Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Credo New » №1, 2013

Тамара Науменко
Деятельностный подход как объяснительный принцип современной социальной философии
Просмотров: 4883

Науменко Тамара Васильевна

Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова

Доктор философских наук,

профессор кафедры философии

гуманитарных факультетов философского факультета

Tamara Vasilevna Naumenko

Lomonosov Moscow State University. D.Phil.,

professor at the Department of Philosophy

for Humanitarian Faculties, the Faculty of Philosophy.

E-mail: t-naumenko@yandex.ru

УДК: 316.74:1

Деятельностный подход как объяснительный принцип современной социальной философии

В статье анализируется специфика деятельностного подхода, рассматривается его историческое развитие, современные формы, объяснительные принципы, раскрывается структура деятельности, описываются ее виды и способы осуществления, а также доказывается необходимость применения принципа деятельности для анализа современных социальных процессов.

Ключевые слова: деятельность, субъект, объект, деятельностный акт, потребности, свобода, структура.

 

Activity approach as the explanatory principle of modern social philosophy

The article presents the specific features of the activity approach, its historical development, modern forms and explanatory principles. It describes the structure of activity, types and ways of performing it. It also advocates the need to implement the activity principle in analyzing current social processes.

Key words: activity, subject, object, means, conditions of activity, action, needs, freedom, structure.

 

Деятельностный подход как объяснительный принцип современной социальной философии

Социальная реальность современного мира, ускорение процессов глобализации, вступление науки в новый, постнеклассический этап развития с его новой рациональностью гуманитарного антропоморфизма и телеономии, со все большей настойчивостью требует от социальной философии разработки методов исследования социума, способных создать ту необходимую призму всеобщего, которая бы максимально оптимизировала исследование законов общества и их специфики и повысила бы прогностические возможности современной социальной теории. Такой призмой, на наш взгляд, является теория деятельности, выступающая как объяснительный принцип социальной действительности.

Деятельностный подход к пониманию социальных процессов пережил в отечественной науке три этапа. В 60-80 годы двадцатого столетия он выступал "одним из наиболее значимых проявлений прогрессивных тенденций в советской философской мысли того периода, направленных на преодоление косности и догматизма официозного марксизма"1. В тот период разработке деятельностного подхода были посвящены работы многих философов и психологов2. В девяностые годы под воздействием новых идеологических парадигм теория деятельности утратила былую популярность. Деятельностный подход стали обвинять, во-первых, в его связи с идеями марксизма; во-вторых, с тем, что с его позиций, по мнению критиков данного подхода, могут быть объяснены не все явления социальной действительности (например, общение); в-третьих, предполагается, что деятельностный подход был возможен лишь в прежних условиях, когда отечественные исследователи имели очень ограниченное представление о современных зарубежных философских концепциях3.  В настоящий момент, когда увлечение идеологическими мотивами в науке об обществе обнаружило свою малосостоятельность, внимание к теории деятельности как объяснительному принципу снова возрастает, однако основывается не на идеологии – будь то советская (марксистско-ленинская), или постсоветская (анти-марксистско-ленинская) идеология. В.А. Лекторский доказывает несостоятельность всех трёх обвинений в адрес теории деятельности и считает, что "деятельностный подход в современных условиях не только имеет смысл, но и обладает интересными перспективами"4.

В двадцатом столетии деятельностный подход развивался не только Марксом, который дал лишь одну из интерпретаций данного подхода, в силу чего в советское время теория деятельности считалась противостоящей ортодоксальному марксизму. Деятельностный подход развивали такие классики социологии как Вебер и Парсонс: "Так, в контексте противостояния историцизма и социологизма как альтернативных версий осмысления исторического процесса … были предложены версии метода, претендующего на универсальность, - как со стороны историцизма, так и со стороны социологизма (см. структурно-функциональный анализ) – и обе эти версии фундировались понятием "деятельность" ("действие"): Для М.Вебера, если понятие "поведение" выступало всеобщей категорией активности как таковой, то понятие "действие" предполагало наличие связываемого субъекта с этой активностью смысла, который в ситуации "социального действия" оказывался сопряжённым с деятельностью другого человека и ориентировался на него, что позволяло историцизму учесть - наряду с традиционной ориентацией на целеполагающую волю субъекта – и объективные социальные параметры контекста осуществления "действия"; Аналогично для Парсонса ситуация деятельности выступает как позволяющая зафиксировать не только "деятеля", с одной стороны, и объективную "ситуацию" – с другой, но также и различные виды "ориентации субъекта на ситуацию"5. Таким образом, незнание зарубежных концепций привело не к увлечению нашими исследователями теорией деятельности, а, наоборот, привело их критиков к отрицанию последней.

Что же касается обвинений в невозможности объяснения с позиций деятельностного подхода всех социальных явлений, то оно базируется на анализе конкретных теорий деятельности, чаще психологических, акцентирующих внимание на индивидуальной деятельности или на отдельных действиях6 и не претендующих на универсальность в исследовании общих социальных процессов.

Современный уровень развития социологии испытывает необходимость в выработке новых парадигм исследования социальной действительности. Парадигмальный кризис, о котором писала Т.М.Дридзе, был заведомо предопределён "утерей процессуальной ориентации в рамках эвристической деятельности, предваряющей социальное познание и, как следствие – обеднением возможностей этой дисциплины,   цель которой – не только описывать социальные явления, но и отслеживать их истоки"7. Современное развитие деятельностного подхода может дать новые методологические основания дальнейшему развитию социологической теории и повышению её эвристических возможностей, ибо, как говорил А.Турен, сравнивая классическую социологию с современной, "центральной категорией первой было понятие общества, тогда как второй – социальное действие"8.

Исходя из вышеизложенного, следует заметить, "что развитие деятельностного подхода и осмысление частных теорий деятельности менее всего может быть понято как простое навешивание термина "деятельность" на разнообразные феномены"9, ибо теория деятельности по сути своей ориентирована на реализацию объяснительного принципа в отношении различных явлений и процессов, проистекающих в обществе.

Первое, на что обращает внимание теоретик, рассматривая общество в целом или отдельные его фрагменты - это определенная совокупность действий (деятельностных актов) и их результатов. Эта совокупность весьма разнообразна по характеру, по способу действий, по применяемым средствам  и т. д.

И это “поверхностное” впечатление нас не обманывает: общество, действительно, есть деятельность преследующего свои цели человека. Деятельность есть способ существования социальной формы движения, то есть способ, которым существует общество.

Итак, субстанцией общественной жизни является процесс совместной деятельности людей. Это означает, что она выступает предельной основой социального. Именно поэтому в предметной области обществознания в целом не может существовать категория, которая не обусловлена определением социальной деятельности, не выводится из него тем или иным способом. “Короче, во всем “пространстве” социального не окажется ни одного явления, которое не представляло бы собой некоторую “ипостась” деятельности. В мире социального она подобна углероду, который “прячется” за внешне противоположными  алмазом и графитом, составляя в действительности их “тайную сущность” или собственно субстанцию...”10.

Именно в этом понимании состоит суть деятельностного подхода к социальной действительности, который выступает в качестве объяснительного философско-социологического принципа, и который мы принимаем в качестве методологического основания при исследовании различных социальных процессов и социальных структур.

Однако характеристика деятельности как субстанции социального - есть абстракция, причем абстракция весьма “тощая”. Для того чтобы она могла выполнить свою объяснительную функцию, нужно наполнить ее необходимым содержанием, т. е. конкретизировать и, как следствие, классифицировать.

Деятельность есть специфически человеческая форма активного отношения к миру, определенный  тип бытия в мире. В этом - суть деятельности.

Содержательно она представляет собой целесообразное изменение и преобразование мира, целесообразную активность человека, выступающую как “саморегулируемое поведение в среде существования, направленное на самосохранение в ней путем целесообразной адаптации к ее условиям”11.

Типологизация деятельности возможна по различным основаниям, в зависимости от целей ее исследования, но важнейшими, системообразующими классификационными критериями в рамках социально-философской теории являются следующие:

1. Статус продуктов деятельности.

Известно, что результатом любой деятельности, равно как и любого (в том числе “атомарного”) деятельностного акта, является ее продукт (как основной так и, возможно, побочный). Деятельность - процесс принципиально продуктивный. (Мы можем говорить об эффективности или неэффективности деятельности, заключающейся (в общем виде) в соотношении результата деятельности и ее цели. Но отрицательный результат - тоже результат и в этом смысле он  подпадает под социологический критерий  продукта.)

С точки зрения статуса этого продукта деятельность подразделяется на материальную и нематериальную (духовную).

2. Способ существования деятельности.

Любой вид деятельности существует всегда в виде единства противоположностей двух способов ее существования - деятельности живой (как эмпирических данных действий эмпирически данных субъектов - индивидов и их групп) и деятельности опредмеченной - “прошлой” деятельности, опредмеченной, овеществленной в ее результатах - материальных или духовных продуктах, выступающих в качестве условий актуальной, живой деятельности.

3. Форма деятельностного изменения действительности.

По содержанию деятельность есть изменение, преобразование окружающего мира, а также адаптация в нём. Однако преобразование, причиняемое деятельностью, может быть как материальным, так и идеальным. В зависимости от характера преобразования деятельность подразделяется на практическую, связанную с собственно предметным (материальным) преобразованием мира, и на духовную, (теоретическую), изменяющую мир идеально, т. е. отражающую и преобразующую действительность в форме идей, мыслей.

При этом важно отметить, что “ отношение практической и духовной деятельности не есть отношение двух видов в рамках единого “рода” - деятельности “вообще”. Общество - это система практической деятельности, включающей духовную деятельность как свое относительно обособившееся опосредование. Духовная деятельность - порождение практики и как таковое существует лишь на ее основе. Различение практической и духовной деятельности является внутренним различением в системе практики”12.

Наряду с практической и духовно-теоретической деятельностью выделяют также особый вид деятельности, связанный с материально-практическими изменениями, вызываемыми духовной деятельностью, Речь идет о духовно-практической деятельности, функцией которой является внедрение выработанных духовных образований в сознание людей, повышение их образовательного уровня, формирование их мировоззрения (миросозерцания) и т.д.

И если продуктом духовно-теоретической деятельности выступает идеальное в чистом виде как духовный потенциал общества, его духовные ценности, то продуктом духовно-практической деятельности являются те же духовные ценности, но усвоенные людьми, ставшие их достоянием13,   то есть превратившиеся в убеждения, основанные на них социальные установки, стереотипы поведения, традиции и т. д.

В частности, “духовно-практическая деятельность включает в себя и идеологическую деятельность, направленную на формирование у людей определенных элементов общественного  сознания посредством пропаганды, агитации, обучения, просвещения, а также моральных наставлений, судебных решений, церковной проповеди и других средств “обработки людей людьми”14.

4.Структура деятельности. Под ней мы будем понимать структуру деятельностного акта, деятельностного ряда и деятельностного процесса. Последний являет собой совокупность деятельностных рядов, протекающих в конкретном пространстве в конкретное время и подчиненных выполнению конкретной, поставленной субъектом данного деятельностного процесса, цели. Деятельностный ряд – это совокупность деятельностных актов, объединенных единым инструментальным полем. Иными словами, если мы наблюдаем нескольких человек, включенных в осуществление какого-нибудь действия, то это и есть деятельностный ряд, ибо каждый действующий человек является субъектом данной деятельности (мы предполагаем, что его действия носят добровольный характер), но потребности, цели и ожидаемые результаты в виде того или иного продукта могут быть совершенно разными. Если же они одинаковые, то мы имеем дело с коллективным субъектом и единым деятельностным актом, что встречается крайне редко, и, видимо, по этой же причине оспаривается некоторыми современными социальными философами и социологами. Деятельностные акты – это те "кирпичики", из которого складываются деятельностные ряды.

Деятельностный акт включает в себя:

- субъект – лицо или группу лиц, реализующих собственную программу;

- объект – то, на что направлена активность субъекта;

- средства достижения цели;

- побудительные мотивы деятельности. К ним мы относим потребности и интересы субъекта, понимая под потребностями полагание отсутствующего необходимым, а под интересами - формы и способы удовлетворения потребностей. Существует огромное количество классификаций потребностей, например, одна из самых известных – это пирамида потребностей Маслоу, однако, ни количество выделенных потребностей, ни критерии их классификации, ни способы их удовлетворения не меняют дела-потребности и интересы являются теми факторами в деятельности субъекта, которые собственно и побуждают последнего к осуществлению деятельностных актов.

- ценности – как конечные основания целеполагания;

- условия осуществления деятельности, которые включают в себя

а) опредмеченную деятельность, то есть продукты предшествующих деятельностных актов, рядов и процессов;

б) свободу как способность субъекта контролировать условия собственного существования в качестве субъекта конкретного деятельностного акта, ряда, либо процесса. Свобода является необходимым условием осуществления любого вида деятельности, ибо если субъект не в состоянии обеспечить и проконтролировать условия достижения им же поставленной цели, то цель с большой степенью вероятности не будет достигнута, и это будет означать, что субъект, состоявшись как субъект целеполагания, не смог состояться как субъект целереализации и занял какое-то другое место в деятельностном акте ( в политической деятельности это чаще всего место объекта, то есть произошел процесс объективации субъекта).

- функцию как роль подсисемы в системе, то есть то, какую роль играет такая подсистема, как деятельностный акт, в более широкой системе деятельности, либо в процессе деятельности;

- обратную связь. Это необходимое структурное звено деятельностного акта, ряда и процесса, призванное обеспечивать эффективность осуществляемой деятельности посредством коррекции субъектом способов и средств достижения цели. Это возможно лишь на основе оценки полученных результатов от обратной связи. Иными словами, обратная связь – это однонаправленный информационно-коммуникативный процесс, имеющий вектор направленности от опредмеченной деятельности к субъекту. Если субъекта не устраивают результаты, то есть опредмеченная деятельность, то он имеет возможность ее либо корректировать, либо прекратить.

На сегодняшний день по поводу каждого их стуктурных звеньев деятельностного акта, и даже по поводу их количества, то есть включенности или невключенности в стуктуру того или иного компонента, существуют различные мнения и ведутся научные дискуссии, что еще раз доказывает возрастающую актуальность данной проблематики.

Не имеет однозначного решения упомянутая выше проблема коллективного субъекта – если субъект деятельности не один человек, то предлагается считать, что это коллектив субъектов15 на том основании, что не существует коллективного сознания, каждый человек – носитель сознания, а, значит, и субъектности. С этим трудно не согласиться, однако, мы считаем, что субъекты, объединенные общей и единой целью, в основе которой лежат одинаковые ценности и потребности, и для достижения которой определяются одинаковые средства, субъекты, которые ожидают единого общего результата, то есть заинтересованы в общем продукте их деятельности, могут относиться к категории коллективного субъекта, ибо они совместно реализуют собственную программу. Справедливости ради следует заметить, что такую ситуацию можно наблюдать нечасто, но, тем не менее, способность людей к формированию коллективного субъекта лежит в основе манипуляций массами, когда практическое сознание людей поддается влиянию другого субъекта, актуализирующего в массовом сознании какую-нибудь цель (часто ложную, то есть не основанную на ценностях и потребностях каждого индивида, однако, под влиянием аргументов воздействующего субъекта принимаемую за необходимую), и предлагающего пути и способы достижения этой цели.

Дискутируется также и проблема объекта деятельности, а именно тема возможности человека быть объектом. Да, человек носитель субъектности и способен быть субъектом, но он не всегда им может быть. В случае если  он выполняет действия, продиктованные чужой волей и не имеет возможности их не выполнять, мы имеем дело с объективацией субъекта, то есть человек есть объект в этом деятельностном акте. К этому виду объектов относится любая форма насилия, а также психического воздействия против воли людей, то есть манипуляция. Надо заметить, что не всегда "против воли" означает во вред тому, над кем совершается насилие, однако, всегда означает утрату субъектом контроля над условиями собственного существования, что и значит его объективацию.

Тема средств деятельности, обратной связи и условий осуществления деятельности также вызывает разногласия – относить их к отдельным структурным единицам деятельности, либо считать характеристиками субъекта?

Все эти разногласия свидетельствуют об активной научной работе, ведущейся в области теории деятельности, которая на сегодняшний день, независимо от противоречий в методологии ее исследования, является, на наш взгляд, основным и ведущим объяснительным принципом при анализе и описании социальных процессов, социальных структур и институтов. Независимо от того, какой точки зрения на структуру деятельности и определение основных ее понятий придерживается тот или иной ученый, выявление в социальном поле субъекта и объекта, средств осуществления деятельности, побудительных мотивов, конечных оснований целеполагания, необходимых условий для осуществления деятельностного акта дает возможность исследовать социальные процессы не только описывая их, но и объясняя, анализируя, вскрывая их сущность. В этом и заключается главное преимущество деятельностного подхода как объяснительного принципа, в результате применения которого не только расширяется исследовательская база социальной философии, но и появляется возможность для реализации таких функций научной теории, исследующей общество, как рекомендательная и прогностическая, что само по себе является чрезвычайно важным, особенно в современных условиях прогрессирующей глобализации и формирования единого информационного пространства.

 

Литература

 

  1. Анисимов С. Ф. Духовные ценности: производство и потребление, М.:Мысль 1988.
  2. Дридзе Т.М. Социальная коммуникация в управлении с обратной связью. //Социс, 1998, №10.
  3. Момджян К.Х. Социум. Общество. История. М.:Наука, 1994.
  4. Новейший философский словарь. Минск, 2001.
  5. Турен А. Возвращение человека действующего. Очерки социологии. М.:Научный мир, 1998.
  6. Уледов А. К. Духовная жизнь общества, М.:Мысль, 1980.
  7. Швырёв В.С. О деятельностном подходе к истолкованию "феномена человека"// Вопросы философии, 2001, №2.

 

 

  1. Швырёв В.С. О деятельностном подходе к истолкованию "феномена человека".// Вопросы философии, 2001, №2, с.107.
  2. См. Деятельность: теории, методология, проблемы. М.:Наука,1990.
  3. См. Лекторский В.А. Деятельностный подход: смерть или возрождение? //Вопросы философии, 2001, №2, с. 56.
  4. Лекторский В.А. Указ.соч.,с. 57.
  5. Новейший философский словарь. Минск, 2001, с. 311.
  6. См. исследования П.Я.Гольперина и А.Н.Леонтьева.
  7. Дридзе Т.М. Социальная коммуникация в управлении с обратной связью. //Социс, 1998, №10, с. 47.
  8. Турен А. Возвращение человека действующего. Очерки социологии. М., 1998, с. 42.
  9. Лекторский В.А. Указ. Соч., с. 65.
  10. Момджян К.Х. Социум. Общество. История. М.:Наука,1994, с.163.
  11. Момджян К.Х. Указ.соч., с.173.
  12. Фофанов В.П. Социальная деятельность как система, Новосибирск: Наука, новосибирское отделение, 1981, с.200.
  13. См. Уледов А. К. Духовная жизнь общества, М.:Мысль, 1980, с.68;   Анисимов С. Ф. Духовные ценности: производство и потребление, М.:Мысль 1988, с.35-37.
  14. Анисимов С. Ф. Указ. соч. с.37.
  15. См. Момджян К.Х. Указ.соч.


Другие статьи автора: Науменко Тамара

Архив журнала
к№3, 2019№2, 2019№1. 2019№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№4, 2017№2, 2017№3, 2017№1, 2017№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№4, 2015№2, 2015№3, 2015№4, 2014№1, 2015№2, 2014№3, 2014№1, 2014№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба