ЗакрытьClose

Вступайте в Журнальный клуб! Каждый день - новый журнал!

Другие журналы на сайте ИНТЕЛРОС

Журнальный клуб Интелрос » Социологическое обозрение » т. 16 № 3, 2017

Ирина Каспэ
«Я есть!»: позднесоветское кино через призму реляционной социологии Харрисона Уайта (et vice versa)
Просмотров: 64

Ирина Каспэ
Кандидат культурологии, старший научный сотрудник
лаборатории историко-культурных исследований
Школы актуальных гуманитарных исследований
Российской академии народного хозяйства и государственной службы
при Президенте Российской Федерации
Адрес: просп. Вернадского, 82, стр. 9,
Москва, Российская Федерация 119571
E-mail: ikaspe@yandex.ru

В статье на материале популярного советского кино 1970–1980-х годов исследуются представления о социальной идентичности и социальном взаимодействии, востребованные в культуре позднего социализма. Этот материал предлагается рассмотреть через призму реляционной социологии Харрисона Уайта; в центре внимания — его концепция идентичности. Связывая идентичность с поиском контроля, Уайт придает ключевое значение процессу переключения (switching) между различными сетевыми сферами — в ходе этого процесса неизбежна интериоризация «социального шума», т. е. противоречивых, несогласованных, не соответствующих друг другу социальных ролей и образов социальной реальности. Используя оптику Уайта, можно заключить, что именно такой процесс крайне затруднен в условиях тоталитарной социальности, когда предпринимается попытка политической монополизации контроля. Официальный нарратив «сталинского времени» предполагает устранение любых «социальных шумов», любых противоречий между различными сферами советской жизни и утверждает антропологию советского человека, абсолютно тождественного себе (и нормативным предписаниям) в самых разных контекстах. Одновременно на донарративных уровнях социальной реальности происходят разрушение горизонтальных связей и рост социальной атомизации, что, со своей стороны, также не способствует работе механизма переключения. Как показывается в статье, в позднесоветском, посттоталитарном кино (возникающем после распада канонов «большого стиля») существенно усложняются способы репрезентации сетевых сфер, однако механизм переключения между ними выглядит сломанным, что выражается в слипании разных контекстов социального взаимодействия (прежде всего — «формальных» и «неформальных»), в непроясненности ролевых и межличностных границ, в специфической тоске по «подлинному я» и регулярном выскальзывании персонажей из ролевой интеракции в проективные пространства грезы, воспоминания etc.

 

“I Still Exist!”: Late Soviet Cinema Through the Prism
of the Relational Sociology of Harrison White (Et Vice Versa)

Irina Kaspe
Senior Research Fellow, School of Advanced
Studies in Humanities,
Russian Presidential Academy of National Economy
and Public Administration
Address: Prospect Vernadskogo, 82,
Moscow, Russian Federation 119571
E-mail: ikaspe@yandex.ru

The article is devoted to the popular Soviet cinema of the 1970s and 1980s, and examines the prevalent modes of the representation of social identity and social interaction in the culture of late socialism. The author selected the relational sociology of Harrison White as her theoretical framework. Attention is primarily paid to White‘s concept of identity. He associates identity with the seeking of control, and attaches a crucial meaning to the process of switching between different “netdoms”; in the process; an interiorization of the “social noise” (contradictory, inconsistent, and without corresponding social roles and images of social reality) is inescapable. Based on White’s theory, the author of the article concludes that such a process was extremely hindered in the conditions of a totalitarian society when an attempt of political monopolization of control was undertaken. The Stalin-era official narrative implied the elimination of any “social noises”, that is, any contradictions between the various domains of Soviet life and the adjusted anthropology of Soviet man, who is obliged to be absolutely identical to himself (and to the normative prescriptions) in different contexts. At the same time, the destruction of the horizontal ties and the increasing social atomization had a place in the pre-narrative levels the of social reality, so the mechanism of switching could not have been sufficiently operative as well. The article demonstrates that in post-totalitarian late Soviet cinema which arose after the dissolution of the canons of the Stalinist “Grand Style”, the forms of representation of social domains became substantially more complicated, but the mechanism of switching between them seems to be broken. This was reflected in the fact of the conglutination of different contexts of the social interaction (“formal” and “informal”, for example), the vagueness of the role and interpersonal boundaries peculiarly longing for the “authentic self”, and the regular escaping from the role interaction to the imaginary spaces of dream, reminiscences, etc.



Другие статьи автора: Каспэ Ирина

Архив журнала
т. 16 № 3, 2017т. 16, №2, 2017т. 16, № 1, 2017т. 15, №4, 2016т. 15, №3, 2016т. 15, №2, 2016т. 15, №1, 2016т. 14, №4, 2015т. 14, №3, 2015т. 14, №2, 2015т. 14, № 1, 2015т. 13, №4, 2014т. 13, №3, 2014т. 13, №2, 2014т. 13, №1, 2014т. 12, №3, 2013т. 12, №2, 2013т. 12, №1, 2013т. 11, №3, 2012т. 11, №2, 2012т. 11, №1, 2012т. 10, №3, 2011т. 10, №1-2, 2011т. 9, №3, 2010т. 9, №2, 2010т. 9, №1, 2010т. 8, №3, 2009т. 8, №2, 2009
Журналы клуба