Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Credo New » №4, 2015

Владимир Щенников, Никита Равочкин
Интерпретация идеологических процессов Постмодерна через cовременные теории социального управления
Просмотров: 804

Щенников Владимир Петрович

Кемеровский Государственный Университет

Доктор философских наук

Shchennikov Vladimir Petrovich

Kemerovo State University

Doctor of science in philosophy

Равочкин Никита Николаевич

Кемеровская Государственная Медицинская Академия

Ravochkin Nikita Nikolaevich

Kemerovo State Medical Academy

e-mail: nickravochkin@mail.ru

УДК 316.33

Интерпретация идеологических процессов Постмодерна через cовременные теории социального управления

 

Аннотация: Понятие «закон» было придумано еще в античной Греции. И применяться оно сразу стало не только к физическим законам, т.е. природным. Изначально произошло разделение данного термина в применении и к природе, и к законам общества. Современная социология, изучая процессы, происходящие в обществе, опирается на различную методологию, но всегда учитывается, что человек, какой бы естественной частью природы он ни был, остается творцом собственной участи, собственного мира. Поэтому, то общество, в котором живет человек – это его совместное творение с другими такими же людьми. Хотя вряд ли все, кто продуцировал данный жизненный контекст, предполагали в результате получить именно то, что имеет и сейчас. Помыслить можно одно, но здесь вполне адекватно срабатывает фактор бессознательного, который всегда имеет место. Вот и получается, что результат совместной деятельности индивидов разнится с предполагаемым вариантом.

Ключевые слова: идеология, постмодерн, этнометодология, теория, коммуникация.

 

Postmodern interpretation of ideological processes through modern theory of social control

 

Abstract: The concept of «law» was invented back in ancient Greece. And it was immediately applied not only to the laws of physics, that is, natural. Initially, there was a division of the term as applied to nature and the laws of society. Contemporary Sociology, studying the processes occurring in society, based on different methodologies, but always take into account that a person, no matter how natural a part of nature as it is, is the creator of their own fate, their own world. Therefore, the society in which one lives — this is his co-creation with other such persons. Though hardly anyone who produced a given life context, as a result of expected to get exactly what he has now. Thoughts may be one thing, but here quite adequately factor in the unconscious works, which always takes place. It turns out that the result of joint activities of individuals varies with the intended goal.

 

Keywords: ideology, postmodernism, ethnomethodology, the theory, communication.

 

Интерпретация идеологических процессов Постмодерна через cовременные теории социального управления

 

По мнению Джорджа Ритцера, мир, в котором живет современный человек, является железной клеткой рациональных систем, из которой нет выхода. Все современное общество подвержено саморазрушению, причем на различных уровнях. Проблема современности в том, что люди оказались в зависимости от мира, который сами же создали. Об этом еще писал создатель теории массового общества испанский  социолог-эссеист  Хосе Ортега –и — Гассет в своей фундаментальной работе «Размышления о технике». Он представлял технику, как совокупность преображающих, ради удовлетворения человеческих потребностей, природу актов, а человек, посредством техники, приспосабливает среду под себя. Ортега считал, что проблема техники в ее избыточности. И здесь вполне уместно вспомнить о том, что «лень – двигатель прогресса», потому что техника уменьшает усилия человека, и, изменяя обстоятельства, улучшает его жизнь. Поэтому утверждение Ритцера о том, что «современный мир вступил в постмодернистскую эру, для которой характерны отсутствие аутентичности, фальшь, симуляция реальности» вполне может соответствовать действительности [1].

Но сначала определимся с понятием «постмодернизма». Мы будем понимать его как  особый теоретический подход, изначально не признающий четких дисциплинарных границ в рамках гуманитарного знания, что связано с новым представлением о социально-культурной реальности, не придающим большого значения автономии различных сфер и «подсистем» общества. Этот подход выражается, в частности, и в размывании четкой границы между «культурным» и «социальным».

Возникнув еще в 1950-х годах, постмодернизм через тридцать лет

сформировался в идейное течение, в котором прослеживалось единство философских и общетеоретических предпосылок и методологических подходов. И нет ничего удивительного в том, что он проник во все сферы социально-гуманитарного знания. Социология исключением не стала. Он оказался нов, удобен и оригинален, с его отказом от идеи линейного развития истории, от принципа  универсальности исторического развития и от идеи прогресса.

Актуальным для постмодернизма становится представление о неопределенности и поливариантности социального  мира, лишенного черт тотальности и выстроенности. То, что раньше рассматривалось в рамках целостности, теперь предстает как неустойчивая совокупность  локальных фрагментов, слабо скоординированных друг с другом, а потому таящих в себе многообразие возможностей дальнейшего развития.

В свое время французский философ и социолог Р. Арон говорил о том, что постмодернистская формула «конец идеологиям» «внушает скептицизм по отношению к глобальным системам интерпретации исторического мира, от имени которого одна партия вообразила себя исполненной особой миссией и призванной к ниспровержению существующего порядка и построению абсолютно нового. Ни марксизм-ленинизм, ни фашизм, ни либерализм не пробуждают больше веры, сворачивающей горы». Так происходит «атомизация» социального, в том смысле, что каждый человек оказывается предоставленным самому себе и структурирует свою деятельность по своему разумению (учитывая, естественно, внешние обстоятельства) [2].

В современной России законодательно на конституционном уровне зафиксирован отказ от какой-либо государственной идеологии. Но, как мы видим, данный феномен, в принципе, не упраздним. В таком случае следует понять, что такое «идеология» и какие процессы с ней связаны, поскольку можно много говорить о неидеологическом характере российской политической системы, однако он оправдан только как система промежуточная на период создания системы [3].

Смысловое понимание слова  «идеология» часто изменялось, причем, весьма радикально. Под идеологией мы будем понимать «систему  взглядов и идей, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности и друг к другу, социальные проблемы  и конфликты,  а также содержатся цели (программы) социальной деятельности, направленной на закрепление или изменение  (развитие)  данных общественных отношений».

Доказанный М. Поланьи тезис — человек существо идеологическое говорит о том, что механизм социального сознания, изначально предвзят. Ведь еще Аристотель заметил, политизированность человеческой особи в социуме. «Человек обречен «делать идеологию» и в политике, и в науке, и в обыденном сознании. Поэтому в обществе не может быть никакого «конца идеологии», провозглашенного в XX веке под лозунгом «наука вместо идеологии» некоторыми философами, впечатленными научно-техническим развитием и поспешившими объявить вытеснение идеологического (ценностного) сознания технократическим сознанием».

Американский социолог Льюис Козер, являющийся автором теории позитивно-функционального конфликта полагал, что стабильность социальной системы напрямую зависит от борьбы интересов, которые заключены в аксеологическом конфликте, в претензиях на статусность или власть. По мнению Л. Козера, социальные конфликты выполняют такие позитивные функции, как интеграция социальной структуры, укрепление межличностных отношений, разрядка отношений в обществе [4].

Состояние современного мира таково, что происходят перманентные  системные трансформации, порождающие в обществе  повышенный уровень конфликтогенности в различных сферах. Конфликты бывают ролевыми и социальными. Последние выражаются в попытке «достижения вознаграждения путем подчинения, навязывания своей воли, удаления или даже уничтожения противника, стремящегося достичь того же вознаграждения». Естественно, что доминирующими моментами здесь является четкая направленность, наличие инцидентов и жесткое ведение борьбы [5].

Следует учитывать, что конфликт не всегда деструктивнен, зачастую он несет в себе конструктивные, т.е. созидающие тенденции, и в этом случае, вполне уместно говорить о ценности конфликта. Он выделяет
те проблемы, которые требуют решения, тем самым позволяя улучшить качество принимаемых решений. Любой конфликт – это межличностное общение, которое требует определенных навыков. Кроме того, конфликт помогает самопознанию. Это также способ разрядки враждебности или обиды, причем он в состоянии стимулировать и возбуждать азарт.

Существует множество различных классификаций конфликтов. Р. Дарендорф дает одну из наиболее широких классификаций конфликтов. По источникам возникновения — конфликты интересов, ценностей, идентификации. По социальным последствиям — успешные, безуспешные, созидательные или конструктивные, разрушительные или деструктивные. По масштабности — локальные, региональные, межгосударственные, глобальные, микро-, макро-, и мегаконфликты. По формам борьбы — мирные и немирные. По особенностям условий происхождения эндогенные и эксогенные. По отношению субъектов к конфликту — подлинный, случайный, ложный, латентный. По использованной сторонами тактики — сражение, игра, дебаты [6].

Всегда следует помнить, что «человек – участник конфликта воспроизводит конфликтное поведение, пока не осознает механизм этого воспроизводства (или выгоды, мотивы своего поведения), пока он не поймет, зачем конфликт ему нужен и чем можно заменить подобное поведение. Процесс осознания не так прост, однако иначе изменить что-либо в собственной жизни или в жизни организации практически невозможно».

Если конфликт разрешен, то масса проблем сразу же снимается. Интересно, что есть конфликты, которыми чрезвычайно сложно управлять. Об одном подобном примере говорил ныне покойный Папа Римский Иоанн Павел II. Это касалось палестино-изрильских отношений. По его мнению есть два пути урегулирования: это Божий Промысел или если арабы и евреи договорятся. Как полагал Папа, поскольку второй вариант невозможен, остается уповать на первый.

Основы феноменологического направления были заложены австро- американским философом и социологом Альфредом Шюцем (1899- 1959). Согласно его теории, человек познает социальную реальность через изучение повседневной жизни, анализ «обыденного сознания». И та система ценностей, которую он усвоил в процессе социализации, а также накопленный жизненный опыт, позволяют ему оценить, что для него возможно и допустимо, а что абсолютно исключено. По мнению Шюца, возможность объективного понимания человеческих взаимодействий заложена в самой основе повседневной жизни, т.е. в «мире повседневности».

Социологический подход — крупное научное направление, которое, фиксировано ограничивало  повседневность, вынося «за скобки» все «лишнее», в лучших методологических традициях феноменологии.

Повседневность была показана как особая реальность, противоположная иным модусам человеческого бытия. Мир повседневной жизни – это ментальная структура, конструируемая в процессе межличностного взаимодействия с помощью смысловых моделей реальности, содержащихся в разговорном языке и языках невербального общения.

Феномен повседневности многопланов, поскольку с ним связаны язык, речь, коммуникация, взаимодействие, труд, воображение, сознание, понимание, интерпретация и другие аспекты жизни  человеческого общества. Структуры повседневности, как специфически организованные пространства общества, образуют фундамент всех социальных институтов.

Повседневность — это условие человеческой жизнедеятельности, организация и институализация человеческих отношений, естественное «здесь и сейчас» бытие человека. В социальность повседневности входит обширный спектр необходимых потребностей и интересов человека. Повседневность это мир, в котором огромную роль играет обычай, житейский опыт, здравый смысл, т.е. те составляющие, которые складывают индивидуальную человеческую ментальность.

Анализируя мир повседневности, можно понять природу социальных явлений. Если, к примеру, либеральная политическая ориентация западноевропейских государств дает стимул для развития человеческой индивидуальности и среднестатистический европеец хорошо умеет это чувствовать, то, памятуя о той ситуации, которая на сегодняшний день сложилась в Украине, мы видим, какими бы демократическими лозунгами не прикрывалась ситуация, государство оказалось со слабым руководителем, допустившим переворот. И вряд ли в момент гражданской войны и того состояния повседневности, в котором находится сейчас страна, люди думают об индивидуализации. Им бы выжить. Теперь постоянно присутствующий страх, в том числе и мобилизации, являтся их идеологией повседневности.

Этнометодологическое направление в социологии является одним из самых «молодых». Его появление связывают с именем американского социолога Гарольда Гарфинкеля (1917-2011). И менно он ввел в научный оборот термин «этнометодология». означающий методы, которые используют люди, конструируя социальный мир.

Этнометодологи рассматривают социальную реальность как продукт интерпретации людей, которые живут в мире смыслов, толкований, постоянно создаваемых ими. Поэтому каждый индивид, вступая во взаимодействие с другими, уже имеет представление о том, как оно должно протекать, поскольку, как полагает Гарфинкель, существуют «невидимые» для самих людей правила, которыми они руководствуются в повседневной жизни. В человеческом обществе существует множество само собой разумеющихся условностей, нарушение которых приводит к конфликтам. Этнометодология критикует методы традиционной социологии как искусственное наложение готовых схем на реальное человеческое поведение, тогда как социальный мир, по их мнению, состоит только из конструкций и интерпретаций самих людей

Этнометодология, вскрывая глубинные аспекты социального взаимодействия, в отличие от символического интеракционизма, признает существование общества в форме перманентного создания «впечатления социального порядка». Такая точка зрения сосредоточена на проблемах повседневного общения и совместного взаимодействия. Можно добавить, что повседневные действия — это совокупность выработанных «условных рефлексов» или привычек

И здесь, в связи с идеологией нельзя не вспомнить тему Бодрийяра о «конце социального». Он говорил, что социальное растворяется, разжижается в массе.  Теория масс – это тема Ортеги, но Бодрияр ее усугубляет, введя дополнительную проблему. Он называет, практически весь мир, «обществом потребления». И теперь дело даже ни в элите или массе, а в том, что обществом потребления – оно везде. Мы живем в эру супермаркетов.

И Бодрийяр предпринимает такую попытку создания принципиально новой теории об обществе. Проблема идеологии общества потребления заключается в том, что люди находятся в эйфории — в эйфории равенства возможностей. Бодрийяр вводит эгалитарный миф. Он, в общем- то, отмечает идеологическую роль вещей. Их чрезмерность на количественном уровне.

Речь идет об «антисоциальной» теории с принципиально новыми понятиями. Бодрийяр свою теорию ассоциирует с «патафизикой» – «наукой воображаемых решений», заявляя, что это единственный путь отражения реальности, в которой сегодня оказалось человечество.

Все, что связано с идеологией на любом уровне – это дискурс, во всем его многоплановом проявлении. Если дискурс представляет собой ограниченную область высказываний, то сразу встает вопрос о том, кто выбирает дискурс, кто говорит, кто обладает властью диктовать другим рамки того, что они могут сказать. Естественно, это не отдельный человек, потому что он вписан в сеть отношений и взаимоотношений, которые определяют, что он может и должен делать в самых различных ситуациях.

Более того, т.к. дискурс скрыто присутствует в мыслях и действиях людей, они – поскольку не осознают его присутствия – не могут оказывать на него никакого влияния.

Дискурс предписывает, но не говорит. Это «не-говорение» можно сравнить с понятием «не-коммуникации», введенным Ж. Бодрийяром. Согласно Бодрийяру, коммуникация – это не просто процесс передачи или приема информации, независимо от того, присутствует обратная связь или нет [7].

Настоящая коммуникация-общение всегда предполагает ответ. Однако в эпоху модернизации и массовизации производства, появления средств массовой информации и коммуникации символическое вытесняется из сферы отношений людей. «Не-коммуникация» представляет собой систему, где «… ответ уже включен в вопрос… это слово, которое отвечает самому себе при помощи симулированной возможности ответа, причем в данном случае абсолютизация слова, прикрытая формальной маской обмена, является самим определением власти». Другими словами, существующий дискурс заставляет людей говорить то, что он хочет услышать. Несмотря на то, что два понятия («не-говорение» и «не-коммуникация») введены для обозначения различных вещей, по сути они означают одно и то же: дискурс диктует людям свои условия.

Вот она – работа идеологии на самых верхах власти. Именно данный метод используется политиками для решения самых разных вопросов, вплоть до межгосударственных. Вопросы решаются, но могут быть и исключения, в случае, когда дискурс не работает, если происходит конфликт идеологий, как, например, в случае с различными экстремистскими группами. Или если, в качестве идеологического дополнения вводится фактор «информационной войны». Вернемся ко все той же Украине. На сегодняшний день там идеологическим лозунгом выступает «Россия – враг номер один».

Дискурс придется менять, потому что, согласно Фуко, мена типа дискурса связана, со сменой властных отношений и ничем не предопределена, исторически случайна.

Эпоха постмодерн привносит не только свои жизненные коррективы в мир, но и дает способы их решения, может быть не всегда привычные и стандартные, зато весьма действенные. Главное, чтобы из любой экзистенциальной ситуации ( а современная социальность к этому приводит) был адекватный выход.

Литература

  1. Арон Р. Эссе о свободах. – М.: Праксис, 2005. – 208 с.
  2. Белявский Ю.А. Идеологические процессы в современном российском обществе. – М. 2012. Автореф. дисс. к.соц.н.
  3. Бодрийяр Ж. Реквием по медиа // К критике политической экономии знака. – М.: Академический Проект, 2007. – 335 c.
  4. Йоас Х., Кнебль В. Социальная теория. 20 вводных лекций. – М.: Алетейя, 2014. – 840 с.
  5. Козер Л. Функции социального конфликта. – М.: Идея-Пресс, 2000. – 208 с.
  6. Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд. — СПб.: Питер, 2002. — 671 c.
  7. Шеллинг Т. Стратегия конфликта. – М.: ИРИСЭН, 2014. – 368 с.

 

[1] Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд. — СПб.: Питер, 2002. — С. 16.

[2] Арон Р. Эссе о свободах. – М.: Праксис, 2005. – c. 53

[3] Белявский Ю.А. Идеологические процессы в современном российском обществе. – М. 2012. Автореф. дисс. к.соц.н. – с. 6.

[4] Козер Л. Функции социального конфликта. – М.: Идея-Пресс, 2000. – с 23.

[5] Йоас Х., Кнебль В. Социальная теория. 20 вводных лекций. – М.: Алетейя, 2014. – с. 260-261

[6] Шеллинг Т. Стратегия конфликта. – М.: ИРИСЭН, 2014. – 368 с.

[7] Бодрийяр Ж. Реквием по медиа // К критике политической экономии знака. – М.: Академический Проект, 2007. – с. 239.



Другие статьи автора: Щенников Владимир, Равочкин Никита

Архив журнала
к№3, 2019№2, 2019№1. 2019№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№4, 2017№2, 2017№3, 2017№1, 2017№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№4, 2015№2, 2015№3, 2015№4, 2014№1, 2015№2, 2014№3, 2014№1, 2014№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба