Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Фома » №6, 2010

Владимир Легойда
ДЕТСКАЯ ТЕМА, или Совершенно неправильные мысли о воспитании детей
Просмотров: 1560

Несколько месяцев назад, когда моей дочке Лизе исполнилось полтора года, к ней приходил доктор. Женщина-врач несколько раз спрашивала нас, умеет ли Лиза правильно собирать пирамидку — так, чтобы большие кольца были снизу, маленькие сверху. Вообще-то Лиза пару раз собрала пирамидку правильно, хотя обычно делает это вразнобой. Эта «пара раз» явно не устраивала детского доктора. Правда, увидев, что девочка в таком возрасте уже вполне осознанно разговаривает, различает право и лево и может (правда, пока с помощью папы) наизусть прочитать почти до конца «У Лукоморья дуб зеленый», врач несколько успокоилась, сказав нам, что в принципе ребенок развит нормально. И на том спасибо. Хотя мне, честно говоря, кажется, что Лизе просто... не очень интересно собирать пирамидку правильно. Ну скучно и все тут. Да и сам я на ее месте интересовался бы скорее не унылой линейной последовательностью, а тем, какие замысловатые конфигурации можно получить, складывая кольца «неправильно»...

 

Так и воспитание детей очень неохотно поддается алгоритмизации, в нем немало иррационального и не так много абсолютно универсальных правил. Наверное, меня поправят — и, может быть, справедливо — педагоги и детские психологи. Однако в ответ им можно, пожалуй, вспомнить критику воспитания знаменитого Бенджамина Спока и его личные проблемы, — а ведь его системе так доверяли женщины, в том числе и советские, последней трети ХХ века. Или привести примеры того, как, по собственным признаниям, не удерживался на педагогическом канате Антон Макаренко или проваливались в педагогическую пропасть его ученики, применяя в своей работе вроде бы те же методы, что и их великий учитель.

А вообще — возможно ли прописать досконально разработанную систему правил воспитания ребенка? — Где зона ответственности родителей, где — школы; до каких пор родители должны вмешиваться в развитие ребенка, а какую долю свободы предоставлять ему, в каком возрасте и в каких формах вводить ребенка во «взрослую» проблематику (как это ни странно, я имею в виду не в последнюю очередь материальные проблемы семьи) и т. д. Педагогических школ очень много — и все они разные. Одни утверждают, что все основное в ребенке формируется до пяти лет, другие говорят — до семи, третьи — вообще до двух. И если вы в этот период ребенка «упустили» — то поезд ушел, окончательно и бесповоротно... В том числе поэтому разнообразные педагогические системы и подходы кажутся мне в значительной степени условными. Я не о том, что они не нужны или бесполезны; совсем нет. Просто в отношениях родителей и детей велика доля иррационального, точно так же, как в отношениях мужчины и женщины (а если, к тому же, вспомнить тот факт, не слишком любезный сердцу педагога, что дети рождаются с определенной половой принадлежностью, а не обретают ее постепенно под чутким руководством старших...). Ни одна из педагогических систем не сможет дать конечного, совершенного, абсолютно надежного ответа на вопрос: как воспитывать ребенка. И попытка найти главный ответ лежит вовсе не в области педагогики и даже шире — не в области научного знания.

Это может прозвучать банально и слишком общó, но от этого истинность не изменится: нет лучшего советчика в воспитании детей, чем любовь. В уже давнее советское время одного специалиста по воспитанию детей коллеги спросили, в какую школу (ближнюю, продвинутую, специализированную) он отдает своего сынишку. Посмотрел он умными глазами и ответил: «В ту, где в первом классе учительница добрая». Ведь именно доброта, именно любовь помогают родителю (воспитателю) правильно чувствовать ребенка, а ребенку — чувствовать родителя. Удивительно точно это описал замечательный российский ученый Николай Тимофеев-Ресовский. О своем гимназическом учителе он говорил так: «Павел Викторович обладал замечательным свойством, нужным, собственно, всякому преподавателю: я был человек, так сказать, трудно поддающийся дисциплинированию, порядку и всяким приказам и наказам, но я не мог огорчить Павла Викторовича Терентьева» (курсив мой. — В. Л.). Ребенка надо воспитывать так, чтобы он не мог обидеть своего родителя или воспитателя. В сущности, именно такое чувство мы и называем страхом Божиим.

И действительно, когда мы говорим о страхе Божием, то не имеем в виду, что при мысли о Боге христианин должен дрожать как осиновый лист, прятать голову в кусты или покрываться холодным потом. Речь о другом: христианин должен ощущать постоянное присутствие Бога в своей жизни прежде всего как присутствие всеобъемлющей любви. Любви личной, живой, не абстрактной. Любви, которой просто невозможно не ответить: страшно подумать, в какую бездну я низвергнусь, если Ему не отвечу, если отвернусь.

А ведь дети изначально любят нас. Помните у Вересаева:

— Мама, ты меня любишь?

— Когда ты хороший мальчик, люблю, а когда плохой — нет.

Вздохнул.

— А я тебя всегда люблю.

К чему это обязывает нас, взрослых? У меня отцовский опыт пока небольшой, но я уже успел заметить, что два совершенно разных метода воспитания — например, шлепок или попытка словесного объяснения — с точки зрения результата могут оказаться одинаково действенными. Даже для совсем маленьких детей. Вопрос в том, какие последствия оставят в душе ребенка эти методы. С чем моя дочка будет жить, когда меня уже не будет? Мне кажется, что если, выстраивая отношения с детьми, мы будем исходить не только (и не в первую очередь) из результативности наших действий, то сможем находить правильные пути...

Иногда звучат слова о том, что родители должны оставлять детям больше свободы выбора — особенно в том, что касается выбора веры. Мне это кажется странным. Почему мы не должны говорить детям о том, что дорого нам самим? Один из авторов «Фомы» замечательно написал об этом: у нас нормальным считается рассказывать ребенку об истории древнего мира или о самолетах, если мы сами этим увлекаемся, но как только дело доходит до самого главного — до веры в Бога — тут мы должны осечься, дескать, «нет-нет, ребенок это должен выбирать сам». Почему сам? Почему бы ему самому тогда не выбирать себе еду, одежду и школу? Почему о пище телесной мы вправе иметь попечение, а о духовной — нет? По моим ощущениям, если родители отстаивают такую точку зрения, то это попытка уйти от ответственности... А если посторонние, так на то они и посторонние, чтобы судить смело, рубить наотмашь и ни за что не отвечать. Больно, когда в позиции посторонних оказываются специалисты по воспитанию.



Другие статьи автора: Легойда Владимир

Архив журнала
№10, 2019№9, 2019№8, 2019№7, 2019№6, 2019№5, 2019№4, 2019№3, 2019№2, 2019№1, 2019№12, 2018№11, 2018№10, 2018№9, 2018№8, 2018№7, 2018№6, 2018№5, 2018№4, 2018№3, 2018№2, 2018№1, 2018№12, 2017№11, 2017№10, 2017№9, 2017№8, 2017№7, 2017№6, 2017№5, 2017№4, 2017№3, 2017№2, 2017№1, 2017№12, 2016№11, 2016№10, 2016№9, 2016№7, 2016№8, 2016№6, 2016№5, 2016№4, 2016№3, 2016№2, 2016№1, 2016№12, 2015№11, 2015№10, 2015№9, 2015№8, 2015№7, 2015№6, 2015№5, 2015№4, 2015№3, 2015№2, 2015№1, 2015спецвыпуск "Герои"№12, 2014№11, 2014№10, 2014№9, 2014№8, 2014№7, 2014№6, 2014№5, 2014№4, 2014№3, 2014№2, 2014№1, 2014№12, 2013№11, 2013№10, 2013№9, 2013№8, 2013№7, 2013№6, 2013№5, 2013№4, 2013№3, 2013№2, 2013№1, 2013 №12, 2012№11, 2012№10, 2012№9, 2012№8, 2012№7, 2012№6, 2012№5, 2012№4, 2012№3, 2012№2, 2012№1, 2012№12, 2011№11, 2011№10, 2011№9, 2011№8, 2011№7, 2011№6, 2011№5, 2011№4, 2011№3, 2011№2, 2011№1, 2011№12, 2010№11, 2010Спецвыпуск "Год учителя" 2010№10, 2010№9, 2010№8, 2010№7, 2010№6, 2010№5, 2010№4, 2010№3, 2010№2, 2010№1, 2010№12, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№5, 2009№4, 2009№3, 2009№2, 2009№1, 2009№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№7, 2007 №5, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба