Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Теория моды » №24, 2012

Майкл Картер
Дж.К. Флюгель и обнаженное будущее
Просмотров: 928

Майкл Картер (Michael Carter) — преподаватель кафедры истории и теории искусств Университета Сиднея, автор монографий «Придать вещи облик: исследование объектов воображения» (Putting a Face on Things: Studies in Imaginary Materials, 1997) и «Классики моды: от Карлейля до Барта» (Fashion Classics from Carlyle to Barthes, 2003).

 

Статья впервые опубликована в журнале Fashion Theory: The Journal of Dress, Body & Culture (2003. Vol. 7.1)

 

…создается впечатление, что обе потребности человека — раскрыться и замкнуться — в женской душе перемешаны иначе, чем в мужской.
Георг Зиммель. Созерцание жизни

 

Когда Дж.К. Флюгель (1874-1955) умер, Эрнест Джонс заметил в некро­логе, что появление его самой известной книги, «Психология одежды», казалось, «было вызвано личным пристрастием, неприязнью к тра­диционной накрахмаленной одежде и живым интересом к реформе костюма...» (Jones 1956: 194). В этом тесном переплетении внешнего и рационального с «внутренним» и даже отчасти извращенным есть определенный смысл: книга Флюгеля — первое опубликованное на английском языке масштабное исследование одежды, основанное на теории психоанализа. Впервые затронув эту тему в работе 1927 года «Сексуальные и социальные эмоции», Флюгель к 1939 году стал основ­ным специалистом в области изучения моды с точки зрения психо­анализа или, как он сам часто выражался, «психологии» (Flugel 1927; Flugel 1934a). Флюгель всерьез увлекался политикой, и все его работы, в особенности посвященные одежде, так или иначе демонстрировали убежденность автора в необходимости социальных реформ. Предъ­являя читателю его главный труд, «Психология одежды», невозможно обойтись без разговора о том, что представляла собой политическая и интеллектуальная «передовая мысль» Великобритании в межвоен­ный период.

Подобно Хэвлоку Эллису, Мэри Стоупс и Джорджу Бернарду Шоу, Джон Флюгель был глубоко озабочен проблемами, беспокоив­шими прогрессивных мыслителей его времени. В воссоздании окон­чательной картины упомянутой эпохи описание жизни Дж.К. Флюгеля, без сомнения, сыграет ключевую роль, став ответом на вопросы «кто», «где» и «когда». Для начала следует упомянуть о публикации в 1934 году «Манифеста: книги Федерации прогрессивных обществ и индивидуумов» (Joad 1934). Эта книга, вышедшая под редакцией дру­гого выдающегося реформатора, профессора С.Э.М. Джоуда, была призвана объединить многочисленные, но разрозненные группы ак­тивистов, выступавших за социальные реформы. Если внимательно присмотреться к «Федерации прогрессивных обществ и индивиду­умов» и ее принципам, многое во взглядах Флюгеля на одежду ста­новится понятнее.

К 1934 году обстановка для реформистов складывалась не слишком удачно. Мировая депрессия, казалось, подтверждала представление о нерациональности экономической системы, которая, несмотря на успе­хи в области технологий, оказалась неспособна справиться с массовой безработицей. Оптимизм интернационалистов, вызванный созданием Лиги Наций в 1920 году, начал увядать после провала конференции по разоружению в 1934 году. Худшей проблемой стала фашистская контр­революция, которая, казалось, угрожала существованию прогресса в том виде, как его представляли себе реформисты. «Манифест» пред­ставляет собой сборник статей, каждая из которых посвящена одному из положений общей политики Федерации1. Завершающая книгу рабо­та Флюгеля «Психология для прогрессистов — как добиться эффектив­ности?» посвящена размышлениям о психологических основах борьбы между реформистами («прогрессистами») и «консерваторами». Сна­чала автор объясняет, что, по его мнению, означает быть «прогрессив­ным» с точки зрения психологии: «Прогресс подразумевает осущест­вление желаемых перемен, однако когда дело доходит до социальной сферы, подобные изменения обычно наталкиваются на неодобрение и сопротивление консервативно мыслящих людей. Наша концепция „прогресса" действительно предполагает бунт против принятых в на­стоящее время определенных конвенций, интересов или идеалов, и это немедленно становится ясно при взгляде на принципиальные положе­ния программы Федерации» (Ibid.: 294).

По словам Флюгеля, психоанализ, наконец, позволяет понять, какие силы выступают на стороне консерваторов. Главным объектом его вни­мания служит супер-эго, определяемое им как «моральный фактор (со­знательный и бессознательный) психической жизни человека». Поло­жение, которое занимает супер-эго в структуре человеческой психики, является основанием реформистских идей Флюгеля, и он неоднократ­но обращается к этой теме в ходе размышлений об одежде: «Представ­ляется, что трудности, которые мы испытываем, приспосабливаясь к жизни в цивилизованном обществе, объясняются не просто силой на­ших асоциальных инстинктов, как считали прежние моралисты, но и, не в последнюю очередь, действием примитивных моральных факто­ров, воплощением которых служит супер-эго. Сфера бессознательно­го воспринимает подобную мораль как строгую и архаичную, с боль­шим трудом адаптирующуюся к переменчивым условиям современной жизни» (Ibid.: 296).

Флюгель уже упоминал ранее, что именно избыток морали, а не ее недостаток составляет источник индивидуальных и социальных про­блем. Согласно его диагнозу, в консервативном сознании действие супер-эго выражено слишком сильно, и оно слишком агрессивно про­являет себя как в пределах, так и за рамками внутреннего мира челове­ка, во внешней реальности. Результатами доминирования супер-эго над личностью и обществом становятся постоянное чувство вины, суровый и строго соблюдаемый правовой и моральный кодекс, пристрастие к традиции и тяга к безусловному подчинению внешним и внутренним авторитетам, иными словами, следуя букве фрейдистского учения, — эпидемия запора. Ставить под сомнение легитимность правил, конвен­ций и идеалов своего общества означает выступать в роли непослушно­го ребенка. Последнее сравнение не ускользает от внимания Флюгеля. «Требуя свободы для полной реализации наших способностей, мы, как правило, неизбежно встаем на сторону „оно", а не „супер-эго"; тем са­мым мы идентифицируем себя с детскими желаниями, а не с родитель­ским авторитетом» (Ibid.: 304).

Флюгель видит в психоанализе средство исцеления, поскольку этот метод не просто помогает избавить личность от неврозов, но также раз­веивает абсурд, служащий им основанием. Абсурд, иррациональность, или то, что Флюгель называл «автоматической лояльностью», — это продукт деятельности гиперактивного супер-эго; так же как целью ин­дивидуальной терапии служит замещение невротической тьмы ясным светом психологического понимания, задачей «прогрессивной мыс­ли» является замена слепого послушания архаичным канонам — ра­циональным и психологически полноценным социальным порядком...

 

Полностью статью можно прочесть в бумажной версии журнала



Другие статьи автора: Картер Майкл

Архив журнала
№28, 2013№29, 2013№30, 2013-2014№31, 2014№32, 2014№33, 2014№34, 2014-2015№20, 2011№27, 2013№26 ,2013№25, 2012№24, 2012№23, 2012№22, 2011-2012№21, 2011
Поддержите нас
Журналы клуба