Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Русская жизнь » №17, 2008

Маэстро, урежьте марш
Просмотров: 2266

Все комиксы о летучих гуттаперчевых страшилах строились по модели фильма «Великолепный»: хлюпик преображается в суператлета Плаща и Полумаски, спасает Америку и влюбляет в себя Бэкки Тэтчер. Один Бэтмен выпал из подростковой ниши, ибо первопроходец жанра Тим Бертон по обычаю восславил карнавальное Зло, а перепончатокрылого мауса вывел на дальнюю периферию сюжета (насколько это революционное прочтение соответствовало исходникам, узнать не суждено, ибо аутентичные Бэт-комиксы сохранились у одного Николаса Кейджа).

Джокер стал первым суперстаром постмодернистской эры, уставшей от эталонных мускулистых самцов в обливном латексе с буквой на груди (литерность этих персонажей четко прослеживается по убывающей: Капитан Америка носил букву А, Бэтмен — соответственно В, супермен — S, и так до брата их мистера Х, меланхолично терзающего скрипку под куполом цирка в одноименной оперетте). Джокер был игрун и веселый нигилист, он заливал мазюкалкой современного искусства мадонн Рафаэля, указывал патриарху американизма Дж. Вашингтону его законное место на долларе, дымился, комиковал, разбрасывал деньги, отрицал вкус, порядок, иерархию, власть, гламур и медиа — все, на чем покоится современная среднеамериканская и, увы, теперь уже среднечеловеческая ментальность. Он расстреливал телевизор и превращал его глянцевых пифий в одышливых потных лузеров. Он всюду являлся в умопомрачительной лиловой тройке под оранжевую бабочку и ультрамариновый платок. Он запускал над городом надувных собачек, стирал со лба нарисованный загар и капал ядом в омолаживающую косметику. То есть, бросал перчатку с языком Мика Джаггера готическому граду обывателей, чьим идеалом был Брюс Уэйн, миллионер с фамилией образцового патриотического дурака Соединенных Штатов, мистер Совершенство с гвоздичкой в петлице, следящий за копошением смертных через тысячи гестаповских мониторов. Короче, это существо есть за что боготворить поросли ничевоков и деконструкторов современного арт-сообщества. Воздушный антихрист, куролес, артифицирующий крайм, влегкую вскрывающий донную гадость в любом благонамеренном джентльмене, берущий чинный мир на фу-фу, он был смачным врагом стабильности, устойчивости, назидательной вертикали — Шутник, чертополох и клякса на сказке. Алые бисексуальные губы паяца, белила Пьеро, пластика беса из табакерки — Бертон неслучайно, не по погонам, поставил имя Николсона первым в титрах. Средних достоинств и харизмы артист Майкл Китон был ему не соперник, это уже мелкие эпигоны брали на В-роль красавцев и звезд: Килмера и Клуни.

Мир-94 пребывал в равновесии плоского Добра и яркого Хаоса, и неодекадент Бертон с его хеллоуиновским культом загробной веселухи стал достойным оппонентом обществу благополучия, благоразумия и благочестия с их девизом: «За все хорошее против всего плохого». Хорошо: фитнесс, достаток, надзор, телевизор, орднунг, востоковедение, розы, блондинки. Плохо: эпатаж, уродство, жест, ведьмачество, фига, язык, цветные волосы, голый зад. Бертон был одним из первых американских панков — не стихийных отморозков вроде Пекинпа, но злокачественных фундаменталистов, игровых теоретиков и гуру. Он же в последовательной защите фриков — поэтов, трансвеститов, сиамских близнецов и неофранкенштейна с руками-ножницами — первым воплотил идею политкорректности, которая, видимо, скоро ему самому осточертела, став лицемерной составляющей комильфотного кодекса денди. Но Бэтмен, гладкий анонимный гимнаст, конечно, был его антигероем, и от полного безоговорочного «фе» его спасла только косвенная принадлежность летучих мышей к отрицаловке, оборотничеству и полной луне.

Увы, Крис Нолан хоть и пошел по стопам великого пращура, но калибром не вышел даже для полноценного подражательства. В эпоху очевидного сценарного кризиса основная задача Большого Кино — прикрыть оглушительным, искросыпительным и мозгодробительным аттракционом откровенную бедность смыслов. Дюбеля с металлической струной вонзаются в небоскребы, кувыркаются гигантские трейлеры-дальнобои, пули огибают человечью плоть, камера шныряет, укрупняет и отпрыгивает в поднебесье, но это все обертка от конфеты, пшик. Боги с монстрами как-то потеряли в росте, Готем, некогда разорванный пополам меж одой и пасквилем, гипсом и спреем, фреской и карикатурой, обрел черты стандартного пафосного мегаполиса. Усугубление гнусей человеческой мелюзги, ради которой вершил подвиги Бэтмен, слегка переходит границы подростковой притчи — а на взрослую «капричос» о воцарении Антихриста у авторов дыхалка короткая. Фильм напоминает экранную одиссею нашей главной комикс-притчи «Мастер и Маргарита», за которую из года в год брались сплошь варьетешные посредственности, масштабом соразмерные с Варенухой и Лиходеевым: Кара, Бортко и Климов. Оттого парады-алле рядовых совграждан с разбрасыванием ассигнаций и конферансом Бегемота у них худо-бедно выходили, а как до темных сил, творящих непредумышленное добро, нагой суперженщины на помеле и дилемм Пилата — все как-то слабенько получалось.

Продолжив аллегорию, легко убедиться в неадекватности нолановских притязаний. Если Николсон со свитой пристебаев вполне себе князь — нет, в силу новейшей травестии понятий, маркиз тьмы, валет преисподней, Воланд-Коровьев в одном лице; если мятежный Бэтмен вполне канал за Мастера, а его белокурая камея, выдернутая из людской крупы в шабаши и битвы миров, до такой степени соответствовала Маргарите, что сомненья брали — уж не читал ли Бертон нашу «M&M» в рамках курса общей демонологии, — новая глава саги о человекомыши мельчит тему по всем статьям. Хит Леджер — от силы верткая недотыкомка, пакостник, но никак не дирижер Зла; конечно, вреднючие интонации и пластика Алексея Гуськова явно возвышают его над всеми рыцарями света, но даже преждевременная кончина не уравняет его с Николсоном. Новый Бэтмен — до такой степени бледное пятно, что его дуализм, беспокойный надлом, романтическое двуличие перенесены на пешку-прокурора Харви Дента, одно имя которого, схожее с маркой зубной пасты, с самого начала указывало на рядовую роль персонажа. Девушка Гилленхолл, даже привязанная к тонне взрывчатки, — никак не королева бала Сатаны, даром что Мэгги; она душечка, любимая сестрёна, но амплуа у ней — субретка, а не вамп, какими были в первых сериях «Бэтмена» Ким Бесинджер и Мишель Пфайффер. Предыдущим фильмом «Престиж» с мощными инфернальными подтекстами факирского ремесла Нолан вполне давал надежды на совладание с материалом, но то ли бюджет выделили куцый, то ли вовсе мир измельчал — а только главным бытийным вопросом современности в его исполнении стало: «Если нетопырь на мелкого беса влезет — кто кого сборет?»

Архив журнала
№13, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№4-5, 2009№2-3, 2009№24, 2008№23, 2008№22, 2008№21, 2008№20, 2008№19, 2008№18, 2008№17, 2008№16, 2008№15, 2008№14, 2008№13, 2008№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№17, 2007№16, 2007№15, 2007№14, 2007№13, 2007№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№6, 2007№5, 2007№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба