинает свою работу и говорит: Дорогие дети,
Этот живот не живот вовсе, а большая гора Бимбула.
Тут дети смеются, кувыркаются и кричат:
Пожалуйста, большая Гора, завтра приди опять!

В полдень
он принимает образ наших лесных собратьев.
Он барабанит по своему животу.
А иногда запрыгивает с тяжёлым сердцем
на спину какому-нибудь генералу и говорит:
Если ты перепутаешь мой живот с барабаном,
то это твоя жалкая правда! Этот живот
именно большая гора Бимбула,
красоту которой тебе никогда не постичь.

Вечером
он становится очень печален.
Он садится под звёздами
и пьёт десять литров небесного пива.
Иные слышат его поющим –
он поёт однотонно,
так однотонно, что в это никто б не поверил:
Матерь, ах матерь, мне голодно!

 

В нескольких строках он передаёт ощущение вселенского хаоса:

 

* * *
Властитель
бросил
последний взгляд
на нас. Теперь

он мыкается
в совершенной темноте.

В его поэзии предметы неодушевлённые оживают самым естественным образом:

 

Восточный порт

Кран
влюбился в ночную
долину. Своей единственною
устремлённою вдаль
рукой
он стирает
морщины
с горизонта возлюбленной.

 

Изумительны его Истории. Он бродяжничает (именно!) по Берлину и списывает их из жизни людей, судьбы которых не назовёшь удавшимися. Как же узнаваемы их герои!
Вот некоторые из этих историй.

 

 

История
о призрачном появлении
советника по выбору профессии.

Сразу же в первое утро он сидел на моём месте,
говорил, покачивая головой:

Слишком поздно явились, вы меня беспокоите!
У вас много дел,
но я хочу вам помочь, единовременно!
Вот здесь для вас деньги – на жизнь до получения первой
зарплаты.
Покажите себя с лучшей стороны,
не обрывайте мысль на полуслове,
давайте внятные ответы,
не спрашивайте о размерах вашего денежного довольствия,
будьте скромнее,
молодой человек,
подавите в себе себя,
БУДЬТЕ КЕМ-НИБУДЬ!

Он исчез сквозь шкаф с актами и я не посчитал нужным дальше
исследовать его сущность.

 

История
о различных точках зрения
мужа и жены.

Этот вот мой муж.
Каккаккак он качается. Я говорю
ему. Как ты качаешься, как. Что говорит он?
Мэрэрэээй!
Что это значит?

(Он опирается о стол. О край стола. Тот самый, с извечной пивной
лужей, запачканный ликёрной лужей, с утра и всю напролёт
неделю и весь год ужасно воняющий край стола).

Мой муж конечно же не коза. Я говорю ему:
Разве же ты коза?
Мэрэрэээй,
говорит он.
Что это значит?
(Я его жена – и то не знаю этого.)

 

 

История
о желающем поторговаться
и желающем продать яйца.

За это яйцо продавец продуктового магазина хочет

25 центов ,

я предлагаю ему 22 цента.

Я не позволю запутать себя аргументами продавцу продуктового магазина, утверждающему, что оно, это яйцо, ему самому обошлось в 21 цент и настаиваю твёрдо, если он не желает в моём лице потерять покупателя, на 22 центах.

Моё упрямство в ценообразовании (что, собственно, более относится к нему!) я объясняю чрезмерно тонкой скорлупой его сомнительных яиц. Я говорю ему: Если вы внимательно посмотрите, то должны заметить как тонка яичная скорлупа. И честно говоря, говорю я слегка отступив назад, покупка яиц с такой тонкой скорлупой по 25 центов за штуку – это более чем риск для покупателя.
Проще всего для него, т.е. продавца продуктового магазина: он выяснит где можно приобрести яйца с толстой скорлупой, с тем, чтобы с чистой совестью предлагать их покупателям по 25 центов за штуку.

После продолжительных усилий прийти к единому мнению, мне было предложено яйцо за 23 цента, что удовлетворило меня. (Ведь я и не настаивал в самом деле именно на моей точке зрения при его покупке.)
К сему добавлю, что с тех пор в продуктовых магазинах меня провожают подозрительным взглядом, и если заходит речь о яйцах, то продавцы продуктовых магазинов принимают это за дерзость.

 

История
из жизни большого города.

Ночью пёс пересекает улицу.
Гуляет.
Оба глаза видят.

Знаешь, что,
обращается к псу окно,
однажды ты рассказал историю
ВАУ.
В ту ночь замечательную историю.
И ты,
это я знаю,
что-то ещё сохранил для себя.

 

 

Мы уходим из этой жизни, недорасссказав всего, о чём хотели. Но разве это так уж плохо? Ведь если не кончаются наши истории, значит и жизнь продолжается.

 

Примечание:
Виталий Штемпель – поэт, переводчик, редактор. Живёт в г. Фульда.



Другие статьи автора: Бруно Фукс Гюнтер

Архив журнала
№2, 2020№1, 2020№4, 2019№3, 2019№2, 2019№1, 2019№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2014
Поддержите нас
Журналы клуба