ЗакрытьClose

Вступайте в Журнальный клуб! Каждый день - новый журнал!

Журнальный клуб Интелрос » Фома » №11, 2016

Николай Тютяев
Земле положено вращаться
Просмотров: 134

Журнал Фома.

Поэзия Николая Тютяева в рубрике Павла Крючкова

Какими, спрошу я себя, путями происходят счастливые встречи с неизвестными нам доселе талантами — из прошлых и настоящих времён? Чаще всего через чтение, и эти встречи оказываются для нас открытиями. А бывает, что и через нашего ближнего.

О Николае Тютяеве (1946—1996) я впервые услышал от подмосковного поэта и книгочея Валерия Лобанова, чьи стихи выходили однажды в «Строфах». Услышал недавно. А ему, в свою очередь, это имя открылось ещё в конце  1990-х годов, в родовых для обоих местах — в Ивановской области. Рассказали знакомые. Тогда Лобанов и раздобыл единственную прижизненную книгу Тютяева, изданную за полгода до его кончины. И чтение поразило.

Из этой книжки я, главным образом, и выбирал стихи. Из тютяевской «Благой вести».

Она, это важно, не появилась бы без патриота ивановского края, писа­теля и редактора Виталия Сердюка (1934–2009), когда-то пере­правив­шего сочинения своего одарённого единоземца в антологию «Час Рос­сии», которую составлял писатель Виктор Астафьев.             

У неведомого ему поэта Астафьев выбрал стихотворение «Отпели хромки и тальянки…», включенное и в нашу подборку. Так Николай напечатался в первый раз.

Мало сказать, что его судьба сложилась трудно. Тут нужны какие-то другие слова. В молодые годы он взял на себя вину старшего брата, который, защищая мать от истязаний пьяного отца (ко всему, председателя колхоза), не рассчитал свои силы и убил родителя. Юный Коля Тютяев получил десять лет. Незадолго до смерти Николай рассказал, что о страшном подвиге его попросила мама: «Ты малолетка, тебя не расстреляют…»

…Он жил одиноко в маленьком поселке Нерль, работал клееваром и вахтёром. Знавал безработицу, недоедание. Чтобы покрыть расходы за издание книги, продал холодильник.

Умер этот влюблённый в поэзию, высокоталантливый человек в Рождественские дни: истощённый туберкулёзом и другими хворями, потерял сознание недалеко от больницы.

Память по себе Николай Сергеевич оставил светлую.

Ныне о нем рассказывают в местных музеях и школах.

Павел Крючков, заместитель главного редактора журнала «Новый мир»

0_f73e5_c166543b_orig

Река Нерль. Источник фото.

 

* * *

Не дари мне, позёмка, горностаевых шуб.
Спой ты мне отходную, прощальную песнь
О прошедшем огни, громы медных труб,
И изведавшем всё, что творится здесь.

Перезревшей душе докучает гам.
Этих жил и костей досаждает груз.
Впору ей испытать, что таится Там,
В лабиринтах снов, в кабинетах муз.

Как ласкает слух запредельный зов!
Не пойму — то ли он? — то ли песня твоя?..
Как созвучны они! Это гул веков.
Это родственный голос услышал я.

 

* * *

Отпели хромки и тальянки.
Пройдут селом по вечерам
Девчонки, словно иностранки,
Ещё сопливые вчера…

Ошпарит гром магнитофона,
Хлестнёт духов густой букет…
И бабка деда Агафона
Перекрестится им вослед.

Земле положено вращаться,
Катушкам  — более того.
Осталось только достучаться
До тайны сердца своего.

 

Русь-Россия

Я дождусь твоего возвращения.
Лишь однажды растают снега —
Глянут в воды второго крещения
Травяные твои берега.

Знаю, сколько б тебе ни исполнилось
В небесах и по книге земной,
Но вторая — и вечная молодость
— За тобой! За тобой! За тобой!

Это только твоя привилегия:
Мчаться, падать — и снова вставать, —
Чтобы крепче держался в телеге я,
Чтобы помнил родимую мать.

Но не только для красного словушка
Родилась ты однажды на свет.
Разневестишься — грянет соловушка! —
Жениха голосистее нет.

Не о той ли малиновой свадебке,
Иссечённый вчерашним смерчём,
В возрождённой из пепла усадебке
Свиристит уцелевший сверчок?..

И душе перетруженной тужится
Не о тех ли, сиявших в ночах, —
Не сегодняшних, ставших как лужицы, —
О бездонных, как небо, очах…

Как ни призрачен день отпущения
Превеликих и малых грехов, —
Я дождусь твоего возвращения
К серенадам твоих женихов.

 

* * *

(Из цикла «Запретная зона»)

Не хвалюсь, что был и я там,
Что постиг земное дно.
Просто клеток каждый атом
И вселенная — одно.

Всё, что было, всё, что будет,
Всё, к чему причастен ты,
Пред тобою — как на блюде,
В резком блеске наготы.

И не спрятаться, не скрыться,
Все любя или круша,
От себя. Успей побриться —
И сказать: «Суди, душа».

 

* * *

Мне не терпится, выев глазами
Мох в пазу и сучок на бревне,
И невольно сравнив с образами,
Встретить Бога на мокром гумне.

Я хочу, если только не струшу,
Глубочайше его попросить
И мою оприходовать душу,
Ибо больше не в силах жить.

 

* * *

Я пытал свою судьбу
Завалящую —
Через горе и беду
Настоящую.

Глубока моя вина.
Широка моя страна.

Приняла и обняла,
И поверила
Всё впитала, всё взяла,
Всё измерила.

Видно, втайне о душе
Помолилася.
В море слёз моя слеза
Растворилася.

Я пытал свою судьбу,
Зажигал свою звезду.

Ты, звезда моя, звезда
Восходящая! —
Ты и радость, ты и боль —
Настоящая!

 

На заставке: источник фото (фрагмент).



Другие статьи автора: Тютяев Николай

Архив журнала
№2, 2017№12, 2016№1, 2017№9, 2016№10, 2016№11, 2016№7, 2016№8, 2016№6, 2016№5, 2016№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№12, 2015№11, 2015№10, 2015№9, 2015№8, 2015№7, 2015№6, 2015№5, 2015№4, 2015№3, 2015№2, 2015№1, 2015спецвыпуск "Герои"№12, 2014№11, 2014№10, 2014№9, 2014№8, 2014№7, 2014№6, 2014№5, 2014№4, 2014№3, 2014№2, 2014№1, 2014№12, 2013№11, 2013№10, 2013№9, 2013№8, 2013№7, 2013№6, 2013№5, 2013№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013 №12, 2012№11, 2012№10, 2012№9, 2012№8, 2012№7, 2012№6, 2012№5, 2012№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№12, 2011№11, 2011№10, 2011№9, 2011№8, 2011№7, 2011№6, 2011№5, 2011№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№12, 2010№11, 2010Спецвыпуск "Год учителя" 2010№10, 2010№9, 2010№8, 2010№7, 2010№6, 2010№5, 2010№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№12, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№5, 2009№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№7, 2007 №5, 2007
Журналы клуба