Немножко почитаю мораль, простите. Совсем немножко. 
Гуманитарное знание — а оно, собственно, никакое не знание, ну или какое-то совсемсовсем ненаучное — родилось из писем друзьям. Собственно, из текстов, написанных разной древности греками, часто по какому-то поводу, и часто, действительно, какому-то конкретному лицу адресованных.

Как коротко возможно охарактеризовать российского, латвийского историка Роберта Юрьевича Виппера (1859— 1954)? Блестящий знаток античности (истории, философии, права, религии) и культуры Востока, исследователь европейской и мировой истории. В вопросе познания истории, постижения ее сути оставил о себе память как последователь духовного наследия Дж. Вико1, как жесткий критик теорий исторического оптимизма или теорий прогресса (И.Г. Гердера, Г.В.Ф. Гегеля, О. Конта, Г. Спенсера, К. Маркса). В 1924 году судьба привела его в Латвию, в аудитории Латвийского университета.

Пока не задан контекст, в котором этот вопрос имеет смысл, он бессмыслен, он софизм, игрушка… Сократ начинает разговор о том, что называется общепринятым, о «доксе», и тут начинает копаться. А ты делаешь из философии игрушку, а именно: ты уже заранее знаешь, что там есть такие заковыристые вопросики, и сразу — бум!.. по лбу человека: «А что такое человек?»… Ну, этот вопрос где-то и как-то встает, конечно…