ЗакрытьClose

Вступайте в Журнальный клуб! Каждый день - новый журнал!

Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Социология власти » №2, 2017

Дмитрий С. Козлов
Две революции, две составные части политического инакомыслия эпохи «оттепели»
Просмотров: 65

кандидат исторических наук,
сотрудник Научно-информационного центра «Мемориал»
(Санкт-Петербург)
E-mail: dmitrys.kozlov@gmail.com

Независимая общественная жизнь периода «оттепели» менее изучена, чем сопротивление диссидентов или массовые публичные выступления перестроечного времени. Обращение к протестным акциям 1950–1960-х позволяет более четко очертить траекторию независимого политического проектирования в послесталинском СССР. Нерешенные общественно-экономические проблемы, нежелание государственных органов прислушиваться к инициативам «снизу», репрессии в отношении инакомыслящих стали причинами того, что уже в годы «оттепели» часть критически настроенной интеллигенции отказалась от желания реформировать социалистический строй в СССР. Это разочарование было не только реакцией на действия властей, но и следствием переосмысления наследия Октябрьской революции и опыта реформирования государственного социализма в Восточной Европе 1940–1950-х, понимавшегося как реализация принципов революционного государственного устройства. Используя доступные работы классиков марксизма-ленинизма и художественные произведения о революционерах, инакомыслящие 1950–1960-х формулировали претензии к современному им политическому режиму, переходя в своих текстах от копирования революционной риторики к анализу степени соответствия советской политики революционной теории. Основная проблема государственной власти в СССР формулировалась как забвение принципов диктатуры пролетариата. Идея о том, что бенефициаром Октябрьской революции стала партийная номенклатура, оказывалась созвучна теории «Нового класса» М. Джиласа. Книга югославского философа, предлагавшая вполне марксистский (а значит — более понятный советскому читателю) анализ трансформации политического режима Югославии, настаивала на неизбежности бюрократического перерождения революционного правительства и тем самым ставила под вопрос необходимость предшествовавшей революции. Признание этой неизбежности не только подрывало политическую легитимность существовавшего политического режима, но и отнимало возможность оправдания его через апелляцию к его историческим корням. Это открывало возможность для поиска несоциалистических альтернатив советскому режиму, наиболее заметными из которых позднее стали идеология прав человека и проекты обретения национального суве- ренитета.

 

 

Dmitry S. Kozlov 
candidate of history, research fellow at the
Research and Information Centre “Memorial”,
Saint Petersburg. Research interests: Soviet dissent,
Soviet non-conformist art, political protests, Samizdat,
history and sociology of youth, children’s literature.
E-mail: dmitrys.kozlov@gmail.com

The Two Revolutions and Two Component Parts of Political Dissent of the “Thaw”

Period Independent social life of the “Thaw” period is less examined then dissidents’ resistance of the 1970s or mass public actions of Perestroika years. Analysis of the 1950–1960s protest actions allows us to trace changes in independent political projects in post-Stalin USSR. Unsolved social and economic problems, state unwillingness to listen for voices from below, repressions against dissenters stimulated the rejection of the idea to reform Soviet socialism among the part of critical intelligentsia. The disillusion in socialist ideas was not only the reaction on state policy. It was also based on the redefining of the legacy of October revolution 1917 and reforms of the State socialism in Eastern Europe in the mid1950s, which were interpreted as the realization of revolutionary state governance. Dissenters of 1950– 1960s formulated their demands to contemporary political regime using accessible classical Marxist-Leninist works and fictional biographies of revolutionaries. Usage of the legacy of the October in their texts varied from copying the revolutionary rhetoric to the testifying of Soviet political regime’s compliance to the initial revolutionary theory. Many of them saw the main problem of Soviet state in the forgetting of the principle of proletarian dictatorship. The idea about party nomenclature as the main beneficiary of the October revolution was quite similar to the theory of «New Class» by M. Djilas. The book of Yugoslavian philosopher offered Marxist analysis of transformation of Yugoslavian political regime. He insisted on the inevitability of bureaucratic degradation of the revolutionary government.

Архив журнала
№2, 2017№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№4, 2015№3, 2015№2, 2015№ 1, 2015№4, 2014
Поддержите нас
Журналы клуба