Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Русская жизнь » №2, 2007

Дмитрий Быков. На пороге Средневековья
Просмотров: 5544

alt

Это не агитка, не кричалка и не вопилка. Я пытаюсь выработать, хотя бы лично для себя, некую позицию по пресловутому эстонскому вопросу. Абстрагируясь от всяческих священных коров вроде патриотизма, представляя себе, что живу не в России, и наблюдаю за событиями извне.  

 

Глядя на политическую, идеологическую и даже культурную ситуацию, мы должны с полным основанием, без тени злорадства признать, что любить сегодняшнюю Россию абсолютно не за что. Мы в ауте по множеству направлений. Однако во внешней политике Россия по-прежнему демонстрирует имперские комплексы, легко впадает в истерику, не брезгует сырьевым давлением, которое пытается замаскировать под дипломатию примерно с тем же изяществом, с каким наезд на НТВ маскировался под изъятие долгов. Больной медведь рычанием откликается на любую дразнилку. Вдобавок, мы не брезгуем дружбой наиболее одиозных фигур: почему-то во всем мире нашими друзьями и единомышленниками оказываются персонажи, на которых без слез не взглянешь. Нас искренне любил аджарский диктатор Абашидзе и любит Эдуард Кокойты. Если в нашу честь и поддержку вдруг случится массовое выступление, оно обязательно закончится погромом магазинов и даст повод говорить о том, что и русские, и их сторонники, дескать, «были и остаются быдлом». И будьте уверены, так скажут про нас еще не раз. Особенно усердствуют в этом бывшие сателлиты империи, наши насильственно-закадычные друзья, а ныне маленькие и гордые европейские государства, обожающие мстить мертвецам.  

Поскольку в мире происходит очередное размежевание — как всегда, сопряженное с укреплением нашей властной вертикали и соответствующим оледенением внешней политики, — запущен и еще один любопытный процесс, сводящийся к пересмотру итогов Второй мировой войны. Смысл тут, конечно, не в глобальной реабилитации фашизма — до этого нам расти и расти, хотя, думается, нечто подобное мы еще увидим. Покамест для окончательной дискредитации России, которая сама немало делает в этом направлении, нужно отобрать у нас то единственное достояние, что доселе оставалось бесспорным. Речь идет о Победе. Можно не сомневаться: то, что происходит в Прибалтике и скоро перекинется на Польшу, только начало. Американская историография давно уже приписывает Победу исключительно союзникам; осталось доказать, что русская армия была сборищем насильников и мародеров, что никакой Отечественной войны не было, а была захватническая, — и, наконец, что никакой фашистской Германии не существовало в природе.  

То есть Россия воевала не с фашизмом. Она просто-напросто защищалась от агрессора, успевшего напасть первым. И точно так же защищалась бы от любого другого. В результате Россия уже не победительница мирового зла, спасительница человечества от коричневой чумы, свет миру и прочая, а не очень удачливая защитница своей территории, умудрившаяся по случаю Победы прихватить под крыло пол-Европы и надолго залить красной краской треть глобуса.  

Впрочем, это понятно. Гитлера давно нет, а Россия вот она, мешает.  

Вывод, конечно, пугающий, но некоторые вещи пора договорить до конца: нынешняя Россия многим представляется более актуальной угрозой, нежели когдатошний фашизм. Важно убедить себя и окружающих, что она и тогда-то от Германии принципиально не отличалась: подумаешь, столкнулись два урода. Тот факт, что СССР — так уж получилось— защищал в той войне классические ценности европейского гуманизма, никто в расчет не берет. Он мог только профанировать, компрометировать эти ценности. А с фашизмом — или, точнее, национал-социализмом — боролись англичане и американцы. Уже в «Списке Шиндлера» этот посыл совершенно отчетлив. У СССР в борьбе с фашизмом была своя корысть: окончательно закрепостить Прибалтику, аннексировать Кенигсберг и подмять под себя Восточную Европу. Ради этого Сталин и кинул в топку двадцать миллионов.  

Именно в рамках этой концепции сносятся памятники советским солдатам: они никакие не антифашисты. Они захватчики. Для Эстонии реабилитация фашизма особенно актуальна, потому что там-то немцев очень многие встречали с цветами. И немцы вели себя на оккупированных территориях гораздо лучше русских: не пьянствовали, не мародерствовали.  

Таково, повторяю, новое европейское толкование событий и последствий Второй мировой, и во имя его утверждения генсек НАТО будет делать России замечания, Евросоюз нас осудит, а либерально мыслящая часть общества в очередной раз ужаснется действиям «Наших», которые, кажется, делают все возможное, чтобы окончательно закрепить в европейском сознании образ хунвейбинской Москвы.  

Нетрудно заметить, что новая концепция войны нужна исключительно для того, чтобы окончательно похоронить советский проект. Мало доказать, что эта утопия с неизбежностью ведет к массовым репрессиям. Мало постановить, что советская система не реформируема и способна быть либо людоедской, либо никакой. Мало настоять на том, что социальное государство трудящихся немыслимо с экономической точки зрения и тоталитарно с идеологической. Надо еще и вдолбить, что такое плохое государство не могло выиграть Вторую мировую войну. А если оно ее и выиграло, то не как освободитель народов, а как альтернативный захватчик, мостивший дорогу к победе миллионами своих солдат и поднимавший их в бой исключительно заградотрядами. У вас вон у самих не все похоронены, а вы Эстонии указываете, где ей памятник держать. Она суверенное государство, национальное, этнически монолитное! Сколько этих средневековых этнических монолитов утвердилось на постсоветском пространстве — сказать страшно. И никто из свободных жителей национальных государств не задумывается о том, какой гигантский шаг назад они сделали, провозгласив СССР тюрьмой народов и сбежав из нее в маленькую, комфортабельную, евростандартную.  

Средневековье атакует. И нечего удивляться, что оно вызывает в России совершенно средневековый ответ — протесты «Наших», «Местных» и «Молодой гвардии», срывы пресс-конференций эстонского посла Марины Кальюранд и срывание флага с посольства. Россия сегодня в положении столь бедственном, что адекватно ответить не может — и тем только усугубляет унижение. Сочувствовать ей решительно невозможно. Посмотришь на погромы в Таллине и поневоле проникнешься убеждением, что и вся армия-освободительница была такова.  

Для порядочного человека вся эта ситуация, мне кажется, очевидна. Трудность тут одна: вот «Наши» скандируют «Победа деда — моя победа». Это как минимум спорно, ты не дед, тебе до него еще расти и расти. Преемственность нынешней России по отношению к СССР весьма сомнительна. Нет у братьев Якеменко никакого морального права — невзирая даже на поддержку со стороны ветеранов — представлять интересы павших на той войне или вернувшихся с нее. Страна другая, много хуже. Гуманнее, наверное, в некоторых отношениях, но и мельче в разы, и личные качества населения в последнее время сильно подкачали. Оно у нас в отсутствие утопии деградирует быстрей, чем думалось. Так что нужно четко разделять нынешнюю Россию, устраивающую дипломатические истерики, и тогдашнюю Россию, действительно победившую фашизм. А что она была великой — тому порукой ее великое искусство. Гитлеровский рейх за все время войны ничего великого не произвел. А СССР одним фильмом «Два бойца», одним стихотворением «Жди меня», одной пьесой «Нашествие» наглядно показал, что воевал за все человечество.  

А никак не за Сталина. В подобных коллизиях личности не принципиальны. Принципиальна готовность или неготовность страны ухнуть в бездну нового варварства, маскирующегося, как всегда, под новую степень свободы. Россия, как ни странно, не готова. Мальчики и девочки, стоящие у эстонского посольства, далеко не так плохи, как могли быть. Среди них есть не только молодые гладенькие карьеристы и услужливые фанаты президента. Среди них много плохо одетых детей из спальных районов Москвы и ближнего Подмосковья, которым за стояние у посольства ничего не заплатили. Я с ними говорил, они не зомбированные и умные. Это плохо, конечно, что сегодня у нас умеют организовать только крестовый поход детей, собрать их у несчастного здания в Малом Кисловском и раздать флаги. Надо, чтобы у них были и другие занятия, более органичные для граждан великого государства. Но шельмовать этих детей, швырять в них камни тоже неправильно. Хороши они или плохи, а опираться больше не на кого. Прочее все сгнило.  

Так что позиция по отношению к происходящему должна, мне кажется, определяться вот как. Нынешняя Россия действительно достойна презрения и жалости — это уж ваше дело, жалеть ее (если вы сочувствующий) или презирать (если противник). Но так уж получается, что сегодня очередная линия фронта проходит именно через Россию. В сорок первом году она тоже, наверное, была далека от идеала. Но когда от нее зависело, позволить или не позволить фашизму победить, она не позволила и тем спасла человечество. Сегодня через нее, слабую, недостойную, много раз предавшую себя, интеллектуально деградировавшую и, по Розанову, «всеми плюнутую», проходит еще один фронт. Новое средневековье — гедонистическое, ксенофобское, деградантское по сути — желает реабилитировать фашизм и лишить Вторую мировую ее главного содержания. И потому нынешняя Россия, плоха она или хороша, умна или глупа, свободна или несвободна, обязана снова стать у этого средневековья на пути: потому что больше элементарно некому. Всех остальных оно уже съело, и только мы для него слишком велики.

Архив журнала
№13, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№4-5, 2009№2-3, 2009№24, 2008№23, 2008№22, 2008№21, 2008№20, 2008№19, 2008№18, 2008№17, 2008№16, 2008№15, 2008№14, 2008№13, 2008№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№17, 2007№16, 2007№15, 2007№14, 2007№13, 2007№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№6, 2007№5, 2007№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба