Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Русская жизнь » №12, 2008

Братья-близнецы
Просмотров: 2004

Афиша водевиля «Подвязка новобрачной». 1900

В принципе, без водки можно спокойно прожить — почти все на разных этапах жизни это так или иначе пробовали, и у некоторых даже получалось. Другое дело, что смысл этого самоистязания не всегда очевиден. Человек, отказывающийся от алкоголя по каким-то иным основаниям, нежели медицинские, вызывает примерно такие же подозрения, как и человек, ни при каких обстоятельствах от алкоголя не отказывающийся. Отказ от выпивания стоит в одном ассоциативном ряду на соседней позиции с отказом от секса — две эти вещи связаны какой-то неуловимой, но в то же время совершенно неразрывной связью, о природе которой установилось два взаимоисключающих мнения.
Несовместимость секса и алкоголя, точнее, их полная взаимозаменяемость и избыточность их сочетания, зафиксирована в народной поговорке: «Кто с бутылкой дружит, тому х... й не нужен», прекрасно приложимой и к женскому, и к мужскому способу существования в обществе. Тот же самый, впрочем, русский народ, склонный к крайностям и неразрешимым логическим противоречиям, является автором циничных пословиц типа: «Пьяная баба п.. де не хозяйка», отражающих тот факт, что прием алкоголя заметно снижает избыточную разборчивость, препятствующую установлению сексуальных контактов. Существует к тому же и обширный пласт анекдотов, подчеркивающих зависимость между степенью привлекательности женщины и объемом принятого мужчиной спиртного: «Не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки». Водки, однако ж, бывает и настолько достаточно, что и самая неотразимая красавица рискует заработать себе комплекс неполноценности, мучаясь раздумьями, почему ее кавалер в решительную секунду тривиальным образом заснул или скрылся в ванной, тщетно пытаясь подавить рвотные позывы. Казалось бы, успешный секс и алкоголь желательно как-то развести в пространстве и времени, но на практике разлучить близнецов-братьев никак не получается: мы говорим «алкоголь», подразумеваем «секс», и наоборот — слишком уж много между ними общего и в психологическом, и в физиологическом смысле.
Алкоголь в плане амбивалентности, противоречивости его восприятия общественным сознанием выглядит так же двусмысленно, как и секс: эти два занятия социально одобряемы и социально порицаемы примерно в одинаковой мере — считаться трезвенником и девственником после какого-то возраста так же неловко, как и слыть непросыхающим или общедоступной. А выработать для себя какой-то элегантный и естественный баланс между воздержанием и разнузданностью мало у кого получается самостоятельно, без помощи сдерживающих социальных институтов, которые, например, запрещают употребление алкоголя на рабочем месте или продажу его до и после определенного времени, а также ограничивают сексуальную активность за пределами брака. То, что социальные институты в России не отваживаются полностью пресечь употребление алкоголя, все-таки свидетельствует о присутствии в их организации хотя бы минимального рационального начала и понимания, что есть вещи, с которыми бессмысленно бороться.
В смысле непреодолимости тяга к алкоголю похожа на инстинкт продолжения рода — хотя, конечно, человек, заваливающий по пьяни на кровать малознакомую особь противоположного пола, меньше всего думает о размножении, но руководит им автоматический инстинктивный механизм, так же, как рукой, тянущейся к стакану, руководит инстинктивная потребность освободить нервную систему от накопившегося напряжения. Измученный социальной и умственной активностью мозг просит на некоторое время вырубить его алкоголем, дать ему передышку и своего рода анестезию, так же, как простаивающие половые органы требуют занять их работой, без которой они приходят в упадок.
Психофизический механизм воздействия алкоголя и секса на человеческий организм тоже примерно одинаков. И то, и другое имеет свойство поначалу служить катализатором в реакциях межличностного взаимодействия, лубрикантом, сглаживающим трение между человеческими существами, которым зачастую нужен допинг, чтобы почувствовать друг к другу взаимное расположение, а не привычное недоверие и чувство соперничества за вечно дефицитные места под солнцем. Так тяга к алкоголю может родиться не из эскапизма, желания заслониться от мира и не видеть его, а напротив, — из понимания, что смотреть на окружающий мир и населяющих его людей ты можешь только сквозь спиртовой фильтр, примиряющий тебя с его уродством, которое в состоянии алкогольного опьянения не так режет глаз. Аналогичным образом и половой инстинкт ненадолго примиряет тебя с существованием других людей и их несовершенствами, отступающими на второй план, когда включается биологическая тяга к совокуплению, заложенная где-то на генетическом уровне, так же, как и обусловленная биохимией тяга к алкоголю.
К сожалению, биология, базирующаяся на чистом принципе удовольствия, в случае и с сексом, и с алкоголем неизбежно вступает в конфликт с ломающей кайф психологией. Возникающий между двумя (или более) людьми сексуальный интерес на некоторое время сплачивает и объединяет их почти так же, как желание выпить, — и точно так же чреват обратной реакцией, накрывающим поутру похмельем и сожалением, что выпито было слишком много и не в тех пропорциях, а секс получился, как это нередко случается, гораздо менее захватывающим, чем представлялось в алкогольной эйфории.
В этой своей способности обольщать человека обещанием выхода на какие-то новые, еще не изведанные уровни удовольствия, а потом разочаровывать и обманывать ожидания, секс и алкоголь тоже похожи: мысленное, теоретическое желание «нажраться» и «потрахаться», гусарское предвкушение того, как лихо и весело все это будет происходить, довольно часто бывает сильнее и приятнее, чем само чувство опьянения или с таким трудом достигнутый оргазм. Сами собой напрашиваются и параллели между чисто внешними признаками алкогольного опьянения и сексуального возбуждения: человек становится развязен, говорлив, самоуверен и в общем-то довольно смешон на взгляд трезвого наблюдателя, в присутствии которого одинаково неприятно и абсурдно как принимать алкоголь, так и удовлетворять половой инстинкт.
И тем не менее, несмотря на то, что повышенная привлекательность секса и алкоголя существует только в инфантильном сознании подростков, которым и то, и другое до поры до времени запрещается, огромное количество взрослых, солидных и неглупых людей упорно продолжает заполнять свой досуг именно алкоголем и сексом, а не собиранием марок и вышиванием крестиком. Думается, что не в последнюю очередь популярность этих двух изнурительных, иногда вредных для здоровья и финансово обременительных развлечений заключается именно в их сочетании. По отдельности секс и алкоголь так же скучны и обыденны, как просмотр телесериалов или воскресный шоппинг с семьей, — упоительное (пусть даже и иллюзорное) ощущение повышенной насыщенности жизни событиями и эмоциями возникает из совмещения, из взаимодействия плещущегося в крови спирта и клубящихся в надпочечниках гормонов — только вместе эти две субстанции оказываются достаточно сильны, чтобы одержать краткую победу над системой социальных сдержек и противовесов, контролирующих сидящее в каждом из нас животное.

Архив журнала
№13, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№4-5, 2009№2-3, 2009№24, 2008№23, 2008№22, 2008№21, 2008№20, 2008№19, 2008№18, 2008№17, 2008№16, 2008№15, 2008№14, 2008№13, 2008№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№17, 2007№16, 2007№15, 2007№14, 2007№13, 2007№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№6, 2007№5, 2007№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба