Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Русская жизнь » №24, 2008

Драмы
Просмотров: 2118

Драмы. Часть 1. Художник Андрей Гордеев-Генералов

Белых

Лидер распущенного Союза правых сил Никита Белых станет губернатором Кировской области. Кандидатуру Никиты Юрьевича внес на рассмотрение кировского заксобрания президент Медведев, и, может быть, когда этот номер журнала увидит свет, Никита Белых даже уже будет утвержден в новой должности.

Для любого политика приход к власти — это успех. Но приход к власти — это все-таки победа на выборах, а когда политика назначают на должность — это уже не приход к власти, а трудоустройство во власть. Никита Белых, который до сих пор был оппозиционером, поступил на государственную службу, и неудивительно, что соратники и единомышленники не спешат его поздравлять. Кто-то сдержанно радуется («Это личный выбор Никиты, я к нему отношусь с уважением, пусть даже лично мне выбор этот не нравится. Никита в большей степени человек практического склада, с бизнес-жилкой, ему эта работа подойдет», — Владимир Милов), кто-то возмущается («Никита Белых продал душу дьяволу», — Мария Гайдар). Некоторые даже говорят, что должность губернатора — это такое вознаграждение за то, что Никита Белых не стал сопротивляться поглощению СПС и участвовать в проекте «Солидарность» вместе с Гарри Каспаровым.

Поздравлять бывшего лидера СПС действительно не с чем. Даже если учесть, что Никита Белых — мягко говоря, совсем не академик Сахаров и не Че Гевара, и роль избиваемого ОМОНом героя «маршей несогласных» для него по всем признакам гораздо менее естественна, чем губернаторское кресло, такой «приход к власти» — это явно совсем не то, о чем мечтал Никита Белых, когда его политическая карьера только начиналась. Но не стоит и обвинять нового кировского губернатора в том, что он изменил каким-то там идеалам. Ничему он не изменил. В том, что прийти к власти в современной России можно только вот таким негероическим способом, нет никакой вины бывшего лидера СПС. Это не он отменял губернаторские выборы, это не он строил вертикаль, это не он корежил партийную систему до ее нынешнего маразматического состояния. Не Никита Белых виноват в том, что прийти к власти сегодня — значит устроиться на работу во власть.

Алексанян

Мосгорсуд принял решение об освобождении из-под стражи бывшего исполнительного вице-президента компании ЮКОС Василия Алексаняна под залог в 50 миллионов рублей. Алексанян, которого арестовали весной 2006 года по обвинению в хищении акций и имущества «Томскнефти» на сумму более 12 млрд руб., — это, может быть, самый трагический фигурант дела ЮКОСа. В тюрьме он переболел туберкулезом и почти лишился зрения, потом у него был обнаружен СПИД, а потом — рак лимфатической системы. С начала нынешнего года Алексанян лежит в больнице, оставаясь при этом заключенным. Его адвокаты говорили, что в больнице Алексаняна приковывают наручником к койке. Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин, навещавший Алексаняна в больнице, назвал пыткой условия его содержания в этом лечебном учреждении. Наконец, совсем недавно, в ноябре, Алексаняну удалили селезенку — возможно, именно этот эпизод стал последней каплей, заставившей суд принять решение об освобождении его под залог.

Теперь эта кафкианская история вроде бы заканчивается. Как только два миллиона долларов залога поступят на счет Мосгорсуда, конвой уйдет из палаты, и Алексанян (по крайней мере, до приговора) станет свободным человеком. Это обстоятельство позволяет некоторым комментаторам говорить о смягчении отношения властей к фигурантам дела ЮКОСа — тем более что совсем недавно бывшему юристу компании Светлане Бахминой позволили родить ребенка не в мордовской колонии, а в подмосковной клинике, а Михаилу Ходорковскому впервые за 4 года, проведенных за решеткой, удалось доказать в читинском суде неправомерность последних взысканий, наложенных на него администрацией колонии, в которой он сидит. В общем, мы видим, как торжествует гуманизм. Почему же никто не радуется?

ДПНИ

Вообще, гуманизм у нас в стране в последние недели 2008 года как-то совсем восторжествовал. Лидера Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ) Александра Белова какие-то неизвестные доброжелатели избили железными прутьями. По поводу того, сильно ли он пострадал, информация достаточно противоречивая (соратники Белова склонны к преувеличениям), но с тем, что нападение было, Белова действительно били, не спорят даже его оппоненты. А на следующий день после избиения Белова погиб в автоаварии его заместитель Иван Лебедев. Сам погиб или убили — пока непонятно, но ситуация выглядит тревожно.

ДПНИ — организация достаточно радикальная, любое публичное выступление того же Белова — готовый материал для уголовного дела по 282-й «экстремистской» статье УК, и, чего уж там, желающих побить Белова в Москве и Подмосковье всегда было достаточно, одна «антифа» (радикальные антифашисты) чего стоит. Радикальный национализм и насилие — явления, в общем, близкие. Оппоненты Белова даже высказываются в том духе, что он сам давно нарывался и правильно получил. Сторонники ДПНИ, в свою очередь, уверены, что избиение связано с желанием властей сорвать намеченный на 12 декабря очередной «русский марш». За любую информация о нападавших ДПНИ обещает заплатить какие-то большие деньги. Если найдут виноватых — наверное, тоже побьют. Так у них, у радикальных националистов, принято.

Меньше всего хочу становиться на сторону ДПНИ, но все же ситуация кажется мне отвратительной. Произошло нападение на известного общественного деятеля, лидера вполне популярной партии (неважно, что незарегистрированной), которая на любых свободных выборах легко преодолела бы семипроцентный барьер. Сразу после этого нападения погибает другой видный активист этой партии. По-хорошему, ситуацию должен был бы прокомментировать министр внутренних дел, а то и взять под личный контроль президент. Должно начаться следствие, в конце концов.

Вместо этого преступников ищут сами соратники Белова, государство молчит, как будто и нет его, ну и антифашистская общественность еще злорадствует.

На таком фоне поневоле в фашисты запишешься.

«Дуэль»

Замоскворецкий суд Москвы закрыл газету «Дуэль», удовлетворив тем самым иск Россвязькомнадзора, обнаружившего в публикациях газеты «призывы к осуществлению экстремистской деятельности». Мне нечего возразить судьям и чиновникам-истцам — «Дуэль» действительно была вполне экстремистской газетой. Достаточно сказать, что опубликованная в «Дуэли» статья, послужившая поводом для иска, называлась «Ветераны войны — штурмовые отряды еврейских расистов». В разное время на страницах газеты публиковались сериалы о двойнике Бориса Ельцина, изображавшем президента России после смерти настоящего Ельцина в 1996 году, о том, что американцы не были на Луне, и, конечно, о «жидах» — это слово также не было в «Дуэли» запрещенным. Желающих узнать подробности об этой газете отсылаю к опубликованному этой весной в «Русской жизни» интервью основателя и главного редактора «Дуэли» Юрия Мухина (самого Мухина, кстати, тоже сейчас судят за экстремизм — в другом суде, Савеловском).

Теперь, получается, справедливость восторжествовала, никто больше не будет писать о двойнике Ельцина и о «штурмовых отрядах еврейских расистов», никто не станет разоблачать не летавших на Луну астронавтов и не таранивших башни-близнецы арабских террористов, а старые номера «Дуэли» (спасибо властям, что за хранение этих газет еще не начали сажать) станут такой же библиографической редкостью, как и старые номера «Экзайла», «Лимонки» и прочей запрещенной прессы вплоть до легендарной газеты «Еще».

«Дуэль», строго говоря, и безо всякого экстремизма выглядела лишней на современном газетном прилавке. «Дуэль» Юрия Мухина — это такой привет из девяностых, когда были и «Независимая», и «Сегодня», и «Завтра», и Бог знает что еще — на фоне тогдашней цветущей сложности никому и в голову не приходило закрывать мухинскую «газету борьбы общественных идей», потому что никому не приходило в голову и читать ее. Зачем — если «борьба общественных идей» повсюду, а не только в «Дуэли»?

Теперь все по-другому. Какие-то газеты, гремевшие десять лет назад, тихо или со скандалом умерли, какие-то впали в ничтожество и так же тихо доживают свой век. На этом фоне «Дуэль» выглядела совсем не так, как в девяностые, и я не раз мысленно благодарил неизвестного активиста, каждую неделю выкладывавшего пачку свежих «Дуэлей» на стеллаже бесплатной прессы в гастрономе около моего дома. Теперь «Дуэли» не будет, теперь неодинаковых газет, кажется, совсем не осталось. Конечно, обижать евреев, ветеранов и американцев нехорошо. Конечно, закрытие «Дуэли» — удар по экстремизму. Но почему же теперь так грустно?

Драмы. Часть 2. Художник Андрей Гордеев-Генералов

 

Секретность

О директиве начальника Генштаба генерала Макарова «О недопущении разглашения сведений о реформировании Вооруженных сил РФ» стало известно спустя почти месяц после ее подписания, и то благодаря не генштабовской пресс-службе, а журналистам «Коммерсанта», которые, сообщив об этой директиве, сами грубейшим образом ее нарушили, потому что директива запрещает любые утечки информации из Министерства обороны.

Здесь можно было сказать что-нибудь о вечной тяге наших военных к закрытости и к секретности и о том, что военные чиновники так и не поняли, что публичность — это не зло, а вполне эффективный инструмент, с помощью которого можно управлять общественным мнением. Но история с директивой генерала Макарова — она на самом деле совсем о другом. Дело в том, что, засекречивая ход военной реформы (а директива, помимо прочего, запрещает офицерам разглашать, особенно при контактах с прессой, любую информацию о ходе реформы: и о замене дивизий бригадами, и о сокращениях личного состава, и так далее — нарушителям Генштаб грозит уголовной ответственностью), руководство министерства обороны пытается оградить себя не от прессы и не от общества, а от своих же подчиненных, которые уже привыкли ждать от Минобороны только плохих новостей и связывают с военной реформой только ухудшение собственного положения.

Рубрика «Драмы» уже не раз рассказывала о том, что все армейские нововведения, проводимые министром Анатолием Сердюковым, носят ярко выраженный «антигенеральский» характер. О том, что вся армия радостно приветствует сердюковские реформы, давно уже не говорит даже программа «Время». Любая новость из серии «упразднена дивизия такая-то» встречает на уровне военного чиновничества глухое неодобрение, а то и просто саботаж. Засекречивая подробности хода реформы, министр Сердюков пытается сопротивляться недовольству и саботажу, и сам загоняет себя в ловушку, потому что любая закрытость — лучший стимул для распространения слухов. И чем тщательнее Генштаб будет выполнять директиву «о недопущении разглашения», тем более шокирующими будут расползающиеся по военным округам и флотам слухи о новых злодеяниях «мебельщика». Со всеми вытекающими последствиями.

О том, что российская армия нереформируема сама по себе, давно уже не модно говорить. И так ясно, что нереформируема. Похоже, теперь руководство Минобороны само с этим смирилось — но, поскольку признать это вслух нельзя, приходится умолкнуть совсем.

Присяжные

Госдума приняла поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, значительно ограничивающие применение суда присяжных. Закон, за который проголосовали депутаты, называется «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму», и вся риторика авторов этих поправок выстроена на аргументах в пользу усиления борьбы с терроризмом.
Не знаю, что там получится с терроризмом, но в борьбе с судами присяжных эти поправки действительно станут, может быть, самым серьезным эпизодом за все годы существования института присяжных в постсоветской России. Согласно поправкам, дела людей, обвиняемых в совершении терактов, шпионаже, диверсиях, государственной измене и организации массовых беспорядков, будет рассматривать обычный суд без участия присяжных, которым, в свою очередь, останутся только «бытовые» уголовные дела.

Роль присяжных заседателей в судебной практике современной России, может быть, действительно оказалась не совсем той, какой она виделась. Присяжные в России — это единственная помеха сговору суда и обвинения. Если судит судья, обвинению можно не сильно заботиться о качестве доказательств, о состязательности, об убедительности доводов. Если судят присяжные — обвинению приходится относиться к своим обязанностям гораздо тщательнее, и тут обычно выясняется, что наши прокуроры не умеют доказывать вину подсудимого так, чтобы это было хотя бы не смешно. Среди хрестоматийных случаев — дела оправданных присяжными физика Данилова, комсомольца Губкина, националиста Семилетникова. Каждый из них в конечном итоге все равно остался за решеткой, но, по крайней мере, обвинение благодаря присяжным пережило немало неприятных минут, а по нашим нынешним меркам — это уже серьезная победа правосудия.

Менее известны, но, пожалуй, более драматичны кавказские эпизоды с участием присяжных. Два года назад, например, в Махачкале судили Магомеда Салихова по обвинению во взрыве жилого дома в Буйнакске. Присяжные его оправдали. Салихов вышел на свободу и в конце концов был убит «в ходе спецоперации» — так что до нового суда дело не дошло. Как в северокавказских республиках записывают в ваххабиты — ни для кого не секрет. Либо убивают сразу, либо бьют, пока человек не сознается. В последнем случае у несправедливо обвиненного остается хотя бы символический шанс на оправдание. Теперь этого шанса не будет.

Погром

На лентах информагентств иногда появляются такие новости, которые сколько ни перечитывай — все равно не поймешь. Вот недавно «Интерфакс» сообщил, что «Милиция взяла под усиленную охрану здание арт-галереи современного искусства „Винзавод“ в центре Москвы». В чем там было дело? Цитирую (агентство ссылается на представителя ГУВД Москвы) дальше: «Милицией была получена оперативная информация о том, что активисты запрещенной экстремистской организации НБП готовят погром в галерее. Дабы предотвратить эту акцию, сотрудники милиции взяли галерею под охрану. Туда стянуты несколько экипажей патрульно-постовой службы».

Наверное, стоит объяснить, что в этом сообщении непонятного. «Активисты экстремистской запрещенной организации НБП» за полтора десятилетия своей запрещенной экстремистской деятельности ни разу не были замечены в конфликтах с деятелями современного искусства. Более того — лимоновскую партию и ее лидера с большинством арт-деятелей вплоть до близкого к властям Марата Гельмана связывают давние вполне дружеские отношения, и саму партию нацболов давно принято называть «арт-проектом».

И вдруг — погром в галерее современного искусства, да еще с анонсом через информагентства и представителя ГУВД. Что за чепуха?

Выяснить, в чем дело, оказалось несложно. В тот день в галерее открывалась выставка, посвященная четырнадцатилетию газеты «Лимонка». Это выставку милиция объявила «погромом», это на выставку были стянуты дополнительные милицейские патрули, это о выставке «Интерфакс» сообщал как о готовящемся теракте.

Когда все это закончится, а?

Архив журнала
№13, 2009№11, 2009№10, 2009№9, 2009№8, 2009№7, 2009№6, 2009№4-5, 2009№2-3, 2009№24, 2008№23, 2008№22, 2008№21, 2008№20, 2008№19, 2008№18, 2008№17, 2008№16, 2008№15, 2008№14, 2008№13, 2008№12, 2008№11, 2008№10, 2008№9, 2008№8, 2008№7, 2008№6, 2008№5, 2008№4, 2008№3, 2008№2, 2008№1, 2008№17, 2007№16, 2007№15, 2007№14, 2007№13, 2007№12, 2007№11, 2007№10, 2007№9, 2007№8, 2007№6, 2007№5, 2007№4, 2007№3, 2007№2, 2007№1, 2007
Поддержите нас
Журналы клуба